Покер с акулой

Провожаемая треском, я дошла до поворота и увидела несколько почерневших избенок с полупокосившимися заборами. «Улица Матросова, дом 12» – было намалевано белой краской на первом домишке. Недоумевая, куда подевались одиннадцать предыдущих зданий, я толкнула калитку и оказалась в захламленном дворе. Значит, Писемский ошибался, Ксюша жила не на улице Космонавтов. Слева, у полуразбитого кресла стояла огромная ржавая ванна, справа высилась поленница. Покосившиеся ступеньки жалобно запели под моей тяжестью, дверь распахнулась, и ноги ступили внутрь невероятно грязной комнаты. Всюду, куда только хватало глаз, тянулись немытые банки, висели вонючие тряпки, ведра и сита.

– Есть кто живой? – крикнула я.

– Чего надоть? – раздался голос.

Тут же отворилась другая дверь, на меня пахнуло стойким ароматом перегара. В проеме стояло существо мужского пола неопределенного возраста. Красные опухшие глазки, всклокоченная сальная шевелюра, трехдневная щетина, на плечах – драный ватник, на ногах – калоши. Ален Делон, да и только. Небось, как французский актер, тоже не пьет одеколон. Правда, про бурбон, наверное, не слышал, обходится самогонкой.

– Чего надоть? – повторило небесное создание, яростно скребя подбородок черными ногтями. – Ты кто будешь, пенсию носишь?

Его глаза с надеждой заблестели, но я порушила его мечты:

– Ксения Федина здесь живет?

Если бедная девочка пошла на кражу, чтобы вырваться из этой обстановки, ее даже и упрекать нельзя!

– Ксения, Ксения, – забормотал хозяин, морщась, – кто ж это такая будет?

– Сестра твоя, уебище, – донеслось из избы.

– Ксюха! – обрадовался братец. – Так она померла!

– Когда? – спросила я, чувствуя ужасную усталость. – Когда?

Собеседник расстегнул ватник и начал чесать грудь. Может, у него блохи?

Отойдя на всякий случай подальше, я повторила:

– Когда?

Мужик перестал скрестись и крякнул:

– Ленк, не помнишь?

– Года два назад, – ответил голос и тут же в комнату вошла довольно молодая востроносенькая женщина в застиранном байковом халате.

– А вам зачем? – поинтересовалась она.

Секунду я колебалась, что ответить. Для таких киностудия – как другой мир, а милиционеру тоже ничего не скажут, испугаются.

– Видите ли, я представляю лотерею «Поле чудес». Ксения Федина выиграла большой приз, но в квитанции указала этот адрес.

– Да вы проходите в залу, – оживилась Лена, услышав про деньги.

Мы прошли в довольно опрятную, явно парадную комнату, в которой стоял дикий холод.

– Ксения померла, – сказала невестка и спросила, – а чей теперь приз?

Я развела руками:

– Во-первых, мы должны удостовериться, что девушка мертва, у вас есть свидетельство о смерти?

Лена покачала головой.

– С чего вообще вы решили, что она покойница? И где Раиса Петровна?


– Свекровь тоже померла, – спокойно ответила Лена, – силосом задавило.

– Чем?

– Она в яме вилами корм для коров доставала, а тут силосораздатчик сломался и на нее целую тонну комбикорма высыпал. Враз задохнулась, – спокойно пояснила женщина. – А о Ксюхе бумага есть.

– Какая?

Лена встала, выдвинула ящик буфета, порылась и подала мне листок:

– Вот.

Справка из больницы №1754. «Ксения Федина находилась на лечение, доставлена с травмами, несовместимыми с жизнью. Скончалась 28 сентября. Тело кремировано, как невостребованное». Ни даты, ни круглой печати, только подпись – доктор Иванов и штамп. Филькина грамота! Да еще с грамматической ошибкой – на лечениЕ. Ни один здравомыслящий человек не поверит данному, с позволения сказать, «документу». Но тот, кто состряпал бумажонку, хорошо знал Ксюшиных родственников, для них подобная справка – документ.

– И вы, конечно, не в курсе, где она похоронена?

Лена пожала плечами. Ну не дура ли! О каком невостребованном теле может идти речь, когда «извещение» отправили родственникам?! Впрочем, бабе просто все равно: умерла сестра мужа, и ладно!

– У нее есть кто из близких?

– Только мы, – быстро ответила Лена, – наследство наше.

– А Витька? – очнулся муж. – Витька-то…

Женушка пнула его ногой, но поздно. Я сердито сдвинула брови и сообщила:

– Сокрытие родственников при получении наследства карается по закону, можно в тюрьму угодить. Кто такой Витька?

– Тоже мне, родственник, – фыркнула Лена, – сколько лет не виделись, одно название.

– Кто он? – настаивала я.

– Брат ихний старший, – пояснила Лена, – в Москве живет, богатым стал, загордился. Домой носа не кажет, помощи никакой…

– Адрес давайте!

Лена вздохнула и вновь полезла в буфет. На этот раз она долго рылась в коробочке и наконец сообщила:

– Приютский переулок, дом один.

– Кто еще есть из родственников?

– А никого, – сказала женщина, – четыре брата было и Ксюха, ну и мать еще. Сенька помер, Костька сидит, Раиса Петровна задохнулась, Ксюха тоже убралась. Только и осталось, что Васька мой, да Витька-хмырь.

– Константин когда выйдет?

– Никогда, – пояснила Лена, – пожизненное получил за убийства, девять человек порешил, маньяк!

Я только вздохнула, ну что за люди могли вырасти в подобной обстановке? Только алкоголики да маньяки.


Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. 
Купить недорого с доставкой можно здесь.