По осколкам нашей любви

Я кинула на нее злобный взгляд, прежде чем медленно поднялась на ноги. Направившись к Ронни с Марко, я думала, как взять ситуацию под свой контроль, и также размышляла, как, черт побери, прекратить трепет между ног по пути к Марко, который так смотрел на меня.

Я чувствовала, как глаза бродили по мне, задерживаясь на груди, исследуя изгибы бедер и пробегаясь по ногам, прежде чем опять взглянуть мне в лицо. Когда наши глаза встретились, его были наполнены ощутимым теплом, за что я бы все отдала пять лет назад.

— Марко. — Я поприветствовала его решительно, думая не скрывать тот факт, что мы уже знакомы.

Ронни округлила глаза от удивления.

— Ты уже знаешь Марко?

— Агась. — Я приподняла вопросительно брови, и он снова улыбнулся мне. Это улыбка была незнакомой и сразу воздействовала на женскую часть меня.

Черт бы его побрал.

— Что ж, какое совпадение. — Ронни улыбнулась, не зная, то ли смотреть на него, то ли на меня.

— М-м-м. — Я сделала глазами круг и согласилась, высмеивая ситуацию. — Действительно, совпадение.

Марко открыто рассмеялся.

А Ронни оказалась в замешательстве.

— Так значит, Марко… Я не знала, что ты читаешь. — Я сморщила лоб в поддельном замешательстве.

— Ага. — Он невинно кивнул. — Я люблю читать.

— Или врать, — пробубнила я себе под нос.

— Прости, Ханна? — Ронни немного наклонилась, чтобы получше услышать меня.

Я не обращала на нее внимания вежливо, как только могла, и слащаво улыбнулась Марко.

— Приятно видеть тебя на нашем борту. Как ты узнал о нас?

Он засмеялся.

— Аниша. Но, как оказалось, она плохо относится к угрозам. Ты ничего не знаешь насчет них?

Ниша. Конечно. Мне стоило догадаться — угрозы совсем иначе повлияли на нее, не так, как я ожидала.

— Не понимаю, о чем речь, — солгала я. — И я собираюсь убить ее.

Ронни вздохнула.

— Я совсем запуталась.

Я тоже вздохнула.

— Давайте просто начнем, хорошо?

Мы уселись на свои места; Марко сел рядом с Ронни на стул, что стоял прямо напротив меня. Все взгляды были устремлены на него, когда Ронни представила его, и не только потому, что он был новеньким в группе, а потому что он выделялся во многом: первое, он выглядел великолепно, второе, он был американцем, и третье, в нем было что-то особенное, что привлекало людей.

Я бы бросила в него книгу, если бы только меня не выгнали потом из группы. Я даже серьезно подумывала над этим какое-то время, и немой смех, который коснулся его губ, дал понять, что он был в курсе моей затеи.

Я взглянула на него и отвернулась.

— Ты читал «Прислугу», Марко? — спросила его Ронни, полностью очарованная им.

— Нет, не думаю.

— О, ну ничего. Просто вливайся в разговор по ходу обсуждения.

— Конечно.

Конечно. Я передразнила его, и его фырканье заставило меня взглянуть на него. Он смеялся надо мной, находил меня забавной.

Марко получал от этого удовольствие!

Я пыталась присоединиться к дискуссии, пыталась выразить разумные вещи по поводу истории, но его голубовато-зеленые глаза все время сверлили меня. Мозг просто отказывался сотрудничать.

Спустя полчаса Крис стал с беспокойством смотреть на меня, а Ронни вела себя горделиво, потому что выдвигала большинство тезисов. Она повернулась к Марко.

— Теперь, когда ты немного услышал о книге, у тебя есть, может, что добавить?

Я застыла, глаза прилипли к нему вопреки злобе. Сердце начало ускоряться от ожидания.


Марко не сдал назад. Он посмотрел прямо на меня и ответил:

— Думаю, эта книга о решительности, о стремлении понять, что правильно, что ощущается правильным, несмотря на неудачи и возможные негативные последствия. Похоже на одну из прочитанных мною историй.

Я была будто замороженной в этот момент, когда он смотрел в ответ на меня со всей той решительностью, что он указал прежде. Ладони начали потеть, и я ничего не могла слышать из-за пульса, раздающегося в ушах, думая, куда мне деться.

Он дал понять, что не намерен сдаваться.

И я поверила ему.

Прочищая горло, я резко встала и убрала книгу в сумку. Без единого слова поспешив к выходу, я проигнорировала то, как Ронни обеспокоенно позвала меня, пока другие озадаченно шептались между собой.





∙ ГЛАВА 9 ∙




«Когда я с тобой, то чувствую, что все будет хорошо. Я не могу объяснить этого».

Я не могла выкинуть голос Марко из головы, точнее его слова, что он сказал мне давным-давно. Они так много для меня значили тогда, потому что я знала, что он не из тех парней, которые нормально выражают эмоции, и в тот день он позволил себе быть со мной открытым.

Несмотря на то, что произошло и что он кинул меня, разбив сердце, эти слова все равно не прекращали преследовать меня.

Стоя в одиночестве в небольшом внутреннем дворике задней части дома, где выросла, я вперилась в землю и сражалась сама с собой, называя себя глупой за то, что зациклилась на сладком плоде, в то время как он был горьким и нанес столько ран. Но каким-то образом, я полагала, горький не повлиял бы на меня так сильно, если бы сладкий плод не был таким чертовски сладким.

— Нанна.

Я взглянула на открытые французские двери, которые вели в столовую родителей, и увидела, как пристально из них смотрел Коул; шум из передней части дома донесся до меня. Хотя Джосс, Брейден, Бет и Люк не были с нами, потому что у них были билеты на детский мюзикл, дом все еще был людным и шумным. На этот раз пришли Лив с Нейтом вместе с Лили и Дженьюари. Элли и Адам тоже были с Уильямом. Джо, Кэм, Коул, Дек и Пенни также присоединились к нам.

Я улыбнулась Коулу. С тех пор, как Лили начала звать меня «Нанной», Коул шутливо называл меня так.

— Как дела?

Он вышел ко мне, закрывая дверь.

Я нахмурилась при виде его тонкой футболки. Хоть она и обнажала его тату-произведения, она также обнажала его колючему ноябрьскому холоду.

— Зайди внутрь и надень куртку.

Уголок его рта изогнулся в забавную ухмылку.

— Я в порядке, мам.

— Ты простудишься.

— Мне не холодно, — настоял он. — А вот ты — не думаю.

Было все сложнее и сложнее притворяться с друзьям и в семье, что была не в настроении. Прошлую неделю я была полностью растерянной, живя лишь где-то у себя в голове. Я не знала, что чувствовала по поводу настойчивости Марко, и из-за того, что никто не был посвящен полностью в мою историю, мне даже не к кому было обратиться. В конце концов, эта была лишь моя собственная вина.

— Нанна, серьезно. — На лице Коула проскользнула улыбка, но глубокая морщинка возникла между бровей. — Ты была такой скрытной всю неделю и стоишь сейчас здесь, одна, выглядя так, будто взвалила вес всего мира себе на плечи. Я обеспокоен. Скажи мне, что происходит.

Я вздохнула, не желая выводить его очевидной ложью.

— Помнишь Марко со свадьбы?

Он кивнул и ждал, когда продолжу.

— Я была в него влюблена.

Брови Коула залезли на лоб от такой маленькой бомбочки информации.

— Почему я этого не знал?

— Мы с тобой тогда не были так близки. Джо, Элли, Джосс и Лив знают о нем. Мы встретились, когда мне было четырнадцать и к тому времени, когда исполнилось семнадцать, я сходила по нему с ума. Он старше, поэтому мы просто были друзьями. Иногда я занималась с ним. Но всегда хотела большего. Мы поцеловались в мои семнадцать, — я немого опустила подробности, — и когда подумала, что Марко, возможно, чувствует ко мне то же самое, он улетел обратно в Америку. Тогда на свадьбе был первый раз, когда я увидела его с тех пор… и Марко сказал мне, что вернулся в Эдинбург четыре года назад.

Глаза моего друга загорелись сочувствием.

— Мне жаль, дорогая. Если бы я знал, то ни за что бы не оставил тебя в тот вечер.

— Мне нужно было побыть наедине, — заверила я его.