Попасть – не напасть

Глава 1

Вживание? Выживание?




Жутко болит голова, не давая сосредоточиться.

Что со мной?

Где я?

Так, Маруся, соберись, а то потом не соберут… Что ты помнишь?

Что я помню?

Работу я помню. С которой и шла около девяти вечера. Почему так поздно? А слово «сверхурочные» вам ни о чем не говорит? Мне вот говорит. Как пелось: «Сверхурочные украдкой твой карман слегка ласкают…» Не так? А все равно приятно. Работаю я в проектном бюро, и обратились к нам недавно заказчики от районной администрации.

То есть сначала эти долбидятлы обратились не к нам. Им продали проект.

Знаете, что такое использование проектной документации? Стоит школа в Барнауле или, там, на Чукотке. Берется ее проект и продается, типа, стройте такую же у себя. А потом проводится адаптация.

Какой дятел им этот проект делал – не знаю. Точно знаю, что надо бы вырвать ему ноги из того места, коим думал оный птиц. Разные климатические условия, разные дома, разные…

Вот, к примеру. Есть у меня знакомый проектировщик, работал в Казахстане, Алма-Ате, потом приехал к нам, в Иркутск. Построил себе дом. Три веранды, одна на втором этаже, две – на первом… Уже через месяц до товарища дошло, что он был решительно неправ. В Казахстане-то тепло. И зимой там сколько? До минус тринадцати. ДО! А не после.

А в Иркутске?

До минус сорока. И поверьте, это даже не предел. А еще снег… Короче, полгода он тратит на то, чтобы обогреть два балкона и сколоть снег и лед с третьего, который сделан в виде террасы на втором этаже. Загорать там замечательно, да только не получается почему-то. Не тот климатический пояс!

Суть ясна?

Вот этим умникам проект адаптировали. Да так, что ни одна инстанция его не пропустила. Администрация, мол, вы или кто… Вы понимаете, что ЭТО непригодно? В принципе!

А деньги уплочены, а деньги федеральные, а своровано-то под это дело уже столько, что поневоле работать приходится… Ну и решили отщипнуть нам толику от сворованного.

Я возражать не стала. Посижу с бумагами, не переломлюсь. Деньги мне нужны.

Зачем? А племянникам.

Да, так получилось. Девчонки, мотайте на ус, а нет усов – мотайте на нос! Когда вы молодые и умные – не надо! Вот не надо верить тому, что вам говорят женатые мужчины. И любить их до безумия не надо, и жить с ними по десять-пятнадцать лет любовницами ни к чему, и аборты от них делать не стоит. Что б вам там ни пели соловьи. А то окажетесь в сорок лет одинокими, бездетными и нужными только племянникам. Брат и сестры (нас в семье четверо) мне уже семь племянников нарожали, и думаю, это не предел. А мне рожать и не светит…

Дура была? Вот кто умный, те моих глупостей и не повторяйте.

Топаю, значит, я вчера до дому, до хаты, а во дворе моем компания пиво пьет… А потом и не помню.

Та-ак… А подумать?

А если подумать, треснули меня сзади по башке, вот и результат.

Ладно. Жива, здорова, а денег в сумке все равно было рублей двести, что ли? На проезд хватит, ну, на бутылку кефира. И все. Пусть подавятся.

И сережки жалко… Они у меня были хорошие, с изумрудами… Уши хоть не порвали?

Попробую открыть глаза.

Хм…

Палата, да. Больничная, но какая-то странная. Вот как у нас выглядят больницы, все знают? Кто не знает – завидую… Кафель, краска, жуткий запах, аура страдания и боли.

А здесь…

Это, безусловно, палата. Но какая-то странная. Где вы видели в наших палатах мебель из натурального дерева? Явно дорогую и качественную?

Капельницы нет, телевизора нет, радио нет, выключателя нет… А почему светло?

Ага, вот и шарик на потолке. Типа, люстра. Выглядит как присосавшийся к потолку клоп о четырех лапах… Ладно, фиг с ним, с дизайном. Может, платная палата?

А кто за меня платить будет?

В семье я самая богатая, как это ни забавно. Квартира, гараж, дача, побрякушки… Родственники зарабатывают намного меньше.


Ладно.

Так что у меня с ушами-то?

Касаюсь одного уха, второго… Мать вашу! А почему они не проколоты?

Взгляд случайно падает на руки.

МАТЬ ВАШУ!!!

Это – НЕ МОИ руки!

Свои я хорошо знаю, крестьянки мы, не графини. Рука широкая, ладонь такая… Для лопаты приспособленная. Ногти короткие, на мизинце – шрам от ожога.

А эта рука не моя!

Пальцы длинные, ногти длинные, ладонь узкая… И она явно моложе.

Мозг отключается.

Плавно ухожу в глубокий обморок.





* * *


Когда я пришла в себя второй раз, в палате суетилась тетка лет сорока.

Полненькая, даже на вид уютная, с какой-то нашлепкой на полуседых волосах, одета в желтое, на груди нашита белая лилия.

Чем-то я себя выдала, потому что она повернулась и посмотрела на меня.

– Княжна, вы очнулись?

Кто я?..

Медленно опустила веки.

Хоть княжна, хоть черт с рогами… Что бы тут ни происходило, первое правило умной женщины – молчать. Второе – слушать. Советую следовать им в любых обстоятельствах, и вы приобретете репутацию гениальной и загадочной дамы.

– Водички хотите?

Хочу ли я воды?

ДА!!!

Сиделка поняла все без слов, подошла, ловко приподняла мою голову, поднесла к губам поильник вроде заварочного чайника.

Я не пила. Я впитывала воду всей поверхностью тела. Выдохнула…

– Благодарю.

Мне знаком этот язык.

Это не современный русский, но я понимаю. Я воспринимаю его родным и спокойно говорю на нем. И вот это – «благодарю»… Когда его в нашем языке заменило спасибо? Да в начале прошлого века, пришло с коммунистами, да так и осталось. Может, как альтернатива безбожию?

Черт его знает. У меня в семье вообще до сих пор говорят «дякую». Откуда пошло?

Но сейчас я сказала «благодарю». Спокойным и вежливым тоном, словно так и надо.

– Где я?

– В госпитале святой Елизаветы Мученицы.

Я медленно прикрыла глаза.

– Давно я здесь?

– Как шестого дня привезли вас, княжна, так и лежите без памяти…

– Что говорят?