Посторонний в доме

Флеминг вернулся в участок и почти сразу встретился в столовой с Кёртоном. Они взяли кофе и сели за свободный столик.

– Значит, машина не украдена, – начал Кёртон. – Дамочка гнала на собственной. Какого черта?

– Понятия не имею.

– Наверное, обдолбалась.

Флеминг отпил кофе:

– Муж в шоке. Когда он услышал об аварии и о том, как она случилась, не поверил, что это его жена. Почти убедил меня, что это кто-то другой, – Флеминг покачал головой. – Он прямо онемел, когда увидел ее одежду.

– Да сколько домохозяек подсаживаются на наркотики, а мужья и знать не знают, – сказал Кёртон. – Может, поэтому она и была в той части города: кайфанулась в машине, а потом запаниковала.

– Может быть, – Флеминг помолчал и сделал еще глоток. – Никогда не знаешь, на что способны люди.

Ему было жаль мужа, который выглядел так, будто ему дали под дых. Флеминг многое повидал на службе и знал, что люди, от которых меньше всего ожидаешь, порой скрывают серьезную наркотическую зависимость. И стараются выглядеть нормальными, чтобы сохранить свои привычки. У многих есть неприятные секреты. Флеминг пожал плечами:

– Возможно, когда нас к ней пустят, она расскажет, что на нее нашло, – последним глотком он допил кофе. – Уверен, муж тоже не против узнать.



Все еще в неотложке, Том нервно ходил взад-вперед. Пытался вспомнить, не было ли в последнее время чего необычного в поведении жены. Ничего не приходило на ум, но ведь он был так занят на работе. Неужели чего-то не заметил?

Что она, черт возьми, делала в том районе? Да еще и скорость превысила! То, что рассказал о сегодняшнем вечере коп, будто совсем не про нее, Том не мог в это поверить. И все же… это ведь она там, у докторов. Как только его пустят поговорить с ней, он спросит. Сразу после того как скажет жене, как сильно ее любит.

Он не может перестать думать, что если бы пришел домой раньше, как должен был, вместо того, чтобы…

– Том!

Услышав свое имя, Том обернулся. Едва приехав в больницу, он сразу позвонил своему брату Дэну, и теперь тот шел к нем. Его мальчишечье лицо выражало беспокойство. Никогда в жизни Том не был так благодарен чьему-либо появлению.

– Дэн, – выдохнул он с облегчением.

Братья коротко обнялись и сели друг против друга на твердые пластиковые стулья в стороне от людей. Том рассказал, что случилось. Непривычно было искать поддержки у младшего брата: обычно все происходило наоборот.

– Том Крапп, – долетел до них сквозь общий бедлам громкий окрик.

Том поспешил к человеку в белом халате, Дэн – за ним.

– Я Том Крапп, – нервно произнес Том.

– Я доктор Фултон. Лечащий врач вашей жены, – представился доктор тоном скорее будничным, нежели дружелюбным. – Она получила травму головы во время аварии. Мы сделали МРТ. У нее сотрясение мозга, но, к счастью, без кровоизлияния в мозг. Ей очень повезло. Остальные повреждения незначительные. Сломанный нос. Порезы и синяки. Но она поправится.

– Слава богу, – произнес Том и сгорбился в облегчении. Со слезами на глазах посмотрел на брата. Только сейчас он понял, как тяжело ему было держать себя в руках.

Доктор кивнул:

– Ремень и подушка безопасности спасли ей жизнь. Какое-то время ей будет очень больно, голова будет раскалываться, но постепенно все придет в норму. Ей нужен покой. Медсестра расскажет вам, как ухаживать за больным с сотрясением.

Том кивнул:

– Когда мне можно ее увидеть?

– Сейчас, – ответил доктор. – Пока что только вам и ненадолго. Мы перевезли ее на четвертый этаж.

– Я подожду здесь, – сказал Дэн.

При мысли о том, что сейчас он увидит Карен, Том снова почувствовал тревогу.





Глава 4




Карен не может шевельнуться. Она то теряет сознание, то снова приходит в себя. Стонет от нарастающей боли.

Открыть глаза ей стоит колоссальных усилий. Из руки торчат трубки. Она слегка приподнимается и обнаруживает по обеим сторонам кровати металлические поручни. Постельное белье белое, казенное. Она тут же понимает, что лежит в больничной кровати, и это наполняет ее тревогой. Слегка поворачивает голову, та пульсирует от боли. Карен морщится – комната начинает вертеться перед глазами. В ее расплывающееся поле зрения входит женщина, явно медсестра, и застывает в нерешительности.

Карен пытается сфокусировать взгляд, но не может. Пробует заговорить, но губы не шевелятся. Тело кажется свинцовым, словно что-то тяжелое придавливает ее. Она моргает. Теперь медсестры две. Нет, одна, она просто раздвоилась.


– Вы попали в аварию, – тихо говорит медсестра. – Ваш муж снаружи. Я позову его. Он будет счастлив вас увидеть, – и с этими словами выходит из палаты.

«Том», – с благодарностью думает Карен. Неуклюже проходится языком по губам и деснам. Ей так хочется пить. Нужна вода. Как долго она уже здесь и как долго ей еще лежать в неподвижности? У нее болит все тело, но сильнее всего голова.



Медсестра провела Тома в палату с таким видом, словно принесла подарок. Зрение Карен постепенно становилось четче. Она видела тревогу и усталость на лице Тома, небритые щеки, как будто он провел ночь на ногах. Но под его взглядом она почувствовала себя в безопасности. Ей хотелось улыбнуться ему, но не получалось.

Он нагнулся, с любовью глядя на жену.

– Карен, – прошептал он, беря ее за руку. – Слава богу, ты в порядке.

Она попыталась ответить, но не смогла издать ничего, кроме хриплого всхлипа. Медсестра быстро поднесла к ее рту пластиковый стакан воды с соломинкой. Карен жадно втягивала воду. Когда она закончила, медсестра убрала стакан.

– Все в порядке, – сказал муж. В знакомом жесте, словно хотел откинуть ей со лба волосы, он поднял руку, но вдруг замер и неуклюже уронил ее. – Ты попала в аварию. Но все будет хорошо. Я здесь, – он пристально посмотрел ей в глаза. – Я люблю тебя, Карен.

Она попыталась приподнять голову, совсем немножко, но почувствовала жгучую боль, головокружение и тошноту. Затем услышала, как в крошечную палату зашел кто-то еще. Другой человек, выше ее мужа, худой, бледный, почти как мертвец, в белом халате и со стетоскопом, подошел к кровати и посмотрел на нее будто с большой высоты. Муж выпустил ее руку и отошел, уступая место новоприбывшему.

Доктор наклонился и посветил фонариком ей в глаза, сначала в один, потом в другой. На его лице отразилось удовлетворение, и он убрал фонарик в карман.

– У вас сотрясение мозга, – сказал он. – Но вы поправитесь.

Карен наконец обрела голос. Она посмотрела на взъерошенного, измученного тревогой человека возле доктора в белом халате и прошептала:

– Том.



При взгляде на жену у Тома разрывалось сердце. Они были женаты всего два года. Эти губы он целовал каждый вечер и каждое утро. Ее руки так же знакомы ему, как свои собственные. А теперь ее прекрасные голубые глаза в окружении всех этих синяков были полны боли.

– Карен, – прошептал он. Наклонился к ней и спросил: – Что случилось?

Она посмотрела на него пустым взглядом.

Но Тому нужно было знать, поэтому он не отступил. В голосе появилась настойчивость:

– Почему ты так поспешно уехала из дома? Куда ты поехала?

Она попыталась было покачать головой, но остановилась и на мгновение закрыла глаза. Открыла их снова и с трудом прошептала:

– Не знаю.

Том посмотрел на нее в ужасе.

– Ты должна знать. Ты попала в аварию. Превысила скорость и врезалась в столб.

– Я не помню, – сказала она так медленно, словно ей требовалась вся оставшаяся у нее энергия, чтобы это произнести. Глаза, обращенные к нему, казались встревоженными.

– Это важно, – почти в отчаянии сказал Том, наклоняясь ближе. Она отодвинулась, погружаясь в подушки.

Вмешался доктор:

– Надо дать ей отдохнуть, – произнес он. Что-то тихо сказал медсестре, потом жестом велел Тому следовать за ним.

Бросив последний взгляд на жену в больничной кровати, Том вышел за доктором из палаты. Наверное, это из-за сотрясения, подумал он с беспокойством. Возможно, все хуже, чем они думали.

Полный тревожных мыслей, Том шел за доктором Фултоном по коридору. Вокруг царила неестественная тишина, и Том вспомнил, что уже глубокая ночь. Доктор отвел его в пустую комнату за кабинетом медсестер.

– Присаживайтесь, – сказал он и сам сел на свободный стул.

– Почему она не помнит, что случилось? – лихорадочно спросил Том.

– Садитесь, – твердо повторил доктор Фултон. – Постарайтесь успокоиться.

– Хорошо, – сказал Том, садясь на единственный оставшийся в тесной комнатке стул. Но успокоиться ему сложно.

Доктор сказал:

– Бывает, что пациенты с травмой головы страдают от временной ретроградной амнезии.

– Что это значит?

– Иногда пациент, который перенес физическую травму головы или даже эмоциональную травму, на время теряет воспоминания, предшествующие травмирующему событию. Потеря памяти может быть легкой, а может и катастрофической. При ударе головой мы чаще сталкиваемся с другим видом амнезии – нарушением кратковременной памяти о событиях после травмы. Вы, скорее всего, с этим тоже столкнетесь. Но иногда случается ретроградная амнезия, более обширная. Думаю, это наш случай.

Доктор казался не слишком обеспокоенным. Том попытался убедить себя, что это хороший знак.