Пари, леди, или Укротить неукротимого

Леди открыла слипающиеся глаза и увидела над головой черный влажный нос, который внимательно к ней принюхивался.

— Вставай, ледя, вставай, — вспугнул носик домовичок. Тот мигом исчез, сменившись головой встревоженного Шуша. — Добудиться не можем. А ты вот-вот опоздаешь.

— Шуш, я ведь всю ночь не спала, имей совесть.

Алис попыталась накрыться с головой, но тут под одеяло проникла пушистая кисточка и принялась щекотать за шею.

— Опоздаешь — от твоего лорда влетит.

Алис резко села на постели, а кто-то громко бухнулся с кровати на пол.

— Я же к ручке прилипну! — в ужасе вскрикнула она и ринулась срочно одеваться.



Когда, задыхаясь от быстрого бега, она летела по коридору, а в голове отсчитывали время последние секунды, Алис в полнейшем отчаянии заметила у двери в приемную лорда Морбей де Феррес, который уже взялся за ручку и собирался ее повернуть. Он так неудобно загораживал вожделенный вход, а минутная стрелка часов так неумолимо отправилась в последний путь, что леди даже не сделала попытки затормозить.

— Милорд, мне нужно первой! — подлетев к двери и презрев право пунктуального начальства войти раньше, выкрикнула Алисия и схватилась ладонями за ручку поверх пальцев лорда.

Ошарашенный Даниар хотел выдернуть руку, но вдруг оказалось, что она не выдергивается, а леди Аксэн Байо-Гота простонала:

— Не успела.

Да, именно не успела. Ее пальцы крепко «прилипли» к мужской ладони, а та прочно примагнитилась к дверной ручке, очевидно послужив «проводником» волшебства. Мысли в голове леди и лорда оказались очень схожи в эту минуту. Но если у Алисии формулировка произошедшего напоминала мешанину образов и эмоций, в которых стон: «Да как же так?» — смешался с обликом Даниара, душащего своего секретаря у двери в приемную, то в голове лорда все сформулировалось быстро и четко, а итогом размышлений стало намерение без лишних мучений секретаря прибить, явив тем самым образец настоящего гуманиста.

— Леди, — начал он, а дальше последовала тирада, от которой уши Алис загорелись и щеки запылали от сложных речевых оборотов. Суть их можно было свести примерно к такой фразе: «Какая же вы неловкая».

Как итог, ручка внезапно повернулась и дверь в приемную принялась открываться, вынуждая своих пленников отступить. Очевидно, ректор, услышавший гневный голос из коридора, выглянул наружу, ожидая увидеть Даниара.

Лорд, крепко стиснув секретаря за талию, мигом прижался к стене, укрывшись за отворившейся дверью. В тот же миг слуха Алисии коснулся гул голосов со стороны лестницы, а Даниар шепнул на ухо:

— Молчать и не двигаться.

Оказавшись придавленной в узком пространстве между тяжелой деревянной створкой и твердой мужской грудью, Алис ощутила себя некомфортно и попыталась поерзать. Напоровшись на грозное «заморожу», ерзать сразу расхотела и прислушалась к, собственно, голосам.





Ректор в этот момент кого-то радостно приветствовал:

— Господа, какая неожиданность вас здесь встретить! Отчего вы не в министерстве?

— Господин министр велел собраться сегодня в его кабинете при университете, — ответил самый громкий голос, перекрыв остальной шум. — По какой-то причине он отменил нашу традиционную утреннюю встречу в ведомстве. Вы не в курсе, господин ректор?

— О, не могу знать, мы еще не виделись.

— А разве его светлость не пришел?

— Наверное, появится с минуты на минуту. Мне даже показалось, я слышал его голос в коридоре. Проходите, господа, полагаю, он скоро прибудет.

Гомоня, мужчины вошли в приемную, и кто-то последний потянул за собой дверь. Алис пришлось быстро перебирать ногами, поскольку, во-первых, Даниар шагнул вперед, а во-вторых, рука потянулась вслед за его ладонью.

Слушая грозное молчание начальства, воцарившееся в коридоре после закрытия двери, леди ощущала, как холодеет в груди и начинают подрагивать пальцы. Несложно оказалось сложить два и два, чтобы сообразить, каким образом приказ избавить к утру от хвоста связан с переносом традиционной утренней встречи из ведомства в кабинет руководителя учебного процесса. Вспоминая собственный отзыв об умении нового министра просвещения принимать на редкость глупые законы, касающиеся системы образования, Алисия решила, что смотреть в лицо напряженного лорда не стоит. Лучше уделить внимание белоснежному шейному платку и красивой драгоценной булавке, заодно и спросить что-то на отвлеченную тему, постаравшись задобрить мужчину.

— Вы так ловко спрятались, ваша светлость, — начала она и прервалась, услышав затрудненное, выдававшее негодование дыхание лорда: тяжелый вдох со свистом на выдохе.

— Пожалуй, это лучше ситуации, в которой подчиненные застают министра приклеенным к собственному секретарю, — парировал он, а дыхание затруднилось еще больше.

— Надеюсь, вы здоровы? — с участием осведомилась Алис, украдкой попытавшись отклеить пальцы.

Мужской взгляд стал ответом, а дрогнувшая ладонь на ее талии, словно стряхнувшая готовое сорваться заклинание, навела на неприятные мысли и заставила перейти ближе к делу.

— Простите, а вашу светлость не затруднит нас отлепить? У вас там встреча в кабинете. Хотя, — не удержалась леди, — могли бы и сказать, что министр просвещения — это вы.

— И лишить себя удовольствия услышать от вас, что новый закон об образовании совершенно никуда не годится? Хотя, помнится, вы обещали повторить это мне в лицо.

— Я была не права, — поспешила исправить давнюю оплошность Алисия, — и теперь просто мечтаю учиться. Жду не дождусь, когда истекут три месяца. А что насчет ручки?

— Раздумываю, как отлепить себя, а вас приклеить до конца третьего месяца. Вдруг это послужит эффективной мерой против ваших уникальных способностей.

— Каких способностей?


— Находить для меня неприятности.

— Вы сами эту ручку заколдовали! — возмутилась несправедливости Алисия.

— А вы опоздали и меня к ней приклеили.

— Я всю ночь не спала, пытаясь найти способ сперва убрать ваш хвост, а после его спасти. Совсем несправедливо меня обвинять.

— По вашей милости я едва ли больше спал, но это не помешало проснуться вовремя. И что значит: вы спасли хвост?

— Я вам покажу, только отклейте нас сперва.

— Вы торгуетесь, леди?

— Нет, но я не могу что-то показать с приклеенными руками. Вам самому нравится здесь стоять? Зачем вы до сих пор сжимаете меня так сильно?

— На случай, если кто-то снова пожелает открыть дверь. А процесс я уже запустил, но ваши попытки дергать руками нарушают спокойное движение распутывающих чар, ваши разговоры отвлекают меня от ускорения процесса, а если кто-то опять выглянет в коридор, привлеченный разговором, придется начинать сначала.

— О, — тут же затихла и замерла Алисия.

— Как прекрасно, когда вы понимаете с первого раза, — одобрил ее действия лорд.

Алис же прикусила язык посильнее, чтобы не сказать чего-нибудь в ответ. Пускай распутает сперва. Долго ждать не пришлось. Однако едва Даниар отлепил их руки от двери, как тут же потребовал:

— Что там насчет хвоста?

— Вас ждут, — попробовала отсрочить разбор полетов Алисия.

— Мне нужно понимать, какую опасность вы вновь можете спровоцировать, прежде чем уйду на совещание.

Со вздохом девушка растянула завязки дамской сумочки, и наружу высунулся черный нос. Быстро втянул воздух, чихнул, а следом показалась вытянутая мордочка. Лорд в недоумении склонился ниже.

— Что это? Помесь хомяка с тушканчиком?

Услышав голос прежнего хозяина, Хвостик повел себя удивительно. С громким «уи-и-и» он в мгновение ока выкарабкался из сумки и прыгнул к лорду.

Реакция Даниара оказалась молниеносной. Вскинув в защитном жесте ладонь, он успел заморозить зверька в полете, и к ногам Алисии упал обездвиженный муфтеныш.

— Ай! — Она резко склонилась и ударила головой в грудь лорда.

— Леди, — сделал шаг назад Даниар, потирая грудь.

— Зачем вы так, он ведь только ожил.

— Кто — он? — прищурился мужчина. — Откуда этот зверь и почему он на меня бросается? Очередная из ваших выходок?

— А вы разморозьте и приглядитесь внимательнее.

Лорд не стал спорить, вместо этого снял стазис, и оттаявший зверь завершил свой прыжок с ладоней леди. Ловко уцепившись за сюртук мужчины, он стремительно вскарабкался на мужское плечо и приник к щеке Даниара, понизив голос до нежного «и-и-и».

— Ой, — сложила ладошки Алис, — он вас так любит!

Однако лорд тем и отличался от нежной девушки, что совсем не растрогался, а вместо этого отцепил Хвостик за его хвост, схватившись чуть выше кисточки, и поднял зверька на уровень глаз.

— Шерсть стриженого зайца…

— Это бритый песец, — покраснела Алисия (именно так утверждала Падула, даря девушке муфту на день рождения).

— Хвост и уши тушканчика, — не обратил внимания Даниар, — пузо, лапы и морда хомяка.

— Это ваш хвост, — отрезала Алис, а маловыразительное лицо лорда вновь явило следы искреннего изумления. Пожалуй, так, как со своим секретарем, он редко удивлялся. Зато теперь это начинало входить в привычку.

— Леди, как вы это оживили и зачем? — Не дожидаясь ответа на свой вопрос, он поднял изворачивающуюся зверушку выше и пробормотал: — Лучше все же уничтожить, слишком непонятный эксперим…

Даниар еще не успел договорить, а Алисия уже выхватила из его рук Хвостика и крепко прижала к груди.

— Не смейте!

Глаза лорда сосредоточились там, куда леди притиснула зверька, брови нахмурились, взгляд стал очень решительным, и ладонь протянулась вперед. Алис дернулась, смещая муфтеныша вправо, и рука лорда вместо пушистика ухватила леди за грудь. В этот же миг случилось повторное явление ректора.

— Даниар, — выглянул он из-за двери, — вот ты…

Его взгляд сфокусировался там же, где секунду назад обитал взор лорда. Ректор закашлялся, выдавив:

— Тебя там все ждут.