Последний шанс

Вероника берет кусочек бисквита. Он восхитителен – сладкий и хрустящий. Поверх края кружки видны брови и глаза девушки. Ее миндалевидные глаза темные, почти черные. Пальцы, которыми она держит кружку, длинные и тонкие, как у музыканта. Вероника замечает, что она грызет ногти. На безымянном пальце кольцо с крошечным зеленым камнем.

У Вероники возникает странное, весьма волнующее чувство, что она близка к разрешению загадки куда более интригующей, чем тайна Элис и Джека.





* * *


Софи в домашнем платье готовится к первому свиданию с Иеном, Очаровательным Поверенным, когда неожиданно появляется Грейс. На груди у нее кенгурушка, и ребенок крошечной ручонкой в ямочках ухватился за рубашку матери.

– Привет, Джейк! Вы только полюбуйтесь на него!

Софи, как обычно, в избытке чувств проводит пальцем по его розовой щечке. Карие глазки малыша вопросительно замирают на Софи, но потом он отводит глаза, заинтригованный чем-то над ее плечом.

– Ты уходишь? – отрывисто спрашивает Грейс.

У нее под глазами лиловатые тени, которые придали бы любому изможденный вид. Но Грейс они придают неземной вид.

– Сегодня у меня первое свидание с поверенным тети Конни, – поясняет Софи, чувствуя себя одновременно юной и старой.

Вот перед ней Грейс, которая по меньшей мере на пять лет моложе ее, уже жена и мать. А Софи по-прежнему ходит на первые свидания.

– Извини, – говорит Грейс. – Тогда я лучше приду в другой раз. Просто я хотела обсудить с тобой кое-что.

– Ну так заходи. Успеем по-быстрому выпить чая. У меня еще куча времени, да к тому же по правилам хорошего тона дама должна немного опоздать. – Почему в присутствии Грейс она всегда болтает? – Вчера голова у тебя быстро прошла?

Грейс вынимает Джейка из кенгурушки:

– Хочешь подержать его? Я могу приготовить чай.

– О-о, конечно.

Софи пытается рассмешить ребенка, дуя ему в животик. Она замечает, что ее тщательно уложенные волосы растрепались, и тут Грейс объявляет:

– Я собираюсь уйти от Кэллума.

– Что? О господи!

Софи чувствует укол страха и вины, а где-то в глубине – крошечный, поспешно сдерживаемый всплеск радости.

– Только, пожалуйста, ничего ему не говори. Обещаешь пока молчать?

– Конечно. – Замечательно, она связала себя новым обещанием: хранить секрет, который, вероятно, хранить не надо. – Но мне кажется, тебе надо поговорить об этом с Кэллумом. Он обожает тебя, Грейс.

– Нет, это не так. Вернее, не совсем так.

– Думаю, у вас просто сейчас очень трудный период. Грудной ребенок – к этому надо приспособиться.

– У нас уже давно проблемы.

– О-о…

Софи не знает, что сказать. С Грейс у нее не такие отношения, как с другими подругами. Тех она принялась бы подробно обо всем выспрашивать. Но Грейс такая неприступная.

– А как же ребенок? – произносит она наконец, думая о том, как Кэллум обожает сына. Если Грейс заберет Джейка, он этого не переживет.

– Я пока не знаю.

– Гы-гы-гы! – жизнерадостно комментирует Джейк, пытаясь засунуть в рот большой палец ноги.

Софи живо представляет себе его будущее: разрываться между двумя домами, слышать, как мама и папа ругаются из-за алиментов, ненавидеть нового друга мамы (хотя, наверное, испытывать симпатию к очаровательной новой папиной подружке?). «Ах, перестань, – одергивает она себя, – это не игра, когда брак рушится, это очень серьезно!»

– А может быть, вам обратиться к семейному психологу? – спрашивает она Грейс. – Две мои знакомые пары сейчас ходят к одному и тому же консультанту. Говорят, он хороший специалист и берет вроде как недорого. Хочешь, узнаю для тебя его координаты? Могу позвонить прямо сейчас.

Но Грейс в ужасе от ее предложения:

– Нет-нет, я не хочу ни с кем это обсуждать! Просто подумала, что скажу тебе, поскольку… Пожалуй, я пойду. Хорошо тебе провести вечер.

Она забирает ребенка у Софи и уходит, не дожидаясь, пока закипит чайник.






* * *


Грейс поднимается на холм с сильно бьющимся сердцем, чувствуя у груди теплое тельце Джейка.

Что ж, ей наверняка нравится твой папа, Джейк. Теперь, узнав о том, что я собираюсь уйти, Софи будет обращаться с ним по-другому. Я разрешила ей дотрагиваться до его руки, смотреть ему в глаза. Я немного приоткрыла дверь, чтобы дать им шанс. Вы трое будете очень счастливы вместе. У тебя будут чудесные мама и папа. Я дам им еще две недели. До празднования Годовщины. Заранее заполню налоговую декларацию, и Кэллуму не придется об этом беспокоиться. А то бумажная волокита вечно выводит его из себя. Надеюсь, этим впредь будет заниматься Софи. Я также все постираю. Оставлю в холодильнике кучу еды. Похоже, Софи умеет только печь пироги, причем, боюсь, не слишком хорошо. Ничего, Марджи поможет им на первых порах. Они получат выплату по страхованию жизни, и это тоже очень удобно. Все ведь будет выглядеть как несчастный случай.

Грейс глубоко вдыхает холодный воздух. Решение принято. Она чувствует себя лучше, чем за все последние недели.





* * *


Очаровательный Поверенный Иен не оплошал на первом свидании. Он приятен и интеллигентен, но не вкрадчиво вежлив, а действительно внимателен и мил. Когда их сажают за столик рядом с постоянно хлопающей кухонной дверью, он откашливается и вежливо, но твердо просит, чтобы их пересадили. Софи нравятся как его деликатное покашливание, так и твердость.

Она спрашивает, что за шрам у него под глазом.

– Было бы неплохо, если бы я получил этот шрам, сражаясь на дуэли, – смеется Иен. – Или на войне, или, по крайней мере, занимаясь каким-нибудь экстремальным видом спорта. Но на самом деле это отметина от ветрянки, которой я переболел в одиннадцать лет.

– Ветрянка! – восклицает Софи. – Вы меня разочаровали!

– Между прочим, я тогда чуть не умер. Это меня не оправдывает?

– Нет. От ветрянки сильно чешутся, и это совсем не романтично.

Софи без труда выбирает вино. Иен задает вопросы о ее жизни, но не допытывается, за кого Софи голосует, почему она до сих пор не замужем и любит ли оральный секс. Он интересуется ее работой, но при этом не держится снисходительно. Он не рисуется. Он приветлив с официанткой. У него красивые руки. Он правильно держит нож и вилку и не ставит локти на стол.

Он водит дорогую машину, но не кажется фанатом автомобилей.

Он в разводе, но в нем не чувствуется желчи или цинизма.

Иен целует Софи на прощание, и это чудесно. От него дивно пахнет. Он не шарит у нее во рту языком, как шустрая ящерица. И не стукается зубами о ее зубы.

– Я позвоню, – говорит он, и Софи знает, что так и будет.

Поверенный Иен – настоящая ловушка.

Засыпая, она думает о Кэллуме и Грейс. Их отношения, вероятно, начались с такого же идеального первого свидания. А теперь, пожалуйста, вон до чего докатились.

Той ночью ей снится, что она в постели с Иеном. Опершись на локоть, он с улыбкой смотрит на нее, но Софи пытается скрыть отвращение, потому что Иен покрыт ужасными болячками от ветрянки. «Зачем тебе сдался этот шелудивый адвокатишка?» – говорит Кэллум, присаживаясь на краешек ее кровати. На руках он держит маленького Джейка. Софи в ответ радостно смеется.





Глава 40




Роза невозмутимо заправляет длинные седые волосы под ярко-розовую купальную шапочку, а Софи в это время скачет по твердому, холодному песку, потирая покрытые гусиной кожей руки, и спрашивает:

– А не кажется ли вам, Роза, что сегодня утром слишком холодно для купания?

– Обещаю: будет здорово, и мы очень взбодримся, дорогая.

Роза медленно подходит к воде. У нее молочно-белая спина с багровыми старческими пятнами и выпирающий позвоночник. Глядя на длинные ноги Розы, Софи представляет себе красивое спортивное тело молодой девушки. Роза поднимается на покрытую зеленым мхом скалу и ныряет почти без брызг, а потом плывет вольным стилем.

Этой женщине без малого девяносто.

Софи со вздохом следует за ней. Ныряет и испытывает настоящий шок: кажется, что сердце сейчас остановится. «НИКОГДА! – мысленно кричит она себе. – НИКОГДА НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО БОЛЬШЕ!»

Софи выныривает, хватая воздух открытым ртом, стуча зубами и по-щенячьи подняв нос высоко над водой. Через несколько минут, успокоившись, она окончательно приходит в себя. Шелковистое прикосновение воды к коже, залив, краски которого становятся ярче и отчетливей, по мере того как солнце поднимается выше, – и вся она будет гореть еще час после купания, и аппетит наверняка разыграется, поэтому горячий шоколад, яйцо с беконом и булочки будут моментально съедены за завтраком.

Эти булочки словно бы привет от тети Конни. Морозильник Розы все еще набит едой, приготовленной Конни. Роза каждый вечер что-нибудь размораживает, а потом разогревает перед купанием. Софи постоянно предлагает принести что-нибудь на завтрак, но Роза в ответ лишь смеется, словно это шутка. После купания они закутываются в теплые джемперы, надевают вязаные шапочки и усаживаются на песок поесть.

– Как прошла встреча с поверенным Иеном? – спрашивает Роза.

– Вообще-то, неплохо.