Под моей кожей

– Крис! – на одном дыхании произношу я и облизываю пересохшие губы. – Прекрати.

– Ты, наверно, имеешь в виду «Крис, не останавливайся»? – уточняет он и засовывает палец еще глубже внутрь, двигая им то вверх, то вниз. Я еле сдерживаю стоны. Что он делает со мной?

Я поворачиваю голову и тянусь за поцелуем. Но Крис лишь легонько касается своими губами моих и тут же отстраняется.

– Нравится? – спрашивает он, подмигивая.

– Да, – выдыхаю я.

Неожиданно он вытаскивает из меня пальцы и облизывает их. Вот черт! Я не успела кончить! Зачем он меня так мучает?

– Я позволю тебе забраться на вершину удовольствия, детка, но чуть позже. – Крис дарит мне страстный, продолжительный поцелуй: наши языки переплетаются, а влажные губы ласкают друг друга. – Пожалуйста, сделай это. Ради меня.

– Хорошо, – говорю я и касаюсь ладонью его лица, аккуратно поглаживая нижнюю губу большим пальцем.

Он довольно улыбается. А во мне вдруг просыпается жажда приключений! Я ведь никогда не делала ничего подобного! В крови бушует адреналин – я чувствую прилив сил и невероятную уверенность, что у меня все получится. Ничего плохого не случится.

Я поправляю платье, достаю из сумочки пудру и смотрю в зеркало: макияж и прическа в порядке. Можно идти.

– Удачи, Лидия, – подмигивает Крис.

Я выхожу из «Порше» и иду прямиком к входу в ювелирный магазин.

Постукивая каблучками, я поднимаюсь по мраморным ступенькам. У дверей я замечаю сурового охранника в строгом черном костюме. По моему телу пробегает холодок. Витражная дверь в главное помещение магазина приоткрыта. Внутри очень светло и просторно; солнце освещает каждый уголок. Я поднимаю голову выше, выпрямляю спину и элегантной походкой направляюсь к огромной витрине. Посетителей в это время почти нет – только мужчина средних лет с девочкой лет шести, кажется, выбирают украшение в подарок. Ко мне подходят молодой рыжеволосый консультант и мужчина лет пятидесяти с бакенбардами и еле заметной сединой.

– Добрый день, мисс. Проходите, пожалуйста, – говорит тот, что постарше, и улыбается мне. – Желаете, что-нибудь приобрести? – Он жестом указывает на витрину.

– Желаю посмотреть и, конечно же, приобрести, – мило улыбаюсь я в ответ. В этот момент мое обаяние и красота должны быть на высоте. Но это оказывается сложнее, чем я думала.

Я быстро просматриваю украшения, лежащие за стеклом. Они так сверкают и переливаются, что дух захватывает. Впрочем, часть я уже видела; некоторые мне дарил мой отец.

– Покажите вашу последнюю коллекцию, – хлопая длинными ресницами, произношу я.

– Что именно: кольца, колье, броши?

– Пожалуй, все, что есть.

Мужчина достает из витрины футляры с драгоценностями. Первым оказывается рубиновое колье с бриллиантами. Оно прекрасно! Камни подобраны идеально.

Следующее – бриллиантовое колье тончайшей работы.

Передо мной открывают множество футляров – больших и маленьких. Все украшения совершенно разные, но их все объединяет невероятная красота, роскошь и, конечно, высокая стоимость.

– А ещё у меня есть для вас одна прелестная вещица.

Консультант кладёт передо мной колье с угольно-черными камушками.

– О, оно великолепно! – с нескрываемым восхищением говорю я. Как так получилось, что отец до сих пор мне его не подарил?

– Но и стоимость достаточно высока.

– Это меня не волнует, – вальяжным тоном заявляю я.

Глаза разбегаются от всей этой красоты. Я дотрагиваюсь до нескольких изделий, почувствовав холод камней и ощутив всю их глубину и драгоценность

– У вас удивительно красивые руки.

– О, спасибо! Мне нравится все! – Я широко улыбаюсь.

– Извините, вас просят пройти в кабинет. Прибыл мистер Уайт, – говорит молодой человек с рыжеватыми волосами, обращаясь к пожилому. Он стоит прямо у меня за спиной, и я вижу его отражение в витрине.

– Да, конечно. Прошу прощения, мисс, очень важный клиент. Мне срочно нужно отойти.

Он улыбается мне и поспешно направляется в другую залу, но перед этим что-то шепчет молодому человеку.

Или сейчас, или никогда! Я должна это сделать! Должна взять это чертово колье и скорее сбежать отсюда. Я собираю всю оставшуюся волю и храбрость. В считанные секунды я захлопываю футляр и, пользуясь моментом, бросаю его к себе в сумочку. Я делаю это настолько быстро, что сама не замечаю.

– Показать что-то еще? – интересуется рыжий консультант, подходя ближе.

– Думаю, достаточно! Прошу, отложите это все, я приеду за ними позже с моим мужчиной, и мы их выкупим.

Консультант мысленно пересчитывает украшения.


– Мне кажется, их было девять.

– Простите, что?

– Вы смотрели девять изделий, мисс!

– Вы думаете, что я украла? По-вашему, я воровка? – взвизгиваю я.

– Нет, ну что вы! Просто…

– Да как вы смеете?! – Я разворачиваюсь и направляюсь к выходу.

Все мое тело сковывает холод, а кровь ударяет в голову. Дикий страх и паника забираются в мое сердце. Я пытаюсь держать осанку и не подавать виду, что внутри вся трясусь от ужаса. У самого выхода передо мной вырастает охранник.

– Мисс, прошу дождаться полиции.

– Что? Я не понимаю…, – выдавливаю я. – Отпустите меня! Немедленно!

– До приезда полиции, увы, не могу. Пройдемте со мной в кабинет начальства.

Не успеваю я возразить, как он берет меня за локоть и ведет по коридору. Ноги у меня подкашиваются, а сердце бешено стучит. В этом кабинете нас, видимо, ждет тот самый мужчина, который показывал мне украшения.

– Слушайте, я не понимаю, почему вы меня задерживаете?! Я очень спешу!

– Мисс, вы пытались вынести из магазина ювелирное изделие, не заплатив за него. Дождитесь полиции. Если вы невиновны, вас отпустят, и мы принесем вам свои извинения. – С этими словами охранник хватает телефон и набирает номер. – Мистер Андерсон, у нас кража. Ждем полицию. Предположительно на 12 000 долларов.

Когда приезжает полиция, сотрудники магазина показывают им видеозапись моего преступления. Один из полицейских осматривает мою сумочку и, разумеется, находит в ней колье.

– Это украшение было украдено? – интересуется он у присутствующих. Те соглашаются и бросают в мою сторону осуждающие взгляды.

На меня надевают наручники. Голова кружится. Я как в тумане. Меня ведут к полицейской машине. По дороге я ищу глазами Криса и его авто. Но его будто и не было здесь. Мне становится невыносимо больно: он меня бросил!

Меня усаживают на заднее сидение и везут в участок.

Глаза не плачут, но душа обливается слезами. Холодными пальцами я перебираю тонкую ткань своего платья, и кровь медленно отливает от головы.

Сожалею ли я о том, что украла? Думаю, нет! Сожалею ли я о том, что меня поймали? Безусловно! Мне не стыдно! Мне страшно и до боли обидно. Меня оставили, забыли, потеряли, разлюбили, и это сделал самый любимый и родной человек в моей жизни! Я готова раствориться в своих страданиях. И я до сих пор надеюсь, что это всего лишь страшный сон, что я сейчас открою глаза, и передо мной предстанет моя большая, светлая комната, наполненная ароматом только что приготовленного кофе с пряностями. Но нет! Я сижу в тесной полицейской машине, заперта со всех сторон и не имею права на свежий воздух. Я в полном отчаянии.

Время летит необычно быстро. Не успев опомниться, я оказываюсь в полицейском участке. Повсюду люди в форме, суета, разговоры. Меня сажают за решетку, но я не осмеливаюсь заговорить с другими задержанными. Я опускаюсь на край скамьи и закрываю лицо руками.

У меня забрали личные вещи и сумочку со всем содержимым. Я теряю счет времени: сколько я уже здесь? Два часа, пять? Слезы льются из раскаленных от боли глаз. Душа сжимается в комок. Я больше не могу! Я больше не могу здесь находиться! Эти серые кирпичные стены давят на меня. Но еще больше я боюсь, что за мной приедет кто-то из родных. Меньше всего мне сейчас нужны осуждающие взгляды и шепот за спиной.

Через какое-то время я слышу голос моего отца – его я не спутаю ни с чьим другим. И как мне теперь смотреть ему в глаза? Как заговорить с ним? Я безумно хочу выбраться из этого жуткого места, но ощутить на себе его взгляд, я не в силах. Рядом со мной сидит пожилая афроамериканка с трясущимися пальцами и худым, изможденным лицом. Она прижимает к груди какую-то желтую бумагу и нервно оглядывает камеру. Рядом с ней – разодетая длинноногая дама лет сорока. Она вальяжно покачивает ногой, сложив одну на другую. Спутанные желтые волосы, вызывающий макияж, дешёвая и вульгарная одежда… Не трудно догадаться, что это дама – ночная бабочка.

Я опять слышу голос отца и обрывки фраз местного копа. Через пару минут раздаются чьи-то уверенные шаги, и к решетке подходит полицейский. Женщины с надеждой поднимают головы, но он произносит мое имя:

– Лидия Андерсон, на выход! За тобой пришли.

Я осторожно поднимаюсь со скамейки и выскакиваю из камеры.

– Мне нужны мои вещи, – с высоко поднятой головой говорю я, и весь страх мгновенно улетучивается.

Здоровяк жестом указывает на светло-коричневую деревянную дверь с металлической ручкой.

– Заходи.

Я чуть не теряю сознание. Электрический разряд в одно мгновение сковал мое тело. Меня снова охватывает страх. Папа сидит на стуле лицом к двери, подперев голову правой рукой.

– Ну, смелее, проходи, – легонько подталкивает меня полицейский. Я просачиваюсь внутрь и жмусь к стене.

– Ну, здравствуй, – громко, с ноткой осуждения и непонимания говорит отец.

– Привет, пап, – кротко и тихо вздыхаю я.

– Распишись за вещи и поедем. А то мама уже соскучилась.

Не хочу здесь и сейчас выяснять отношения, так что решаю подчиниться. Подойдя к столу, я ставлю свою подпись, беру в руки сумку и выбегаю из кабинета.

– Лидия, дорогая, ты колье забыла! – доносится мне в след.

Я стою у входа в участок – идти мне некуда, а вернуться домой без папы я не могу. Долго ждать не приходится: он выходит почти сразу за мной и быстрым шагом направляется к автомобилю. Даже не взглянул на меня! Я бегу следом. Всю дорогу он молчит, а я не знаю, куда себя деть. Выйдя из машины, я медленно иду в дом. Пытаюсь придумать оправдание, но, кажется, его не существует. Как можно тише я открываю дверь и протискиваюсь в холл. Папа еще на улице, и я надеюсь избежать встречи с мамой. Я направляюсь к лестнице, которая ведет на второй этаж в мою комнату.

– О, кажется, заключённых привезли, – раздается мамин голос у меня за спиной.

Ну, сейчас начнётся! Я закатываю глаза и нехотя поворачиваюсь к ней лицом.