Практическая психология. Разрушитель

– Почему ты, почему он сам не...



Алвис вновь закашлялся. Неужели герцог боится его? Или не хочет лишний раз доверять? Или не доверяет себе...



Чех протянул ему чашку с теплой водой.



– Когда он начинает рассказывать об этом, он начинает бессовестно ржать.



– Ржать?



Алвису показалось, что он ослышался, так неуместно звучало это слово в устах Взывающего.



– Именно ржать.



Брат Чех откинулся на спинку стула и посмотрел на Длань со снисходительностью победителя, и это тоже неприятно кольнуло сердце, не привык Алвис к таким взглядам.



– И что это за планы? – не стал разочаровывать он собеседника.



– Ни много ни мало, а привести еще одного бога. Алвиса Спасителя.



В этот раз железное самообладание Длани дало трещину, он долго неверяще смотрел на ксена, а затем откинулся на подушку и хрипло рассмеялся. Смех отдавал болью в грудь и живот, но он не мог остановиться, не мог сказать ни слова, даже когда понял, что в глазах темнеет, а к голове приливает кровь,– не смог. Его спас брат Чех, который, недолго думая, плеснул Алвису в лицо холодной водой, тем самым прекратив истерику.



Когда через рыску вернулся Оська, брат Чех уже ушел, Длань дремал, рядом с ним на кровати аккуратной стопкой лежали исписанные мелким четким почерком листы. Оська взял верхний, пробежал по нему глазами, тихонько хихикнул и, прихватив деревянный поднос и угольный карандаш, устроился в кресле у камина, забравшись в него с ногами. Он так увлекся чтением, что поднял голову, лишь когда бесшумно отодвинулась потайная дверь и в комнату зашел Алан в сопровождении Леонардо.



– Оська, что это? – Хмурый герцог поднял лист и поднес к свету. Поля пестрели заметками и рогатыми рожицами. – Шут...– с угрозой начал Алан, но затем вчитался, хмыкнул и посмотрел на гордого Оську с уважением. – Знаешь, а ты, пожалуй, прав, так будет намного лучше.



– Конечно, я прав, – Оська уже сполз с кресла и теперь энергично приседал. – Знаешь, сколько легенд я переписал, когда был учеником шамана?



– Ты был учеником шамана? – удивился Алан. – Когда все это закончится и мы отправимся в море на рыбалку...



– Я буду развлекать вас историями из моей жизни, да, Алан-балан? – хитро прищурился шут. – Мы, как старушки, расскажем друг другу наши маленькие секретики, – тоненько захихикал он и, показав Алану язык, нырнул в лаз для тау. – Рука тоже ржал, когда братец Чех ему сказки рассказывал! – раздался его голос откуда-то из-под земли. – А потом плакал!



–Трепло,– прошептал Алвис, щурясь на свет. – Кир Алан, у вас ничего не выйдет.



– Алвис…– Алан сел на кровать и приложил ладонь ко лбу Искореняющего. – Температура не выше тридцати восьми. Плохо, – пробормотал он по-русски. – Леонардо, погрей бульон.



Художник поставил на треногу медный чайник, зажег под ним свечи и осторожно налил из кувшина густую жидкость. Алвис следил за ним сквозь опущенные ресницы, аромат бульона заставил желудок жалобно заныть, а рот - наполниться слюной.




– Потерпи, сейчас покормим, – заметил герцог его жадный взгляд. – Принести тебе ведро? Алвис отрицательно качнул головой.

– Не могу вас понять, сир,– тихо произнес он. – Вы едва не убили меня, а теперь боретесь за мою жизнь.



– Не хочу ссориться с богами,– улыбнулся одними губами герцог.



– Что вас гнетет?



– Так заметно? – Алан запустил пятерню в волосы и энергично подергал отросшие пряди. – Женщины.



– Не справляетесь? – попытался пошутить Алвис, но наткнулся на такой злой взгляд, что предпочел не развивать эту тему.



Раб перелил бульон в чашку и вопросительно посмотрел на герцога.



– Сможешь чашку удержать?– совершенно серьезно поинтересовался Алан у Длани, внимательно следя за его взглядом.



– Смогу,– упрямо тряхнул головой Алвис и протянул дрожащие руки.



Герцог с сочувствием смотрел, как он двумя руками обхватывает глиняную чашку и осторожно подносит ее к губам.



– Не спеши.



«Да чтоб вы провалились к реке Забвения, ваша светлость, вместе с вашей заботой и снисходительностью!»



– Завтра попробуем накормить тебя кашей.



Пока Алвис маленькими глотками пил бульон, растягивая удовольствие и оттягивая разговор, он наблюдал за молчаливым герцогом. Что-то с Аланом было не так. Всегда ироничный и спокойный, сейчас он явно злился и был растерян. Неужели действительно из-за женщин? Но Алвис был уверен, что еще не родилась та женщина, которая смогла бы завоевать сердце этого загадочного мужчины. Интересно, очень интересно, кто или что смогло выбить герцога из привычного состояния и можно ли это как-то использовать в собственных целях? Хотя о чем он думает? Сейчас используют его самого, и как именно – можно лишь догадываться.



– Что скажешь?– спросил герцог, когда раб забрал чашку и протер тело Алвиса влажным полотенцем так бережно и осторожно, словно тот был хрупкой статуэткой. – Думаешь, у нас может получиться?



Прежде чем ответить, Длань тщательно помолился Вадию и даже освятил себя его знаком, шутить с покровителем не хотелось совершенно.



– Может получиться, если вы разыграете все правильно, – осторожно ответил он. – Но не быстро.



– Сам знаю, что не быстро. Но у меня нет времени, – как-то затравленно ответил Алан. – Понимаешь, нет времени!



– Вы собрались нас покинуть?