Позывной «Крест»

— Понятно. Я хорошо днем выспался, — заверил его второй солдат и тоже поднялся на ноги. — Будь здоров.

И закинул за спину АК-47.

Знали бы эти люди с ценностями, далекими от археологии, что ради науки им придется отдать свои жизни…





* * *


Профессор Михайловский делал свою обязательную утреннюю гимнастику на свежем воздухе, когда к нему прибежал посыльный роты охраны.

— Пан профессор, извините, случилось несчастье. — При этих словах солдат зачем-то козырнул. — Быстрее!

Казимеж подхватил свой пиджак и скорым шагом устремился за сирийским солдатом. Раньше Пальмира стояла на перекрестке больших дорог, галдела, бряцала, скрежетала и маялась. Однако за прошедшие века торговые пути снесло куда-то за параллели и меридианы. Раскопанный город зазвучал по-другому: будто в маленьких церквушках сотни маленьких батюшек звонили в серебряные колокольчики — то пели весеннюю песню пустынные жаворонки.

Но сейчас было не до жаворонков.

Неподалеку от храма Белла лежало тело, прикрытое белой простыней с огромным пятном крови на груди. Посыльный откинул с мертвого лица ткань. Михайловский увидел караульного, который еще вечером собирался прослужить здесь всю весну и лето.

— Ударили умело, — пояснил посыльный, — всего один раз.

— А что там? Что там? — Поляк показал на пролом в дверном проеме, который по его приказу только вчера замуровали.

— Идемте, там тоже есть на что посмотреть! — пригласил его военный сириец.

У пролома лежал труп солдата с перекошенным ртом.

— Судя по состоянию лица и цвету ротовой полости, — объяснил подошедший офицер, — в воду он упал уже мертвым.

— Вы криминалист? — удивился профессор.

— До войны был следователем, — сказал офицер.

Профессор Михайловский посветил на дверной проем в противоположной стене пещеры. Кладка была повреждена.

— Назад! Газы! — скомандовал многоопытный поляк и вытолкал прочь военных и своих коллег, которые подошли вместе с офицером.

Когда археологи отошли подальше от храма Белла, Стип Врлич, появившийся здесь вместе со Светланой почти случайно, спросил:

— Что произошло, профессор?

— А-а-а, ты? — вздохнул профессор. — Хорошо, что ты здесь. Очередная ловушка — отравляющий газ. Состава его мы не знаем, что-то из стойких соединений. Грабитель убил солдата, затем пробил дыру в двери, а второй солдат, который хотел воспрепятствовать проникновению внутрь, задохнулся.

— А грабитель?

— Как воду канул. — Профессор пожал плечами.

— А военные, а вы? — продолжал спрашивать хорват.

— Видимо, газ потерял убойную силу за тысячи лет, — предположила Светлана. — Иначе мы все давно были бы там, где этот бедный солдат.

У пана Михайловского вдруг ослабели ноги, и он сел на корточки, опершись спиной об античную колонну.

— Грабители о ней прознали. О двери. Теперь нет никакого смысла оставлять все как есть и уезжать. Без нас все разграбят.

У начальника полиции Тадмора Акрама Бассо сложилось другое мнение после того, как он лично приехал на место двойного убийства и встретился с археологами.

— Значит, так. Пока мы не обезвредили эту компанию, работать вы здесь больше не сможете.

— Почему? — встревожилась Соломина.

— Потому что здесь действуют очень решительные и опытные люди, — объяснил Акрам Бассо. — Потеряв одного сообщника, они не остановятся. А мы рисковать вами не имеем права!

Профессор Михайловский выслушал все это с мрачным выражением лица. Он опять был в клетчатой куфии с двумя черными обручами и держал в зубах раскуренную трубку.

— Значит, мы должны сидеть без дела, пока вы не обезвредите банду? — резюмировал старый археолог.

— Другого выхода нет, — развел руками начальник полиции и тяжело опустился на камень.

— Это возмутительно! — сказала Соломина. — Прибыли приборы, которых мы ждали…


— Да и как эти люди смогут помешать нам? — спросил Стип Врлич. — При такой-то охране!

— Извините, господа, я считаю этот вопрос исчерпанным. — Начальник полиции обернулся к мэру города Талалу Барази, тот покивал головой. — Я несу ответственность за вашу безопасность перед правительством Сирии и запрещаю продолжение всяких работ, более того, на случай срочной эвакуации мною вызван специальный вертолет.

— Вы сказали, среди бандитов есть местные? — обратился мэр к полицейскому.

— Убежден в этом, — ответил вместо полицейского командир караульной роты Сухель аль-Хасан. — Судите сами: все дороги, даже тропинки к Пальмире мы перекрыли, в ближних деревнях расставлены наши посты. Полеты вертолетов всегда под нашим контролем. И тем не менее… Тем не менее эта группа где-то рядом. Тут все ясно, их прячет кто-то из местных жителей.

— Этого не может быть, — возразил Талал Барази. — Я обошел все деревни, включая свою, там чужих нет, это слово мэра города Тадмор!

— Видимо, придется подчиниться.

Увидев, что к ним приближается Халид Асаад с большой белой коробкой, профессор Михайловский встал и через головы спросил на арабском:

— Почтенный Халид, покажите, что вы привезли!

Не дожидаясь ответа, поляк двинулся навстречу смотрителю археологического комплекса. За ним потянулись Врлич и Соломина.

— Российский газоанализатор «Дукат», — ответил Халид Асаад. — Универсальный, портативный, отлично проявил себя при самых трудных газовых авариях. Вот инструкция по эксплуатации.

— А это перископ? — спросила Соломина, прочтя надпись на белой коробке.

— Да, — подтвердил смотритель, — итальянский, для работы на завалах после землетрясения, позволяет рассматривать полости.

Когда ученые отошли от места совещания на достаточное расстояние, оставшиеся мужчины понимающе переглянулись: мол, сумасшедшие люди…

— Сынок, я могу дать тебе один совет, — обратился одетый, как бедуин, Талал Барази к начальнику полиции Акраму Бассо, когда ушли археологи.

— Я вас слушаю, господин мэр.

— Надо бы проверить одно местечко.

— Какое?

— Пещеры отшельников на горе Дар Эль-Байда, которая находится в горном хребте Эль-Абьяд. Тут недалеко. О них действительно никто не знает, кроме местных пастухов.

— Сделаем так, — предложил Акрам Бассо. — Я подниму своих людей завтра, на рассвете, договорились?

— Там этих пещер, щелей всяких — не счесть, — предупредил Талал Барази. — Народу нужно больше.

— Пойдут все, — кивнул начальник полиции, — полицейские и солдаты, кроме ученых. В общем, так, уважаемый Талал Барази, об этом никто не должен знать!

Горный хребет Эль-Абьяд находится прямо над Пальмирой, к северо-востоку от города. Дорога в горный район, где прятались от мира средневековые монахи-отшельники, проходит по узкому ущелью — сухому руслу вади. Проезд к месту, где обнаружили пещеру, о которой говорил Талал Барази, был невозможен, так как русло оказалось перегорожено огромным валуном. Здесь солдаты и полицейские спешились. Дальше пошли пешком. Комплекс пещер находился на отвесном обрыве. Под ним простиралось глубокое ущелье — русло сухой реки, уходящей к району Пальмиры.

К пещере протянулась узкая дорога, выдолбленная человеческими руками в отвесных скалах.

— Пещера расположена по координатам Гаусс-Крюгера X45433 Y 22061 на высоте 1047 метров, — доложил радист на базу.

Ко входу вели ступеньки, тоже высеченные в скале. Вход имел характерный фигурный проем, направленный на юго-восток. Общая площадь пещеры составляла примерно семь на семь метров, всего в ней полицейские обнаружили два этажа. На первом этаже из коридора имелся один вход направо, в комнату. Рядом с входом в стене была вытесана небольшая ниша. Комната имела полукруглый свод. В комнате был еще один проем с большой нишей, где полицейские обнаружили колодец. Из коридора также вел проход налево, во вторую комнату, находящуюся напротив главного входа, но отделенную от коридора стеной.

Из этой комнаты на второй этаж вел прямоугольный колодец длиной в два и шириной в один метр, по которому можно было подняться по выдолбленным в стенах выемкам. Второй этаж состоял из одной небольшой комнаты с пробитым в скале окном. На полу комнаты имелись круглые выемки, наполненные свежими окурками. Где-то здесь находились люди.

Стены этого помещения были испещрены многочисленными петроглифами — знаками неизвестного происхождения. Хотя основная масса петроглифов обнаруживалась на втором этаже, такие же рисунки имелись и на первом этаже у подъема в колодец, ведущий на второй этаж. Рисунки, нанесенные достаточно плотно, иногда накладывались один на другой. Часто попадалась шестиконечная звезда, характерная для цивилизации шумеров. Но малообразованные полицейские об этом не знали и списали ее на происки древних евреев и их царя Соломона.

Рядом с первой находился вход в другую пещеру, очевидно искусственного происхождения. И вот оттуда незваных гостей встретил ожесточенный автоматный огонь.

Полицейские оказались в ловушке, из пещеры с петроглифами они не могли высунуться. Но оставшиеся под горой солдаты, получив по рации доклад, двинулись в обход горы Дар Эль-Байда, рассчитывая зайти в тыл засевшим там боевикам, пока полицейские огнем отвлекали их внимание.

Однако оборонявшиеся хорошо знали систему пещер, пронизывающих гору, и их дозорные заметили солдат сирийской армии, еще когда те заходили во фланг. На горе появился знаменосец с флагом партии арабского социалистического возрождения «Баас». Основал ее в конце 40-х годов прошлого века православный христианин Мишель Афляк. В партии всегда были представлены все религии и конфессии, исповедуемые арабами, — и мусульмане, и христиане.

— Переговоры! Переговоры! — кричал знаменосец.

На переговоры от боевиков пришел длинноволосый, усатый, бородатый и бровастый здоровяк. Поверх формы сирийской армии он носил коричневый кафтан-абай, за многослойным шелковым поясом торчал огромный кинжал с широким загнутым клинком без гарды. У других боевиков не было такого кинжала, зато имелись автоматы Калашникова с деревянными прикладами, украшенными изображениями Девы Марии.

— Хейтам Стайхи, командир ополченцев — христиан партии «Баас», — представился главарь боевиков.

— Сухель аль-Хасан, командир роты охраны, — пожал ему руку сирийский военный.

— Уважаемый аль-Хасан, мы дислоцированы в этих пещерах по распоряжению генерала управления политической безопасности Иссама Захреддина. Он возглавляет нашу операцию, — объяснился Хейтам Стайхи.

— Зачем открыли огонь по полицейским? — хмуро спросил офицер сирийской армии.

— Заметили вооруженных людей в форме городской полиции, которой тут, в горах, совершенно нечего делать, вот и подумали, что это шайтаны из ИГИЛ, — оправдался Хейтам Стайхи.