По колено в крови

*****



В очередной раз Роксолана пришла в себя в очень неудачное время. Она почему-то стояла на лаве и ее хорошенько так поджаривало. Еще несколько секунд и точно запахнет жаренным мясом.

Магесса сразу поняла, что попала в состояние берсерка и это означало, что она будет первой, кто вышел из этого состояния живой. Надо только защитить себя от адского жара и…

В этот момент периферийное зрение уловило движение в паре сотен метров от Роксоланы и женщина подняла голову, чтобы увидеть как советник Ламия, охлаждая лаву водой стремительно убегает от нее.

Сознание Роксоланы померкло в очередной раз.



*****



Бежала Ламия долго. Минут пять, а то и семь. И все это время ей в спину прилетали какие-то простые заклинания типа «огненной стрелы» или «огненного всполоха», вот только сила этих простых заклинаний была такова, что архимаг с трудом их сдерживала.

Попутно Ламия и сама ставила простые магические ловушки, которых более чем хватало в школе Воды. Но обезумевшей Роксолане было все равно. Ламия чувствовала, что та попадала в каждую из установленных ловушек, но даже не снижала скорость своего движения. Мощь, которую случайно приобрела Роксолана, была просто запредельной.

Выскочив на берег какой-то мелкой речушки, а скорее крупного ручья, Ламия сиганула на другой берег и остановилась. Физических сил бежать дальше не было, а тратить на это магические было глупо – у преследовательницы их все равно больше. Здесь же, около воды, можно попробовать дать… нет, не бой – достойный отпор и умереть, сражаясь.

– Иди сюда, дура! – что есть сил заорала Ламия.

Роксолана показалась на другом берегу ручья и остановилась разглядывая советницу. Выглядела магистр не важно. Одежда полностью отсутствовала, ноги были обожжены так, что кожа давно слезла, на левой руке не хватало пары пальцев, а из носа шла кровь. Видимо, ловушки все же дали некоторый эффект, но его явно было недостаточно, чтобы остановить берсерка.

Ламия сформировала из воды огромную сферу и обрушила ее на Роксолану, а когда вода попала на тело, заставила ее проникнуть внутрь и… брызги и пар разлетелись вокруг, показывая, что атака полным успехом не увенчалась! Магесса защитилась, но кожа на ней стала слезать большими кусками, отчего на лице женщины проступила болезненная гримаса.

– Больно тебе, дура! – злорадно закричала Ламия и с удивлением услышала ответ.

– Больно.

Это было невозможною. Берсерки полностью безумны. Что обычные люди, что маги. Только люди приходят в себя, а маги нет. Но чем демоны не шутят! Тем более что прямо сейчас Роксолана стоит и лечит себя, а не атакует врага. Так одержимые себя не ведут.

– Ты меня понимаешь? – чуть более спокойно спросила Ламия.

– Да.

– Ну и что вообще происходит?

– Я стала берсерком, – с трудом проговорила Роксолана и опустилась на землю, ноги явно ее больше не держали.

– Это я и сама знаю, – огрызнулась Ламия, одновременно испытывая желание помочь женщине, – Сейчас, что происходит?!

– Лечу себя.

– Дура, – ругнулась под нос Ламия, – Ты себя контролируешь?

– Да… Вроде…

– Вроде… Бежать мне вроде, дуре, надо, – с этими словами Ламия перепрыгнула ручей и подошла к Роксолане.

Следующие несколько минут архимаг усиленно лечила свою недавнюю противницу, после чего устало опустилась на землю рядом с ней.

– Ну, и как мы теперь? – Ламии хотелось закрыть глаза и лечь спать, но она держалась.

– Не знаю, – пожала плечами Роксолана, – У меня… ничего…

Что хотела сказать ей женщина Ламия прекрасно поняла. Война отняла у магистра все и даже больше. Сейчас у Роксоланы даже смысла жить не было. А значит и прочих желаний она не имеет.

– Если хочешь, присоединяйся ко мне.

– К тебе? – удивилась Роксолана.

– Да. А что?

– Я же тебя чуть не убила... или не чуть?

– Чуток оставалось, – призналась Ламия, – Еще пара секунд и могла бы не выдержать. Жарила ты от всей души.

– Вот… а ты…

– Так не убила же. А сейчас вон, вообще, тыкаешь мне.


– Ой…

– Наплюй. Так пойдешь ко мне? – Ламия улыбнулась уже, понимая, что ответ будет положительным.

– Пойду. Только…

– Чего?

– Я, наверное, больше не магистр.

– А кто ты?

– Кто? Наверное архимаг, – пожала плечами Роксолана, – Но точно не магистр.

– Так это же даже лучше! – обрадовалась Ламия, – Будешь моей подругой?

– Подругой? … Буду.



*****



Когда две потрепанные женщины появились рядом с встревоженным лагерем, все солдаты замерли и старались лишний раз не двигаться, чтобы не вызвать гнев магов на себя.

Ламия же и Роксолана просто прошли мимо всех, не обращая внимания на то, что одежды на них практически не было, и с достоинством зашли в дом, где временно остановилась советница.

Когда спустя некоторое время Роксолана поднялась на второй этаж, заявив, что пойдет спать, Ламия подозвала к себе ничего не понимающего помощника.

– Кто знает, что я приказала бладианцам убить Грегори и Борга?

– Я, мой зам, три гонца…, – начал перечислять помощник, но был остановлен советницей.

– Убить всех, кто знает. И если Роксолана когда-нибудь узнает о том, что приказ об убийстве Грегори исходил от меня… шкуру с живого спущу!

– Понял, госпожа, – нервно сглотнул помощник.

– Не бойся, – Ламия хлопнула мужчину по плечу, – Считай, что у тебя теперь две госпожи… Но помни, что я главнее.



*****



– Сестра, Жрецы отошли на юг.

– Отлично. Одной проблемой меньше, – старшая эльфийка села на походный стул и опустила голову на колени, – Теперь надо придумать, где найти еду для армии.

– Сестра…

– Ты еще здесь? Чего тебе?

– Там, там… посол от вампиров прибыл. На прием хочет. К великому князю.

– Посол? Чего ему надо? – эльфийка поднялась и расправила плечи.

– Это… посол это… послица…

– Какая послица? – рассердилась эльфийка, которая уже седьмую ночь толком не спала и слабо понимала, на каком свете вообще находится.

– Ну… Посол это женщина, сестра, – пояснила докладчица.

– Так и говори, что женщина, а то послица какая-то… Чего чергорийцам надо, она сказала?

– Нет, сестра.

– Так выясни это! – рявкнула старшая эльфийка.

– Не могу, сестра.

– Почему? Вы ее там убили что-ли?