Первый удар за мной

Дагестан, берег Каспийского моря

Открыв дверь приземистого служебного здания, Джамалдин включил свет. Под потолком загорелось две лампы. Обе были в массивных стеклянных колпаках, снаружи прикрытых такими же массивными металлическими решетками. Этим самым колпакам было лет за пятьдесят, не меньше. Примерно столько же было и стоящему посреди приземистого здания дизель-генератору.

Смотритель маяка обогнул его и подошел к лежащему на полу большому куску толстой фанеры, которая выполняла роль помоста при обслуживании дизель-генератора и стала почти черной от впитавшихся масла и соляры. Наклонившись, Джамалдин взялся за ее край и откинул фанеру в сторону. Под ней открылся большой люк.

Смотритель постучался в него условным стуком и только после этого, ухватившись за металлическую скобу, открыл его крышку. В проеме взгляду открылось освещенное тусклым светом низкое подвальное помещение генераторной.

Джамалдин развернулся к Руслану Байсогулову и негромко спросил:

– Так что, посудина сегодня будет?

Руслан покачал головой:

– Нет. – Посмотрев на часы, добавил: – Но где-то через час подъедет микроавтобус. Так что для тебя ничего не меняется.

Джамалдин молча кивнул и направился к выходу. Байсогулов оглянулся на Саида:

– Позови Ибрагима! Поговорим сперва с ним.

Саид метнулся к люку. Руслан обогнул дизель-генератор и подошел к окну. Через него он увидел, как Джамалдин направился с оставшимся на улице Ильгаром к маяку.

Вслед за приглушенными голосами из-за дизель-генератора послышались шаги. Байсогулов быстро повернулся. Впереди Саида к нему шел Ибрагим Абиев.

– Аллах акбар, имам! – поздоровался он.

– Аллах акбар! – сделал шаг навстречу Ибрагиму Руслан.

Сжав друг другу правые руки, они приобнялись. При этом Руслан очень отчетливо ощутил запах гниения. Это его обеспокоило. Отклонившись, он пристально посмотрел на Ибрагима и спросил:

– Ты как себя чувствуешь? Нормально?

– Да, имам! – кивнул Ибрагим.

– Антибиотики принимаешь?

– Вчера выпил третью капсулу. Теперь на неделю хватит, – пожал плечами Ибрагим.

Левый рукав у него был пуст. Около полугода назад Абиев был ранен в перестрелке с дагестанской полицией. Из-за того что врачебной помощи ему не оказали, рана инфицировалась. В результате Ибрагиму сделали уже две ампутации, но воспалительный процесс продолжал развиваться – даже несмотря на то, что он принимал современные антибиотики пролонгированного действия.

– Понятно, – кивнул Руслан и повернулся к стоящему под стенкой ящику с противопожарным песком. – Тогда присаживайся! У нас немного поменялись планы. Введу тебя в курс…

Абиев присел. Из-за продолжавшегося воспалительного процесса он был обречен, и именно это делало его идеальным амиром шахидов. На Ибрагима Руслан мог положиться как на самого себя, а это стоило дорогого.

– Сегодня утром в Дербенте спецназовцы накрыли человека, который должен был переправить вас в Калмыкию, – негромко сообщил Руслан, повернувшись к Ибрагиму.

Тот находился под действием наркотиков, которые принимал регулярно, чтобы притупить боль; однако при этом соображал очень даже неплохо.

Метнув на Байсогулова короткий взгляд, Ибрагим быстро спросил:

– Как накрыли? Взяли или…

– Нет! – поспешил успокоить его Руслан. – Он вовремя заметил их и начал отстреливаться. Поэтому спецназовцы изрешетили и его шхуну, и его самого. Так что ничего рассказать он не мог…

– Понятно, – кивнул Ибрагим. – А как мы теперь попадем в Калмыкию?

– Вас перевезут трейлерами.

– Трейлерами? – посмотрел на Руслана Ибрагим. – Ночью? Нас же тормознут и найдут на первом же посту!

– Не тормознут, – покачал головой Руслан. – А если и так, то не найдут. Вас повезут трейлерами «Транскавказа». А у его владельца Дауда Ачхоева все схвачено на самом высоком уровне.

Тут в глазах Ибрагима возникло невольное изумление.

– Прошу прощения, имам! – быстро проговорил он, понизив голос. – Может, это не мое дело, но выходит, что нам помогает сам Ачхоев? Так?

– Это действительно не твое дело, Ибрагим, – чуть прищурившись, сказал Руслан. – Тебе достаточно и того, что я уже сказал. Сегодня ночью вас перевезут в Калмыкию трейлерами «Транскавказа». До них вас доставит микроавтобус, который приедет сюда примерно через сорок пять минут.

– Понятно, имам, – сказал Ибрагим. – Тогда мне нужно знать, что делать, когда мы прибудем на место, в Калмыкию. Это ведь мое дело?

Руслан кивнул:

– Сто процентов, Ибрагим! Когда вас доставят на место, в Калмыкию, тебе просто нужно будет делать то, что скажет Саид.


Тут Байсогулов кивнул на стоящего в метре позади своего телохранителя. Ибрагим на миг перевел на него взгляд, после чего снова посмотрел на Руслана и уточнил:

– В смысле, по телефону, имам? Саид даст мне инструкции по мобильному?

– Нет, – покачал головой Руслан. – Саид отправится в Калмыкию в том же трейлере, что и ты. Так что инструкции он тебе даст лично. Голосом. Но телефоны у вас тоже будут. На всякий случай…



Курская область, город Липкинск

– Повторите, пожалуйста! – проговорила Воротникова и слегка дернула головой, беззвучно икнув.

Барменша отработанным жестом убрала со стойки опустевший бокал из-под мартини. При этом она мазнула вопросительным взглядом по Логинову. Смысл этого взгляда был вполне понятен: барменша как бы тактично интересовалась, наливать спутнице Виктора еще или уже не стоит. Учитывая состояние актрисы, этот немой вопрос был вполне уместен.

Логинов выпустил дым в сторону, покосился на Ингу оценивающим взглядом и незаметно вздохнул. Воротникова от выпитого очень быстро и очень прилично опьянела, зато наконец расслабилась. Точнее, начала расслабляться. Не давать ей в этой ситуации пить дальше было неправильно. И Логинов подал барменше незаметный знак.

После этого он снова покосился на Воротникову и снова вздохнул. Давать Инге пить дальше тоже было не очень правильно. Однако из своего скромного опыта Логинов знал, что при общении с людьми искусства всегда приходится выбирать не между хорошим и лучшим, а меньшее из двух зол.

Барменша с улыбкой выставила на стойку перед Ингой новый коктейль:

– Пожалуйста!

Инга молча кивнула и тут же отхлебнула напитка. Логинов посмотрел на нее и вдруг очень живо представил, как ему придется тащить на себе уснувшую или, наоборот, матерящуюся и сопротивляющуюся Воротникову на второй этаж пансионата, какими глазами на них будет смотреть дежурная и во что все это может вылиться, если какой-то недоброжелатель Инги тайком снимет их возвращение на мобильный и выложит в Интернете…

И тут Виктора вдруг осенило. Он вспомнил, что практически в двух шагах от ресторана «Руслан и Людмила» находится кемпинг. Даже не в двух шагах, а фактически прямо при ресторане.

Подавшись к стойке, Виктор негромко позвал отошедшую в сторонку барменшу:

– Можно вас?

– Да, конечно! – кивнула девушка и тут же приблизилась. – Желаете еще колы?

– Может, позже… Я хочу кое-что спросить. В вашем кемпинге можно снять двухместный номер до утра? Места есть?

– Думаю, да, – кивнула барменша. – Сейчас уточню у администратора.

Не успел Виктор ничего сказать, как девушка уже позвонила с мобильного. Обменявшись парой коротких фраз с мужчиной по имени Реваз, она кивнула Виктору:

– Да! Сказать, пусть администратор подойдет и проводит вас?

– Не сейчас, – мотнул головой Логинов, косясь на Воротникову.

– Но номер вам забронировать?

Барменша, продолжая телефонный разговор с администратором, деликатно отошла от стойки. Персонал «Руслана и Людмилы» действительно был вышколен на совесть. К тому же, судя по всему, никто в ресторане так и не опознал в надевшей бейсболку Инге звезду сериалов. Так что все пока складывалось неплохо. Оставалось только утрясти ночевку с Воротниковой.

– Ну что, как дела? – спросил Логинов, подавшись к Инге.

– Пока не родила, – не глядя на Виктора, пьяно хмыкнула та.

– Понятно… – немного растерянно проговорил Логинов.

– Что именно тебе понятно? – покосилась на него Инга, одновременно сделав большой глоток.

– Что дела не очень быстро, но идут на поправку.

– С чего ты взял?

– Из нашей беседы.

– Да?

– Да.

– Думаешь, самый умный? И я ничего не слышала? Решил уложить меня в постель?

– В общем-то, да. Но в прямом смысле.

– Это как?

– Не обижайся, Инга, но ты уже прилично пьяна. Согласна? – с некоторой опаской спросил Виктор.

Предугадать реакцию пьяных, да еще женщин, на этот вопрос было очень сложно. Однако Воротникова ответила вполне сдержанно и самокритично: