Практическая психология. Разрушитель

– Алвис, ты на чьей стороне? – весело поинтересовался Иверт.



– На собственной, – без тени улыбки ответил Искореняющий.



– Я ему не верю, – подал голос Мэтью.



– Я тоже, – хмыкнул Иверт, и Турен кивнул, наблюдая за Дланью исподлобья, почти с ненавистью.



– Не думаю, что брат Искореняющий этим сильно расстроен, – усмехнулся Алан. Алвис только улыбнулся.

– Подготовь договора между Игушетией и Галендасом, – обратился к нему герцог. – В отличие от нас, Наместник полностью доверяет тебе. Я подпишу, если условия будут приемлемы. Не смею больше задерживать, брат Искореняющий.



Алвис понял, что его выставляют. Он встал и, подойдя к герцогу, тихо произнес:



– Учитель ждет вас для прохождения обучения. Из нашего лагеря вы сможете отправиться в столицу. Регент ожидает вас в первый месяц межсезонья. Месяц Белого Вепря.



– Мы еще это обсудим, – так же тихо ответил Алан. Когда Длань вышел, герцог повернулся к Мэтью.

– У тебя нет случайно портрета принцессы Ратии?



– Случайно нет, но я знаю, кому написать, чтобы его прислали.



– Сделать это нужно тихо. Я не хочу, чтобы слухи о том, что мы интересуемся принцессами, просочились в другие правящие дома.



– Я понимаю, кир Алан, – Мэтью бросил быстрый взгляд на Турена. – Никто не узнает, для кого предназначен портрет.



– А ты сам не хочешь жениться? – подал голос Иверт.



– Нет! – гаркнул Алан.



Иверт вздрогнул, Турен подпрыгнул, а Мэтью быстро отодвинулся вместе со стулом к окну. Барон Семух только укоризненно покачал головой, глядя на горца. Он не участвовал в разговоре, только отвечая, когда обращались непосредственно к нему и Виктории очень хотелось знать, о чем он думает.



– Все, все! – поднял руки Иверт. – Молчу!



Алан зло сверкнул глазами. Честно говоря, его за это время просто достали предложениями брака. В крепости перебывали, наверное, все мало-мальски подходящие девицы от четырнадцати до тридцати лет. Как было хорошо в Крови! Там просто пытались подложить конту в постель очередную девушку, но никто не настаивал на браке. Здесь же…



– Приступим к делам. Кир Горий, ты первый.




Это уже стало традицией: собираться ежедневно, чтобы обсудить вопросы, требующие согласования с владетелем, поделиться новостями, распланировать очередной день. Новый герцог Вас’Хантер не собирался пускать дела на самотек.



– От Кэпа есть новости? – спросил Алан Мэтью, когда они собирались расходиться.



– Пока никаких. Но не волнуйтесь, ветер стих. Скорее всего, «Шустрик» просто задержался, пропуская шторм. Виктории вздохнула. Кэп должен был вернуться еще три дня назад.

– Надеюсь, у них все в порядке.



Она скучала по сыну. Безумно скучала. И эти три дня не находила места, постоянно представляя всякие ужасы. Часто поднималась на смотровую башню и, кутаясь в мохнатый тулуп, подолгу смотрела на видневшееся вдали море. Обычно ее сопровождал Ворон, и однажды он спросил, в чем причина волнения герцога? Виктория честно ответила, что боится за сына, и теперь Ворон, потерявший в море семью, тоже ходил мрачный.



В дверь заглянул Берт.



– Там кирена Эвелин велела напомнить, что вы обещали ее к Неж… Леонардо отвести.



– Скажи, что я помню, – Алан закатил глаза. Вот еще одна головная боль – девица на выданье. – Турен, не хочешь отвести кузину к художнику? Она просила, чтобы Леонардо нарисовал ее портрет.



– Сир, мне нужно подготовиться к занятиям, – Тур мстительно улыбнулся.



Мэтью и Иверт с серьезными лицами поклонились герцогу и чуть не бегом бросились к двери. Когда мужчины выскочили в коридор, Виктория услышала громкий смех. Барон Семух был более сдержанным и просто улыбнулся, но тоже поспешно покинул кабинет.



– Кир Алан, – в голосе Лиса слышалась вина. – Пусть вас Ворон сопровождает к Леонардо.



– Я и сам дорогу найду, – буркнул Алан с тяжким вздохом.



Эвелин достала всех, кроме Алвиса. Длань она побаивалась и обходила стороной, зато он находил ее забавной. Вот и женился бы!



– Тур, пришлешь за мной Берта, когда накроют к ужину, – с тяжелым вздохом произнес Алан, очень надеясь, что ужин наступит прямо сейчас.



– Отец, – Турен собрал бумаги и теперь переминался с ноги на ногу. – Ты правда хочешь меня женить?



– Так у тебя же свербит, – спокойно ответил Алан, внимательно глядя на сына. – Я считаю, что лучше иметь законную жену благородных кровей, чем тискать служанок и давать им ложную надежду.



– Она ничего не хочет! – импульсивно воскликнул Тур. – Она просто… я ей нравлюсь.



– Тур, как ты считаешь, что она будет чувствовать, когда ты женишься на кирене? Кем она будет для окружающих?



– Никто не узнает!



– Да о вашем Рамане только тау не говорят! Запомни, влюбленные не видят никого, зато их замечают все. И еще… – Виктория вздохнула, не хотелось ей это говорить Турену. – Твоя подружка приходила к лекарю, чтобы он вытравил ей плод.