Позови меня…

– Ты поняла? Оказавшись там, ты должна меня позвать.

Я кивнула и увидела, как синие глаза скользнули по моему лицу, потом чуть ниже, к бурно вздымающейся груди. Взгляд оставался непроницаемым, и вдруг он прижал пальцы к моему горлу.

– 135 ударов в минуту.

Нейл наклонился ко мне, опираясь на ручки кресла, и мне показалось, что я лечу в пропасть.

– 145 ударов в минуту.

– Позови меня. Не обязательно вслух. Просто, где бы ни оказалась, представь, что я иду к тебе.

Я судорожно сглотнула, глядя не его сильную шею в вырезе рубашки, на пиктограммы и массивную цепочку. Его кожа на ощупь горячая или такая же холодная, как и эти дьявольские глаза? Пальцы все еще прижаты к моей шее, к яремной вене. Они жгут мне кожу, и мое дыхание становится прерывистым.

– 150 ударов в минуту.

– Ты боишься? – спросил Нейл снова и склонился к моему уху. Шумно вдохнул мой запах. – Или это не страх, НМ13?

Я снова отрицательно качнула головой. Наши взгляды встретились, и сейчас он больше всего походил на хищника. Его ноздри трепетали, а зрачки глаз сухо заблестели. Невыносимо смотреть ему в глаза… я тону… я захлебываюсь.

Нейл выпрямился и отошел к стене.

– 140 ударов в минуту. 135… 130…

Вдруг снова резко повернулся ко мне и нахмурился. В мгновение оказался рядом и навис надо мной, глядя мне в глаза:

– 145 ударов.

Взял меня за подбородок и заставил смотреть на него.

– 155 ударов в минуту.

И снова в его глазах удивление.

– Боишься не приборов, а меня, да?

От прикосновения к коже стало тяжело дышать.

– Нет.

А я его почти не слышала, я смотрела на светло-синюю радужку его глаз и видела там свое отражение, свои собственные глаза, расширенные от удивления.

«Тебя никто не тронет здесь, пока я не прикажу. Никто не посмеет наказать, кроме меня самого. Так что прекращай трястись, НМ13».

А я не могла прекратить… от его пальцев, сжимающих мой подбородок, по всему телу растекался огонь, и в горле пересохло.

– Расслабься.



Внезапно все исчезло, и я оказалась в каком-то жутком месте, похожем на подвал, с многочисленными тоннелями, как лабиринтами. Я озиралась по сторонам, смотрела на влажные стены, слышала стоны и крики где-то вдалеке, и кровь от них стыла в жилах. Я словно оказалась в каком-то вакууме, вне времени и пространства. Я слышала эхом собственные шаги. Не знаю, куда я шла, но меня толкало вперед в один из тоннелей. Ступая босыми ногами, я чувствовала, что под ними мокро, а когда опустила глаза, в ужасе закричала – мои ноги по щиколотку утопали в крови. Но я шла вперед, озираясь, вздрагивая от звука голосов и чувствуя, как от ужаса на теле шевелятся все волоски.

В тоннеле кромешная тьма, и я иду на ощупь, протягивая вперед дрожащие руки, и вдруг вижу ступени… точнее, одну ступень, и позади меня оглушительный взрыв. Затылок опалило жаром, и вот уже столпы огня лижут мне пятки, обугливая одежду, оставляя подпалины на свитере.

Я уже не иду, а бегу и резко останавливаюсь над обрывом. Огонь приближается сзади, а впереди пропасть, на дне которой плещется ярко-оранжевая магма. Запах серы забивается в ноздри, и мне нечем дышать.

Я громко кричу его имя. Так громко, что мой голос эхом разносится и словно ударяется о камни, теряется внизу, в бездне.

Я зову его… он ведь должен прийти, иначе зачем бы он просил звать его. Но мне страшно, и я понимаю, что сорву здесь голос, а он так и не придет. Кто я такая, чтобы Деус пришел ко мне. Мое место на дне этой бездны. Я должна шагнуть в нее и свернуть на ее дне шею. Сгореть живьем. Грязные, никчемные Нихилы не достойны жить.

«Прыгай… прыгай и умри! Прыгай, НМ13».

Голос врывается в сознание, и ломит виски оглушительной болью, меня охватывает чувство дикой безысходности и тоски.

«Нет! Он придет! Я позову, и придет! Он так сказал! Я ему верю!»

Если бы он пришел… Если бы вдруг появился здесь, среди столпов огня. Я бы тянула к нему руки, я бы почувствовала, как он прижимает меня к себе. Боже! Я ведь могу в этом Аду фантазировать об этом, как там на Острове… Перед смертью, наверное, бывают такие видения. Я сейчас так ясно вижу его, идущего ко мне сквозь огонь, и мое сердце отчаянно рвется в груди, стучит так громко и болезненно.

– Нейл!

Я тяну к нему руку и смотрю в синие глаза, когда наши пальцы переплетаются, и он рывком дергает меня к себе, подальше от обрыва. Все вокруг крутится на бешеной скорости. Я вскинула руки и прижалась к нему всем телом, как в моих снах и мечтах. Как же он пахнет дымом и страстью. Запретом и невозможностью. Он пахнет самым соблазнительным и обжигающим «никогда», которое будит внутри меня противоречивых демонов… и они шепчут мне, что здесь моя территория. Здесь это возможно, ведь я обнимаю его сейчас… я даже чувствую его сердцебиение.




Резко открываю глаза.

– Пульс 160 ударов в минуту.

Деус смотрит мне в глаза нахмурившись, а потом поворачивает голову к Клэр.

– Она это сделала. Я был там с ней! Дьявол раздери! Получилось! Все видеозаписи принести ко мне в кабинет.



Меня лихорадило после этого опыта, я вся покрылась испариной. Я слышала их голоса, как сквозь вату, невыносимо болела голова, так сильно, что из глаз текли слезы. Самое странное, что я все еще чувствовала его пальцы, переплетенные с моими.

– Вы видели себя рядом с ней?

– Не просто видел – я там был! Это впервые за все треклятые годы опытов.

– И как она это сделала? Что видела она?

– Не важно! Важен результат. Уводи ее. Дать отдых, накормить, ознакомьте ее с домом и расписанием тренировок. И еще, Клэр, обновите ей гардероб.

– Нейл! Что она представила? Как это оказалось настолько реальным, что ты смог перешагнуть рубеж?

– Я сказал – не важно. Важно, что я ее услышал и смог пройти границу. Ее зов был отчетлив и чист. Она смогла это сделать.

– Вы…

– Молчать! Я сказал, тебя это не касается – значит, не касается. Позаботься о ней и не смей ее допрашивать. Узнаю – сдеру кожу живьем.

Я встретилась с Клэр взглядом, и мне показалось, что в ее глазах сверкнула ненависть и в то же время страх. В этот момент я поняла, что Нейл не преувеличил ни на секунду – он способен выполнить свою угрозу, и Клэр знает об этом.





* * *


Прошло несколько недель моего пребывания в этом доме. Несколько раз в неделю меня приводили в эту комнату. Самое дикое, что, несмотря на то что знала о боли, я жаждала этих сеансов. Из-за него. Между нами появлялась какая-то странная связь, и с каждым опытом она становилась прочнее. Мне уже не нужно было так истошно кричать. Я уже могла звать его шепотом или мысленно. Он приходил. Всегда.

Вне опытов я почти его не видела. Нейл не бывал дома по несколько дней, и я часами бродила по огромному зданию, которое уже не казалось мне мертвым и страшным. Я знакомилась с ним, как оно со мной. Я изучала каждый его угол, заглядывая в просторные красивые комнаты. Любовалась картинами с изображением диковинных цветов или животных. Со временем я интуитивно поняла, в какой части здания живет Нейл. Я бродила по комнатам, кабинетам, по библиотеке.

Касалась выбитых инициалов на предметах мебели.

Раз в неделю он возвращался, и я чувствовала заранее его приезд. Бросалась к окну, смотрела, как поднимаются ворота, впуская его автомобиль, как он выходит, хлопнув дверцей, и с грацией хищника двигается в сторону дома. Это означало, что через несколько часов меня приведут в то помещение… Там, на моей территории, я даже имею право касаться его. И он не смотрит на меня с брезгливостью или высокомерием. Да, проходят доли секунд, мгновения, и он возвращает меня обратно в комнату, где я сползаю с кресла, и меня беспощадно тошнит, а иногда чуть ли не рвет внутренностями, по щекам от боли катятся слезы, и дрожит от слабости все тело. Клэр говорит, что я отдаю все ресурсы организма, когда зову его. Мой зов по силе превышает таковой у всех других проводников. Она замеряла его и не могла дать определения тому, каким образом у меня такой чистый сигнал.

Потом, в тишине своей комнаты, я сама касаюсь того места, где его пальцы скользили, когда я бросалась в его объятия. Иногда по плечам, иногда сильно сжимая за талию, а иногда переплетая пальцы с моими. Я так и не могла понять – это моя иллюзия или все же это происходит на самом деле.

Мне много раз говорили, что я не могу и не имею право приносить или забирать с собой что-то из тех миров, куда они меня отправляли. У меня никогда и не возникало такого желания, потому что обычно я оказывалась в невыносимых условиях, в которых даже нет времени оглядываться по сторонам, в которых у меня есть всего несколько секунд на то, чтобы позвать его.

Тогда я не понимала, что Нейл приходит не затем, чтобы спасти. Нет. Все гораздо прозаичнее. Это меня учат успеть позвать его, даже если я буду в смертельной опасности. Чтобы он успел оказаться там, где ему нужно, прежде чем я умру. Никого не волнует, как это закончится для меня. Главное – выполнить миссию. Моя жизнь – ничто по сравнению с нуждами и целями Единых. Но мне нравилось представлять, что он приходит именно за мной. Фантазировать потом долгими ночами о том, чего никогда не может быть у недостойной Нихил. Да и не Нихил я вовсе. Я вообще никто, и имени у меня нет.

В тот последний опыт, когда меня в последний раз переместили в иною реальность, я оказалась в странном мире. Он завораживал своей красотой. Никогда раньше я не видела ничего подобного. В этом мире все пахло жизнью. Он утопал в зелени и цветах. И мне впервые невыносимо захотелось прикоснуться к чему-то. Точнее меня заворожили только одни цветы. Они манили меня этим ослепительным белым цветом. Я так редко видела что-то по-настоящему белое. Мне вообще впервые что-то настолько понравилось, что даже дух захватило. Я тронула стебель цветка, очень нежного, белоснежного, с каплями росы на лепестках. Я сорвала его и сжала в ладони, он изранил мне пальцы, но я не выпустила его, даже когда появился Нейл.

Переход обратно, как всегда, опустошил меня, и я упала на колени, прижимая руки к животу, задыхаясь от приступа дикой головной боли до тошноты.

– Что у тебя в руках?! – Истерический голос Клэр вырвал меня из тошнотворного тумана. Я завела руку за спину, чувствуя, как шипы прокалывают кожу на ладони.

– Ничего.

Нейл сверкнул глазами и стиснул челюсти, но промолчал. Верно. Правило – не лгать ему, но мне никто не запрещал лгать кому-либо другому. Он выжидал, а я впервые была намерена сражаться до конца.

– Раскрой ладони, НМ13!

Клэр сделала шаг ко мне, и ее ярко накрашенный рот сжался в узкую полоску.

– Нет! – дерзко ответила я и попыталась подняться с колен, но меня мучила слабость, и кружилась голова.

Нейл рывком поднял меня на ноги, а я сделала шаг назад, упрямо вздернув подбородок.

– Покажи руки, я сказала! Что ты притащила оттуда, идиотка? Тебе говорили ничего не брать!

– Ничего!

Нейл схватил меня за руку и сжал мое запястье с такой силой, что у меня потемнело перед глазами, и я невольно разжала пальцы. На ладони лежал слегка потрепанный цветок, а с рваных ран по руке стекала кровь и капала на пол. Я подняла взгляд на Нейла и увидела, как расширились его зрачки, почти скрывая яркую радужку.