Первый удар за мной

– Хорошо! Я покажу вам, что у меня ничего нет в салоне. Но это незаконно. И я буду жаловаться вашему руководству!

– Да пожалуйста, жалуйтесь. Я уже дрожу! – хмыкнул похмельный охранник.

Керим прошел к задней двери «Мерседеса» и, взявшись за ручку, сказал:

– Я уверен, что вас накажут!

– Открывайте уже! – вальяжно кивнул охранник.

Керим пожал плечами и распахнул дверцу, тут же отступив в сторону и посмотрев на проходную. Второй охранник виднелся в окошке и видеть происходящего за микроавтобусом не мог.

Из-за дверцы донесся приглушенный хрип. Керим подался назад и выглянул из-за нее. Чернявый охранник был бледнее мела, что было немудрено: свежевыбритый боевик одной рукой держал его сзади за голову, другой прижимал к его горлу нож. Кроме того, прямо в лицо охраннику целился из пистолета Ибрагим Абиев.

– Как его наказать? – негромко спросил он.

– Пока просто уберите! – махнул головой Керим.

– Давай его в салон! – тут же посторонился Абиев.

Охранника быстро втащили в заднюю дверь микроавтобуса. Керим повернул голову в сторону проходной и сказал:

– Я сейчас позову его напарника, а ты на всякий случай обойди микроавтобус с той стороны. Только осторожно!

Керим отступил в сторону. Ибрагим выскользнул из грузового салона и метнулся к левому боку микроавтобуса, а Керим обогнул открытую дверцу и двинулся к проходной вдоль правого бока «Мерседеса».

– Вас напарник зовет! – крикнул он охраннику.

Тот удивленно посмотрел на Керима через окно проходной, потом поднялся и выглянул в дверь:

– Что?..

– Вас напарник зовет! – повторил Керим, показывая пальцем назад. – Там ему надо помочь что-то посмотреть…

Керим остановился. Если бы охранник что-то заподозрил, то Абиеву пришлось бы высовываться из-за микроавтобуса с пистолетом, а Керим не хотел перекрывать ему линию огня. Однако напарник чернявого просто нервно сказал:

– Вот же, блин, деятель! Делать больше нечего! – После чего быстро сбежал с невысокого крыльца и направился к задней двери «Мерседеса».

Керим, пропустив его, неспешно двинулся следом. Когда он подошел к двери микроавтобуса, второго охранника уже держал под прицелом Ибрагим.

– Этого тоже давайте внутрь! – кивнул Керим. – Только ключи от проходной у него заберите.

Ибрагим тут же ткнул охранника пистолетом:

– Давай ключи! Быстро!..

– Так где Вардарян, а? – спросил Логинов, ухватив сидящего на ступеньках лестницы кавказца за грудки.

– Поцелуй меня в задницу, русак! – криво усмехнулся пленник, руки которого были скованы сзади.

Логинов задрал его подбородок и присмотрелся к зрачкам. Судя по их размерам, кавказец находился под действием весьма приличной дозы наркотика, так что оказывать на него психологическое либо физическое давление с целью заставить расколоться в ближайшее время было бессмысленно.

– Ладно! – вздохнул Логинов и, отпустив кавказца, быстро прошел к Маякину.

Тот по просьбе Виктора опекал Алину. В смысле развязал девушку, помог ей надеть свитер и усадил в гостиной на диване.

– Ну, как вы? – спросил Виктор.

– Н-нормально! – мотнула головой Алина.

Она курила, при этом сигарета в ее руке заметно дрожала.

– Так вы не знаете, где Вардарян?

– Н-нет! – дернула головой Алина. – Вчера вечером мы с ним выпили, и я уснула. А ночью, когда проснулась, тут уже был этот… – Невольно вздрогнув, девушка опасливо покосилась в сторону лестницы. – Сперва я подумала, что он залез в номер и убил Арама, но потом услышала, как они разговаривали по телефону…

– Они разговаривали по телефону? – быстро спросил Логинов.

– Да.

– Можете вспомнить подробности?

– Ну, этот сразу сказал «спасибо за подружку», а потом «если понадобится, она не только заговорит, но и запоет»…

– Так! А что еще он говорил?


То и дело затягиваясь, Алина вспомнила еще несколько фраз из телефонных разговоров задержанного Виктором кавказца. Оказалось, что всего тот разговаривал с Вардаряном дважды – один раз рано утром, второй – после того, как Логинов постучался в номер под видом электрика.

– Понятно! – сказал Виктор. Повернувшись к Маякину, он торопливым шепотом проговорил: – Сейчас провернем одно дело, лейтенант. Действуем очень быстро!

Коротко сжав плечо старлея, Виктор вышел из гостиной к лестнице. Кавказец сидел на ступеньках; охранявший его сотрудник вневедомственной охраны, оглянувшись на Виктора, посторонился.

– Ну так что, будешь говорить? – проговорил Виктор, наклонившись к кавказцу. При этом он закрыл его собой от полицейского и резко передавил обе сонные артерии пленника. Тот практически сразу отключился. – Эй! – тряхнул его Виктор. – Что с тобой? – В следующий миг он оглянулся и крикнул: – Лейтенант, ко мне!

Маякин выскочил из гостиной:

– Да, товарищ полковник!

– Задержанный сознание потерял! Быстро бери, отвезем в больницу!

Несколько секунд спустя Логинов с Маякиным уже выволокли бесчувственного кавказца на улицу и потащили к «девятке». Виктор по пути оглянулся и крикнул стоявшему на крыльце второму полицейскому вневедомственной охраны:

– Остаешься за старшего, сержант! В номер никого, кроме прокурора, до моего возвращения не впускать!

Дотащив кавказца до «девятки», Виктор с Маякиным погрузили его на заднее сиденье. Логинов сел следом и крикнул:

– Давай, лейтенант! Гони, пока прокурор не приехал!

Маякин обежал машину, прыгнул за руль и тут же тронул «девятку» с места. Домчавшись через двор кемпинга до ворот, он покосился через плечо:

– Так мы в больницу едем?

– Нет, в соседний двор, – мотнул головой Виктор.

– Куда?..

– В соседний двор! – повторил Виктор. – Сразу за рестораном свернешь вправо.

Выехав из кемпинга, Маякин миновал угол ресторана и тут же повернул. Менее минуты спустя он припарковался в соседнем дворе рядом с «Фордом» Виктора. Тот тотчас распахнул дверцу:

– Присмотри за ним, он должен вот-вот очнуться.

Маякин кивнул. Виктор подскочил к «Форду», снял его с сигнализации и тут же сел за руль. Там он быстро наклонился и нашарил рукой кнопку тайника.

В последней операции, в которой принимал участие «Форд», с санкции руководства применялась «сыворотка правды». Поскольку ее доза была очень индивидуальна, то неиспользованной осталась пара ампул препарата. Сдавать их по акту для «утилизации», естественно, было некогда и муторно. Именно поэтому «сыворотка» так и осталась лежать в тайнике.

Вскрыв его, Виктор выхватил небольшой пластмассовый футляр и сунул его в карман. Быстро вернувшись к «девятке», он снова влез на заднее сиденье. Кавказец уже пришел в себя и лежал на боку в углу у двери.

– Значит, так, лейтенант! – сказал Виктор, доставая из кармана пластиковый футляр. – Сейчас мы этого товарища попробуем разговорить. Потому что иначе Вардаряна мы не достанем, а задумал он явно что-то нехорошее…

Сбросив скорость, Керим остановил микроавтобус рядом с джипом «Прадо». Оглядевшись по сторонам, он заглушил мотор и выбрался из-за руля, оставив ключи в замке зажигания.



Несмотря на форс-мажор на железнодорожных складах, операция пока развивалась почти по плану. Связанные охранники находились в салоне «Мерседеса», ворота складов и двери проходной Керим запер. Кроме того, в самой проходной на столе он оставил пустую бутылку из-под коньяка и смоченные спиртным стаканы. Эта нехитрая инсценировка должна была на пару-тройку часов отсрочить обращение руководства станции в полицию, что было вполне достаточно для Керима.

Пройдя к задней двери «Мерседеса», он открыл ее и сказал:

– Приехали! Баха, на выход!

Бахой звали сбрившего накануне бороду шахида. Сделал он это потому, что должен был выполнить роль водителя микроавтобуса. Секунду спустя Баха показался в дверном проеме. На поясе у него висели ножны и пистолетная кобура, в руке он держал автомат.

– Стоп! – поднял руку Керим. – Оружие оставь здесь!

– А если нас остановят гяуры?

– Если нас остановят, говорить буду я…

– Делай, что тебе говорят! Быстрее! – прикрикнул на Баху Ибрагим.

Шахид развернулся и отдал кому-то автомат, потом расстегнул и снял пояс. Когда он спрыгнул на землю, Керим окинул его оценивающим взглядом.

Выглядывавший в проем Ибрагим спросил:

– Что, может, дать ему какую-то куртку?..

– Да нет, – мотнул головой Керим. – Пойдет и так. Он же за рулем будет… Посматривай назад, мы по-быстрому надписи наклеим.

Ибрагим кивнул, Керим с Бахой направились к джипу. Из него Керим вытащил три рулона самоклеющейся ленты – два широких, один – поуже. Вдвоем с Бахой они быстро наклеили ленты на кузов «Мерседеса», и на его боках, а также спереди появились надписи «Киносъемочная». После этого Керим выудил из прозрачного файла выданные местным ГИБДД пропуска. Их он наклеил с внутренней стороны на лобовые стекла «Прадо» и «Мерседеса». После этого оглянулся на Баху и сказал: