Последний шанс

– Тебе вообще не следует туда ходить, – бормочет Энигма.

Роза берет из коробки следующее яйцо и, рассматривая постройневшую фигуру Марджи, задумчиво произносит:

– Сегодня ты очень хорошенькая. Такая стройная!

– Гм! – произносит Энигма, глядя на порозовевшее от удовольствия лицо дочери.

– Спасибо, тетя Роза. Представляете, Рон наконец-таки заметил, что я похудела! Но отреагировал как-то странно. Робко осведомился, уж не закрутила ли я на стороне роман.

– Неужели и впрямь закрутила? – с интересом спрашивает Роза.

В последнее время Марджи держится значительно увереннее. И прекрасно выглядит. Тут явно не обошлось без мужчины!

Марджи, нахмурившись, наклоняется над миской:

– Ну, не совсем.

Энигма бросает сито, подняв облачко муки:

– Как можно «не совсем» закрутить роман? Надеюсь, ты шутишь. Лично я никогда не изменяла супругу. Хотя иногда очень хотелось!

– Ах, мама, как ты можешь так говорить? Папа был чудесным мужем.

– Наверное, для тебя он был замечательным отцом, Марджи, с этим я не спорю. Но ты не имеешь представления, каким он был супругом. По временам мне становилось ужасно скучно. Но я не из тех, кто заводит интрижки! Нет! Я наливала себе стаканчик шерри, покупала новый дамский роман и на этом успокаивалась. Как можно изменять мужу! Это безнравственно!

Марджи, закатив глаза, говорит Розе:

– Нет, ты только послушай мать Терезу!

Энигма фыркает:

– Очень остроумно! По-вашему, это смешно? По-моему, нет!

Звенит таймер духовки, и Марджи откладывает в сторону венчик, вынимает четыре готовых пирога и ставит еще четыре.

– Тетя Конни была бы довольна. Мы распродали все билеты на Годовщину даже раньше, чем в прошлом году, – замечает она.

Роза понимает, что прямо сейчас ничего больше не узнает о романе, который Марджи «не совсем» закрутила на стороне. Ладно, спросит в другой раз. И она переводит разговор на другую тему:

– Знаете, что я тут подумала? А что, если в этом году отпраздновать Годовщину в последний раз?

Марджи и Энигма разом прекращают свои занятия и, повернувшись, изумленно смотрят на Розу, ожидая объяснений.

– Чересчур много хлопот, правда? – говорит она. – Ведь нам больше не надо зарабатывать деньги, мы и так очень богаты.

– Да Конни умерла бы, услышав такое! – возмущается Энигма.

Роза с Марджи обмениваются изумленными взглядами.

– Она, вообще-то, и так уже умерла!

– Представьте, я в курсе! – ядовито отвечает Энигма. – Я, вообще-то, это заметила! Как заметила и то, что теперь, когда Конни не стало, все буквально разваливается на части, поскольку все вокруг жаждут изменений.

Ее лицо кривится, она готова расплакаться.

– Я всего лишь выдвинула предложение, – примирительно говорит Роза. – Иногда я думаю, что нам не нужно больше зарабатывать деньги на Элис и Джеке. Просто, возможно, пришло время остановиться.

– Но это семейная традиция! – восклицает Энигма.

– Это семейный бизнес, – поправляет ее Роза. – И весьма прибыльный бизнес.

– Что ж, нам следует сохранить его прибыльным для детей и внуков. Я подозревала, что ты немного не в себе, Роза. Наверняка болезнь Альцгеймера. Надо поскорее отвезти тебя к врачу, чтобы он назначил лечение.

– Детям и внукам нет никакого дела до бизнеса, – говорит Роза. – Грейс занята ребенком и книгами про Габлета, Томас вообще не любит приезжать на остров, а Вероника…

– Вероника пишет книгу про Элис и Джека! – ликующе произносит Энигма. – Девочка очень заинтересована этой историей. Она хочет поговорить со мной и записать беседу на магнитофон. Она собиралась даже загипнотизировать меня.

– Вот именно, и это может вызвать сложности. Что, интересно, ты собираешься ей сказать?

– Не беспокойся, я что-нибудь сочиню!

– Да, но нельзя допустить, чтобы бедная Вероника написала в своей книге какую-нибудь чушь. Это несправедливо. Думаю, мы просто должны открыть им правду. Просто собрать их однажды и все честно объяснить! На днях я чуть не рассказала Софи.


– Роза!

– Ничего не могу с собой поделать. Я вдруг устала хранить тайну. Не хочу, чтобы они все узнали после моей смерти. Давайте расскажем им правду.

– Только когда им исполнится сорок, – упрямится Энигма. – Таково правило. Мне тоже пришлось ждать до сорока, а ведь я в этой истории – главное действующее лицо!

– Кстати, о Веронике и ее книге, – вспоминает Марджи. – Забыла сказать вам, что она разместила в газете объявление с просьбой откликнуться всех, кто располагает какой-либо информацией об Элис и Джеке Манро. И вроде как даже получила несколько откликов.

– От каких-нибудь психов, – говорит Энигма. – Вероника – несносная девчонка. Не следовало ей этого делать. Теперь начнется! Помните, как одна ненормальная прислала нам странное письмо, в котором рассказывала, что видела вещий сон: дескать, тело несчастной Элис спрятано где-то в болоте? Конни тогда так хохотала, что Джимми пришлось отпаивать ее водой.

– Мало того, – продолжает Маргарет, – один из психов пообещал прийти на Годовщину и лично передать Веронике важную информацию.

Энигма фыркает:

– Да, будет над чем посмеяться.

Но Марджи так не думает.

– Этот тип намекнул по телефону, что Элис и Джек приходились ему родственниками и что поэтому он имеет право на какую-то компенсацию из тех денег, что мы заработали на этой истории. Вероника говорит, что от его зловещего голоса ее бросило в дрожь.

– Ну-ну, пусть попробует! – хмыкает Энигма.

– А что, если единственный способ опровергнуть заявление этого типа – сказать правду? – спрашивает Роза.

– О, только если ему уже сорок, – сухо произносит Марджи. – Таково правило.

– Чем больше ты худеешь, тем более дерзкой становишься, – замечает Энигма. – Если этот наглец все-таки появится, мы напустим на него поверенного Конни. Иен – умный мальчик. Он его просветит.

– Но ведь Иен не знает правды.

– Он знает закон, а закон на нашей стороне.

– Лично я в этом не уверена, – с сомнением произносит Марджи.

– А я уверена! Ну конечно на нашей! – не сдается Энигма.

Марджи перекладывает тесто в форму.

– Надеюсь, мама, что это и впрямь так.

Роза разбивает следующее яйцо, вспоминая Конни в девятнадцать лет – ее молодое, решительное лицо в лунном свете и как она уверенно тогда сказала: «Никого не посадят в тюрьму, глупышка!»

Роза смотрит в свою миску и замечает, что в желтки попал кусочек яичной скорлупы.

– Черт возьми!





Глава 45




– О боже, боже, боже! Вот это да!

– Я так понимаю, что тебе понравилось?

– Понравилось ли мне? Да я испытала такой восторг! Ну просто неземное блаженство!

– И я тоже.

– Я просто понятия не имела, что такое бывает! Как же я злюсь на себя! Оказывается, все эти годы я понапрасну теряла время с большими волосатыми обезьянами! Это надо же быть такой дурой!

– Ну, не хочу хвастаться, но, знаешь, далеко не с каждой женщиной так получается. Тут нужна совершенно особенная женщина.

– В таком случае я хочу быть этой особенной женщиной.

– Правда?

– О господи, ну конечно правда!