Пламя мести

Мне вдруг стало очень грустно. Что-то заныло в груди, больно сжало в висках и очень-очень сильно обожгло палец с перстнем. Буквально секунда – и все прошло. Так же внезапно, как и началось.

Мы шли пешком по вечернему Роттервику. Людей было мало, в воздухе сладко пахло цветущими деревьями. Запах был свежий, весенний. Так пахнет, когда цветут те самые деревья, в парке у дворца.

Под этим деревом мы встретились когда-то. Осенью. Интересно, как они называются, эти деревья? Надо все-таки добраться до атласа в библиотеке.

– Пойдем поужинаем? – прервал мои мысли Ричард. Я и не заметила, что мы подошли к ресторану «Зеленая Цапля».

– Может, дома? – Я поежилась, вспоминая помпезность этого роскошного места. – Дома как-то… уютнее.

– Ника, – меня нежно, но крепко обняли за плечи, развернули к себе, – ну неужели ты думаешь, что я за это время тебя не выучил?! Мы не пойдем в этот ресторан. То есть пойдем, но не совсем туда, куда ты ожидаешь. Во-первых – это сюрприз, который, я надеюсь, тебе понравится.

– А во-вторых? – Я совсем напряглась.

– А во-вторых – дома нет ни еды, ни слуг… никого.

– Даже Флоризеля?

– Он в поместье с Джоном – с ним все будет в порядке, не волнуйся. Просто я хочу, чтобы мы были только вдвоем.

– Я тоже…

После долгого поцелуя я мало что соображала – просто семенила за Ричардом, который, крепко сжимая мою ладонь, тащил меня за собой. День был тяжелый, вечер поздний. Я украдкой зевала и, честно говоря, предстоящим романтическим ужином интересовалась мало. Тем более что есть не хотелось. Совсем. А хотелось… Домой хотелось.

Мы прошли огромную залу того самого ресторана, где уже были когда-то. Ричард о чем-то пошептался с метродотелем, и мы стали спускаться вниз по винтовой лестнице. Лестница была очень красивая – ажурные воздушные перила с изображениями цветов и птиц, белоснежный мрамор с розоватыми прожилками. Спускались довольно долго. Наконец мы вошли в маленькое полуподвальное помещение. Там были изящные кованые столики, выкрашенные мятным цветом стены и огромное количество птичьих клеток! Клетки были разных форм и размеров – от совсем маленьких, плетеных до больших и очень красивых. Клетки были и золотые, и серебряные, кованые, плетеные, но в каждой из них сидели маленькие ярко-зеленые птички. Их было так много, что, если бы они разом стали петь или чирикать, услышать друг друга было бы невозможно. Но, к счастью, птички молчали. Больше всего они были похожи на ярко-зеленых воробьев. Ну или на растолстевших канареек. И тут я догадалась, кто это:

– Ричард! Это… Зеленые цапли?

– Да, любимая. – Ричард смотрел на меня очень вдохновенно и романтично, а я… Я хохотала до слез, настолько зеленый воробей был не похож на цаплю. Наверное, я сильно испортила красоту и торжественность момента, но ничего не могла с собой поделать. Ричард терпеливо ждал… Я успокоилась, но дала себе слово как-нибудь показать Ричарду, как выглядит в моем мире цапля, – тогда он меня поймет.

И простит. Я хихикнула последний раз, когда к нам подошел сам хозяин.

– На сегодня вы закрыты – я хочу, чтобы мы с миледи остались вдвоем. Бутылку «Зеленой цапли», любику для птиц, какой-нибудь легкий десерт для нас.

– Открыть клетки? – Мужчина улыбнулся. На мгновение показалось, что он мне подмигнул. Хотя, наверное, это от того, что я смеялась до слез – вот и показалось.

– Да. И оставьте нас вдвоем.

– Конечно, милорд.

– Ричард… А почему они не поют? И зачем ты приказал открыть клетки? Мы их будем кормить? А они не улетят? Это что, какой-то имперский обычай, да?

Ричард смотрел на меня и улыбался. И от этого взгляда стало так тепло, так радостно. Перстень снова обжег палец – но совсем не больно, чуть-чуть.

– Интересно, сколько вопросов подряд ты способна задать? Надо будет как-нибудь посчитать…

– Интересно еще и то, что ты так и не ответил ни на один! – Я требовательно уставилась в черные глаза.

Тем временем нам принесли маленький пузатый пузырек с чем-то густым и ядовито-зеленым, две вазочки с нежно-розовым кремом, два очень красивых бокала и небольшую корзиночку с ягодами, напоминающими плоды боярышника. Крышка с легким хлопком открылась, и густое зелье разлили по бокалам. Честно говоря, выглядело немного жутковато. Я сразу вспомнила сказки про то, как злые колдуньи варят в котлах всякие нехорошие зелья, кидая туда сушеных мышей и прочую пакость. И вот это самое зелье в моем мире изображалось чаще всего именно так – нечто густое и зеленое. С другой стороны, в моем мире и цапли выглядят по-другому, так что не будем торопиться и делать поспешных выводов.

Ричард тем временем уже поднял свой бокал, приглашая и меня сделать то же самое.

Я поднесла бокал к лицу, вдохнула аромат – и пропала… Что бы это ни было, но пахло оно восхитительно! Чем-то сладким, свежим, дурманящим. Что-то свернулось пушистой кошкой в области живота и рассыпалось бабочками в голове. Я уже хотела попробовать, но Ричард мягко коснулся щеки, чем вернул меня в этот мир.

– Подожди, любимая. Ника – ты любишь меня?

Ну вот, приехали. Видимо, у имперцев так принято делать предложение руки и сердца.

– Так не делают предложения руки и сердца – так проверяют любовь!

Нет, все-таки он читал мои мысли! Второй раз за вечер – это уже не совпадение, это уже закономерность.

– Ты решил меня проверить?

– Нет-нет, успокойся. Я не хочу тебя проверять. Я уверен, и именно поэтому привел тебя сюда, чтобы кое-что тебе показать. Но чтобы волшебство случилось и порадовало женщину, которая мне дороже всего на свете, эта женщина должна ответить на вопрос. Ника, ты меня любишь?

Я задумалась, расслабилась и заглянула внутрь себя – как тогда, в пустоте между мирами. Были моменты, когда я не верила в происходящее, когда я не позволяла себе даже думать об этом серьезно. Были – когда я решила, что все кончено, и старалась забыть. Были злость, обида, боль. Страсть. Желание. Но – да. Я любила. Все это время и с первой секунды нашей встречи – я любила его. А посему ответила с улыбкой и легким сердцем:

– Да!

– Я тоже тебя люблю, Ника. Я люблю тебя! А теперь – пей! До дна! – Ричард подмигнул мне и зажмурился, делая большой глоток.

Поскольку зажмурился он явно от удовольствия, я не стала долго себя уговаривать и залпом выпила… божественный нектар. По-другому не скажешь – настолько это было вкусно!


И в ту же секунду птицы запели. Они пели, а их грудки постепенно становились ярко-алыми. В тот же миг клетки распахнулись, птицы стали вылетать, кружить над нами и угощаться ягодами из корзинки. Ричард насыпал любику мне на ладонь, и я кормила их с руки.

Мы смотрели друг на друга, кормили зеленых птичек и были абсолютно счастливы.

Постепенно все стихло – зеленые воробьи замолчали, расселись по клеткам, которые захлопнулись сами собой, и алые перышки стали гаснуть, будто пламя свечи. Через какое-то время имперские цапли снова стали зелеными. Я не отрывала от них глаз, не могла прийти в себя от увиденного и пережитого.

Ричард вложил в мои пальцы маленькую ложечку, помог зачерпнуть из вазочки и отправить в рот что-то легкое, розовое и воздушное. Мусс был очень вкусный – нежный, с кислинкой.

– Вкусно! Ричард… спасибо. Это незабываемо! Эти птички – они…

– Вкусно, согласен, но с твоими блинчиками не сравнить! – вздохнул милорд Тигверд. – А зеленая цапля – птица, которую еще называют «спящая красавица».

– Почему?

– Не заметила? Посмотри на них внимательно.

Я присмотрелась – птицы спали! А Ричард продолжал рассказывать:

– Птицы реагируют на магию любви. Если двое искренне любят друг друга – случится чудо. Зеленые цапли проснутся, запоют, и их грудки станут алыми. Если же нет – будут спать. Поскольку в империи браки в основном заключают по расчету, в этом ресторане редко такое увидишь. Вон – сбежался весь персонал.

Ричард кивнул в сторону открытой двери. Там и правда стояли, наверное, все работники ресторана и даже посетители верхней залы. Лица у них были такими восторженными, что они даже не отреагировали на то, что их заметили. Мы с Ричардом рассмеялись.

Пока мы шли домой – обнимались, как школьники, не обращая внимания на малочисленных прохожих. А что? Требования имперцев к приличиям соблюдены: я в шляпке и в перчатках. А что обнимаюсь с любимым мужчиной – так не их дело!

Перед самым порогом дома Ричард меня поцеловал. Подхватил на руки. Дверь распахнулась – дом словно приветствовал нас, соскучившись.

– Это в вашем мире есть традиция перенести жену через порог своего дома? – прошептал мне на ухо Ричард.

Он донес меня до спальни. Уложил на кровать. Нежно коснулся пальцами щеки – я потянулась за лаской, как котенок. Он кончиками пальцев поднял подбородок, заставляя смотреть в глаза, – лично я такое терпеть не могла, но сегодня ему и это было можно. Ричард чуть улыбнулся – и медленно склонился к моим губам.

Я задрожала в предвкушении. Ну же… Давай… Поцелуй меня, а я выгнусь тебе навстречу и сойду с ума в любимых руках. Запущу руки под одежду, пройдусь вверх по мышцам спины, оглажу плечи, сожму ключицы – тебе ведь это нравится. Потом запутаюсь в светлых жестких волосах…

Услышу свой стон… И вторящий, как эхо, – твой!

И во Вселенной останемся только мы с тобой. Да еще, может быть, этот старый дом, который радуется за нас.





Глава 7




Утром я проснулась в состоянии блаженства. Умиротворенная. Счастливая. Ричарда уже не было. Мне показалось – или он тихонько ушел под утро? Вечером спрошу. Я быстро собралась, благо моей одежды в гардеробной этого дома было предостаточно, и отправилась в редакцию. Надо же узнать, что там у нас со вторым выпуском «Имперской правды».

Меня встретила расстроенная мама, которая выложила передо мной газеты конкурентов. Я посмотрела на строчки, которые тут же запрыгали у меня перед глазами.

– Так вот куда его вызвали…

– Ника! – всплеснула руками мама. – Да как же так! Да что за сволочь объявилась на нашу голову!

«Кто защитит наших жен и дочерей?»

«Золото волос как приговор»

«Второе убийство во втором городе страны»

«Еще одно убийство золотоволосой женщины в синем. Власти бездействуют»

«По крупным городам империи прокатилась череда убийств молодых женщин. Убийства начались в столице и продолжаются до сих пор. Каждый третий день в нашей империи гибнет красивая молодая женщина. Накануне в Норверде – столице Северной провинции – была убита еще одна женщина – третья жертва неизвестного убийцы!

Что же предпринимают власти? Реформированный Уголовный розыск? Конкретно его начальник, ставленник ненаследного принца Тигверда – бастарда императора? Получается, что НИЧЕГО. Защитники правопорядка лишь констатируют очередную смерть.

Сейчас идет подготовка к торжествам, посвященным дню рождения наследника, и, видимо, все силы брошены на то, чтобы обеспечить безопасность этого мероприятия».



– Судя по статьям, второе убийство было не в столице, а в главном городе Северной провинции – Норверде.

– Северная провинция… – повторила я задумчиво. – Земли рода Рэ…

– Жена мелкого чиновника. Пропала из парка, где гуляла с детьми. Никто ничего не заметил.