Последняя из Алых Маков

– Это не имя. – Принцесса запоздало вспомнила о том, что связанные с Эфиром люди скрывают свои имена. Оставалось надеяться, что происхождение данного хоть немного остудит пыл Князя. – Это сокращение от слова Демон.

– Как чудно, – приторно сладко пропел мужчина. – Сахарные прозвища для сахарной парочки.

– Уж получше твоего прозвища, – огрызнулась принцесса.

– Оцени мою искренность, дорогая. Это не прозвище. Это самое настоящее имя. В Эфире по нему не найдешь, ведь оно дано мне не матерью, но всю сознательную жизнь меня звали именно так.

Анастасия с силой сжала зубы, но промолчать было выше её сил:

– Тебя явно именовал кто-то недалёкий. Титул Князя в Осеннем Лесу упразднили больше ста лет назад.

Едва договорив, принцесса вскрикнула. Цепкие пальцы сжались на груди, и по левой руке прямо к сердцу скользнула раскалённая игла. Ощущения были ещё хуже, чем тогда, когда Проклятый, разозлившись на её слова о Марии, решил проучить её.

Взвыв от боли, она рванула вперёд и, не удержавшись на ногах, рухнула вниз. Острые камни впились в колени и бёдра. Князь нагнулся за ней и тут же схватил Анастасию за волосы. С силой тряхнув, он вновь поставил её на ноги.

– Это тебе не Эфир, дорогая. Добро пожаловать в мир реальных ощущений, – с жаром зашептал он. – Но, если ты хорошо попросишь, я впущу его в тебя. Будет не так больно умирать.

– Зачем тебе это? – Анастасия зажмурилась, пытаясь удержать слёзы. Этот сумасшедший не заставит её плакать! – Я же не претендую на трон. Половина населения думает, что я мертва, вторая считает меня свихнувшейся ведьмой. Ты убил моего дядю. – На последней фразе голос всё-таки дрогнул. Королевский труп лежал совсем рядом.

– Твари Эфирные! – Воскликнул Князь, заливаясь хохотом, от чего его руки дёрнулись и сильнее сжали волосы. В глазах потемнело от боли. – Маленькая глупенькая принцесска считает, что всё это из-за макового трона?

– Отпусти её.

Анастасия подняла глаза вверх. В двадцати шагах стоял Проклятый. Красные волосы ярко сияли на фоне серых безжизненных гор.

– Дем! – Коротко выдохнула принцесса, с надеждой глядя в жёлтые нечеловеческие глаза.

– Наконец ты пришел. Я заждался.

Князь даже и не думал ослаблять хватку, продолжая тянуть Анастасию за волосы вниз.

– Если ты собрался убить её, мешкать не стоило. – В голосе Проклятого сквозила угроза.

– Убить? Чтобы её душа ускользнула по метке в Эфир, а ты потом возродил её в каком-нибудь теле? – Скептически предположил Князь.

Анастасия едва подавила всхлип. Удерживающие её руки впились железной хваткой. Почему Дем медлил? Он мог разделаться с Князем одним жестом. Он был сильнее зарвавшегося разбойника. Почему же он ничего не делал?

– Что ты хочешь?

– Серьёзно? Неужели ещё не понял? – Искренне возмутился Князь. – Ты меня разочаровываешь. Хотя я должен тебе ответы. Так что спрашивай, не стесняйся. Твоя помощь была поистине бесценной.

Анастасия удивлённо перехватила взгляд Дема, но тот вздохнул и отвернулся. О какой помощи шла речь? Неужели Проклятый встал на сторону психопата?

Князь, почувствовав повисшее напряжение, снова рассмеялся.

– Она не знает наш маленький секрет? Я покажу ей.

Тот не успел договорить, как Анастасия ощутила тёплую волну, идущую изнутри. Эфир разлился по телу, принося с собой лёгкость и гармонию. Страх моментально отступил, дышать стало легче. Принцесса почувствовала, как глаза наполняются волшебной силой. Горы вокруг вспыхнули потусторонним зелёным светом.

– Взгляни сюда, – шепнул ей Князь, показывая на сидящего на камнях Сокола.

Анастасия послушно повернула голову и поражённо уставилась на птицу. Тонкую серую шею оплетала красная светящаяся вязь. Замысловатый узор образовывал ошейник и тянулся вниз до самого сердца. Принцесса уже видела похожие символы ранее. Метка Проклятого.

Она снова посмотрела на Дема. Как такое могло случиться? Но тот, нахмурившись, смотрел в сторону.

Теплота внутри моментально сдулась, лопнула, как мыльный пузырь. Горы потухли, а птица вновь стала самой обычной. Боль снова настигла её, мучая с удвоенной силой.

– Думаю, с тебя хватит. Как я уже сказал, даже Проклятому тяжело использовать Эфир в этом месте.

– Что всё это значит? – Хрипло спросила Анастасия, всё ещё пытаясь прийти в себя после воздействия колдовства. Она еле стояла на ногах, а к горлу подкатывала тошнота.

– На самом деле всё довольно прозаично, – ответил Дем, так и не повернувшись к ней. Ему явно было неловко посмотреть ей в глаза. – Он мой сын. Мой и Маши.

Если бы не Князь, Анастасия почти наверняка бы упала. Она несколько раз открыла и закрыла рот, пытаясь переварить услышанную новость, но в итоге лишь нервно хихикнула, пораженная внезапной мыслью.

– Белый Князь мой двоюродный прадедушка? – Истерический смех всё никак не желал отпускать.

– Что-то вроде того, дорогая. Так что заметь. Я первенец, рождённый в законном браке Королевы Марии и Короля Никослава. Трон Осеннего Леса мой по праву.

– Это безумие… – Принцесса отчаянно замотала головой. – Ребёнок Марии родился слабым и умер. Ты не можешь им быть!

– Я не родился слабым, – тихо добавил Князь. – Я родился уродливым и нерушимо связанным с Эфиром. Женщина, которая воспитала меня… До этого у неё было пять мертворождённых детей. Её муж был стражником Королевы, которому было приказано меня убить. Я не знаю, что случилось бы, попытайся он исполнить приказ. Но он не пытался, а отдал меня жене. Очевидно даже уродливый ребёнок был лучше мёртвого. Они прятали меня около трёх лет, а потом я научился использовать свои силы, творить иллюзии. Правда, после этого проблем у них только прибавилось. – В голосе Князя почудилась улыбка.

Анастасия заметила тоску на лице Дема.


– Сначала я просто собирал слухи, – продолжил между тем Князь. – О том, как после родов Королева кричала, что я отродье демона, что я проклят. Я ненавидел свою силу. Пытался от неё избавиться, всюду таская округлые камушки в шерстяном мешке. Я ненавидел странные сны, преследовавшие меня по ночам, ненавидел то, каким я себя видел по утрам в зеркале. Но, знаете, мои дорогие, со временем ко мне пришло осознание того, что проблема заключена не во мне. Во всем виноваты Четверо, запершие Эфир в камень и сделавшие связь с ним проклятьем.

– Четверо давно ушли из нашего мира… – Анастасия с трудом сглотнула. После смерти отца и дяди она оставалась единственной, в ком ещё текла кровь легенд прошлого. Видимо, Князь решил отомстить Алым Макам за несчастное детство.

– Больше тысячи лет прошло, – усмехнулся Князь. – И вот в моих руках последний потомок Четвёртого…

– Я не дам тебе убить её, – перебил его Дем.

– Ну, что ты, папочка. Я помню уговор. Скреплённый Эфиром, он не рушим и начнёт выполняться даже против нашей воли. Помнишь пророчество? Конец предначертан и определён.

– Конец для того, кто надел корону, – прошипела принцесса. Она прекрасно помнила произнесённое Демом пророчество.

– Ох, она прямая, как сосна, и имеет столько же воображения, – хмыкнул Князь. – И что только ты в ней нашёл, папа. – Последнее слово он произнёс по слогам, словно смакуя его.

– Зато я рад, что у тебя с воображением всё в порядке. Наверное, в мать пошёл. Та тоже очень любила искать в словах двойной смысл.

Князь усмехнулся, чуть склонив голову, отчего сильнее дёрнул Анастасию за волосы.

– Один-один. Но, раз уж у меня такая наследственность, я просто обязан был докопаться до сути пророчества. И, в конце концов, я понял, что был нагло обманут.

– Ты думаешь, что между вином и наведением страха на округу я балуюсь стихоплетством? – Дем поднял одну бровь и патетичным голосом продекламировал. – О, сын рассерженный, с вороной на плече, кончай дурить и отпусти девицу, а то получишь по… челу.

– Это сокол, папа, – как ни в чём не бывало улыбнулся Князь. – И, знаешь, я только сейчас понял, как мне повезло, что в детстве я не слушал твоих стихов.

– В таком случае убери руки от Настеньки или я зачитаю тебе поэму экспромтом.

– Настенька… Чудно. Просто чудно! Обязательно нужно запомнить. Я отпущу твою Настеньку после того, как ты меня выслушаешь. Так что запасись терпением.

Дем сложил руки на груди и выразительно посмотрел на Князя, показывая, что внимательно слушает его.

– Мы остановились на пророчестве. При его произнесении присутствовали трое. Двое, имеющие прямое отношение к короне, и один, рождённый в Озёрных Долинах.

Анастасия попыталась повернуть голову, чтобы лучше рассмотреть выражение лица Князя. Неужели тот говорил серьёзно? Если разбираться, то к короне имел отношение каждый из них. Последняя из Алых Маков, бывший муж Королевы Марии и первенец в браке Короля Никослава и всё той же Марии.

– И кто же рождён в Долинах? – Дем озвучил вопрос, крутящийся в голове у принцессы.

– Ты, папочка, – елейным голоском пропел Князь.

– Ох, ну, конечно. Эфир нашептал?

– Ты сам это подтвердил.

Проклятый закашлялся, поперхнувшись от удивления.

– Смотри шире: рождение – это не только приход младенца в этот мир. Рождением можно назвать много процессов. Именно в Долинах ты добил старую Эллу и получил её силы. Там ты родился заново.

– Бред какой-то… – Хмыкнул Дем.

– Эфир любит играть с людьми. Отнесись к этому как к игре. Нужно разгадать послание, чтобы получить приз.

– И что же будет призом?

– Падение власти! – Глаза Князя горели безумным огнем. – Кровь, стекающая по камню, исчезновение не просто короны – целой династии! Династии, из-за которой сотни людей были вынуждены бежать по ту сторону реальности.

– Нет. Нет! Ты с ума сошёл. Одумайся! Этого нельзя делать. – Дем казался искренне напуганным.

Анастасия переводила затравленный взгляд с одного на другого. Какой она была дурой, решив, что Князь оставит её в покое. Она не до конца понимала, что тот задумал, но страх Проклятого передался и ей.

– Ты уже попытался. Ты убил Короля. Его кровь не сработала, значит, и с ней ничего не получится. – Дем пытался вразумить безумца, но тот лишь победно улыбался.

– Не сработала. Тогда я не знал пророчества. Не я должен пролить кровь на эти проклятые камни, а ты. Обладатель силы Четвёртого.

Неясное предчувствие скреблось под сердцем. Анастасия попыталась высвободиться, сейчас ей нестерпимо хотелось оказаться подальше от разговоров о Четверых и созданных ими камнях. Слегка расслабивший хватку Князь моментально перехватил её, не давая отодвинуться.

– Мышь почуяла кота, – засмеялся он. – Боишься за свои горы?

– За ними Эфир и пустошь. Разрушив горы, ты обречешь Осенний Лес. – На кону была судьба целого королевства.

– За ними? Что же ты так плохо просвещал свою подружку, папа? Эфир не за ними, Эфир в них, глупая. Точно так же, как и Проклятый просидел в камне сотню лет, Эфир ждёт своего часа целое тысячелетие. Чтобы выпустить заточённого, нужна кровь того, кто обрёк его на темницу. Ты последняя из Алых Маков. В тебе течёт кровь первых Королей.

Принцесса посмотрела на горы, будто видела их впервые. Тысяча лет – она даже не могла себе представить, насколько это долго.

– А как же все те, что бежали от карающего меча и огня Четверых? За такой срок даже лучшие способны измениться. Те, кому ты откроешь дверь в наш мир, будут мало похожи на людей.