Ответный визит

«Ну-ка, покажи весь разговор».

Я показала. А потом вздохнула:

«Что думаешь?»

«Поехали отсюда. Собирай вещи прямо сейчас».

Это странно, но я ужасно обрадовалась, услышав такое от кота. Потому что сама чувствовала то же самое.

Три платья — небольшой вес. Книги по садоводству, которые я так и не нашла случая преподнести, я оставила на столе. А дымчатую шаль прихватила с собой — пригодится. Сейчас ещё светло, так что можно успеть добраться до трактира, который я приметила в деревне, и нанять там лошадь. Думаю, обойдусь без кареты.

Сложив кофр, обернулась к коту:

«Пойдём через дверь или через окно?»

«Если не хочешь выяснять отношения, то через окно. Кошки всегда уходят тихо».

На секунду задумалась, надо ли написать письмо? Наверное, надо. Взяла чистый лист с секретера, вывела: «Благодарю за гостеприимство». И подписалась полным именем — Эльнейда-Элерет эйд Эрранд.

Письмо положила поверх книг.

Закончив, распахнула створку окна, огляделась — всё тихо. Пролевитировала на тропинку кота, потом саквояж, а затем сотворила наклонный жёлоб из сжатого воздуха — и съехала сама. Обернулась, шевельнула пальцем — порыв ветра захлопнул оставленное окно. Теперь осталось зайти на конюшню, забрать из кареты котовую корзину — и можно отправляться в путь.

Обернулась к фамилиару:

«Хаос, тебе понравилось на санках кататься?»

Пушистый негодяй прижмурился и с энтузиазмом боднул мою ногу, заставив пошатнуться.

Ясно, опять поедем под котовые «Ура-а!». Самое то, чтоб поднять настроение.

Взяв корзину, вышла за ворота. Угу, а до деревни не так уж и далеко — за широким полем с редкими деревьями по краю виднелись кровли крайних домов и плывущие дымки. Сделала санки, села, обняв корзину, и покатила. Причём не по дороге, а прямо через поле, благо моей чудо-карете колея была не нужна. А вот срезать путь стоило, кто знает, когда у меня магия кончится?

До постоялого двора мы добрались без приключений. Начала я с того, что купила хлеба и пару кругов свиной колбасы. Подумав, добавила флягу с молоком и мешочек чищеных орехов. А потом пошла на конюшню, где за горсть серебрушек сторговала лошадь до столицы, с условием, что, доехав, оставлю конягу на постоялом дворе близ ворот. Ещё за пару монет приобрела полмешка овса на прокорм моему транспорту. Напоследок, поразмыслив, наложила морок, превратив свой зимний плащ в деревенского вида зипун на меху.

Ночевать тут я не собиралась. Чем дальше от гостеприимного дома леди Марсиаллы уеду, тем счастливее буду. Села верхом и тронула коня. С одной стороны за седлом болталась корзина, с другой — мешок с овсом. Сверху, вцепившись когтями в войлок потника, восседал Хаос. Свой кофр я прицепила спереди, у колена. Мохнатая лошадёнка опустила морду к дороге и мерно потрусила вперёд.

Я оглянулась на Хаоса:

«Кормежки у лорда Тиурры не жалко? Я тебя так ублажать не смогу».

«Свобода дороже!» — гордо распушил хвост кот.

Согласна, свобода дороже.



На ночлег мы остановились в Лиаре, в трактире средней руки. По настроению я бы поехала и дальше, но боялась сбиться ночью с пути.

Мне не спалось. В голове снова и снова прокручивался наш последний разговор. Но уступить я не могла — стоило представить жизнь в этом доме, где нет ничего моего, где нечего делать, не с кем поговорить или посмеяться, некуда пойти — как хотелось завыть и начать биться головой о стену. Ну, или кого-нибудь покусать. Грустно засмеялась — ведь сбылось в точности по моим словам: лорд Тиурра здесь — любимый сын и гордость Дома, а я — никто, племенная кобыла с соответствующими правами. Не знаю, сколько лет или веков этой бабушке, но это не даёт ей права так распоряжаться моей жизнью. А сильнее всего задело поведение лорда Тиурры. Ведь он знает меня почти три года, я от него никогда ничего не скрывала — ни нрава, ни мыслей, ни намерений. И вот оказалось, что для него мои стремления и мечты не значат ничего. Кто я такая со своими бутербродами рядом с его изысканной прелестной бабушкой с фрикасе из косули? Одно хорошо — что мы не зашли слишком далеко, пусть и не потому, что он не хотел. Но если бы зашли, сейчас бы мне было в сто крат хуже. А так — переживу… Я столько лет жила одна, полагаясь лишь на себя, а с ним вместе провела всего три месяца. Точно переживу. Но почему в голове вновь и вновь всплывает слово «предательство»? Разве он меня предал? Кстати, сейчас в особняке уже наверняка обнаружили и моё отсутствие, и мою записку. Погонится ли он за мной или не пустит бабушка? Которая хочет покладистую невестку без сомнительного прошлого? Бр-р, хватит себя травить! Если сейчас не засну, завтра вывалюсь из седла.





Глава 5




Брак — это война между мужчиной и женщиной, победителю достаётся свобода.

Оноре де Бальзак



Вскочила я затемно. Подхватила под брюхо Хаоса, закинула за плечо кофр и потрусила на конюшню. Ну и рань! — в трактире ещё даже не затопили печь. Поставив багаж в угол, наказала коту: «Присматривай!» — а сама пошла искать щётку со скребницей, ибо чем лохматее лошадь, тем больше мусора к ней липнет. А моя обросшая животина, похоже, всю ночь валялась в опилках с соломой. Замахнув спину и круп щёткой, начала чистить. Кстати, сейчас я была без юбки, в мужских штанах, и чувствовала себя превосходно. Когда закончила оглаживать щёткой ноги, уже мурлыкала под нос.

Надела уздечку, потом седло. Прицепила к задней луке корзину. Ну, вот и всё, осталось взять Хаоса с саквояжем, и можно трогаться в путь.

И тут из тени выступил лорд Тиурра:

— Эль, ты действительно уезжаешь?


Пожала плечами:

— Доброго утра, лорд Велани. Думаю, мы вчера уже всё обсудили, так что говорить особо не о чем.

— Лорд Велани? Опять? Я верно понимаю, что ты меня бросаешь?

— Ну, выбор невелик: я могу либо расстаться с вами, либо согласиться на пожизненную тюрьму. Да, та красива и уютна, но сути это не меняет. Вы бы ради того, чтобы жениться на мне, согласились бы до самой смерти быть запертым в клетке под присмотром кого-нибудь из семьи Эрранд?

— Мне не рожать детей, я мужчина.

— А я, похоже, не человек и не маг, а племенная кобыла. — Грустно усмехнулась: — Да-да, понимаю, девицы с сомнительным прошлым должны быть скромнее и благодарнее за то, что их готовы принять в семью.

— Что за сомнительное прошлое? — напрягся он.

Пожала плечами:

— Просто цитата. Простите, лорд, мне пора ехать.

— Через пару часов здесь будет карета, давай поедем вместе.

— Не стоит. Я хочу побыть одна. Не волнуйтесь, не пропаду.



До Лайяра я добиралась два дня. Наверное, я бы вообще не ела, если б меня не заставлял Хаос. И пока ехала, уговаривала и уговаривала себя, что всё нормально, всё вернулось на круги своя, так что и печалиться не о чем. Возможно, сейчас я потеряла самого лучшего мужчину, которого могла встретить в жизни. Только, если бы приняла его условия, то потеряла бы себя.

Мою славную конягу я оставила там, где договаривались, проследив, чтобы в кормушку насыпали овса, а ясли набили сеном. И отправилась в особняк Эрранд — за учебником по грамматике древнеферейского языка. Хочешь избавиться от ненужных мыслей — займись чем-нибудь.

Отца дома не было, а вот с Колином я столкнулась.

— Эль, почему ты здесь и почему в таком виде?

— Всё в порядке. Мы расстались с лордом Велани.

— Что-о?!

— Говорю, всё нормально. Ничего серьёзного у нас не было. Только поцелуи. Лучше разбежаться сейчас, чем мучиться потом.

— Что он сделал?!

— Ничего. Просто оказалось, что наши взгляды на семейную жизнь сильно не совпадают.

— И какие у него взгляды? — подозрительно поинтересовался Колин.

— Домострой, — ответила я одним словом. — Пока он сам будет в Лайяре или где-то ещё, жена должна безвылазно сидеть в поместье и растить детей.

— А ты собиралась гоняться по кладбищу за гулями с младенцем на руках?

— Не утрируй, Колин. Мне до младенца не меньше десяти лет, потому что магия должна успеть вырасти. Представь, как бы я сидела или — во, лучше! — как бы ты сам десять лет сидел взаперти под присмотром Тиурровой бабушки.

— Десять лет? С бабушкой? — взвыл Колин.

— Ну, она старушкой не выглядит, но ведь и десять лет — это только начало. А если сто лет?

— Эль, я набью ему морду!

— Не вздумай. Просто имей в виду, что ничего больше там нет. Слушай, как у тебя с древнеферейским?

— Неплохо. Мне его вдалбливали с пяти лет, — фыркнул Колин.

Ух ты! Получается, все дети из семей магов, будет у них Дар или нет, получают фундаментальное образование. Кроме меня, которая навёрстывала сейчас.

— Позанимаешься со мной? Я хочу начать уверенно говорить.

— Ладно. Ещё что-нибудь тебе нужно?

— Ага. Подскажи, где поблизости можно купить хорошую толстую верёвку?

— Ты вешаться собралась или хочешь его удавить?

— Примерно, — засмеялась я.



Иногда кажется, что второе имя судьбы — насмешка. Не прошло и полгода, как до Академии дошло, что я из семьи Эрранд. Прежде воротившие нос девицы теперь здоровались первыми, а Элвина на правах бывшей соседки так и вовсе решила, что имеет шанс подружиться. И что делать с этими козами плюшевыми? Наверное, вежливо раскланиваться в ответ — и больше ничего. Парни тоже сообразили, что, раз Колин мой брат, значит, у меня никого нет, и начали осторожно кружить вокруг. А что, хорошенькая, из влиятельного Дома и с огненной магией. Я на призывные сигналы не реагировала. С одной стороны, мне нужно было время, чтобы пережить боль разрыва, а с другой — они были мне неинтересны. Вот Колин и Ален — да, мужчины, потому что самостоятельные и имеют собственное мнение. Оба не побоялись подойти ко мне ещё тогда, когда я была изгоем. А эти ходят стадом, как телята. Я ж не пастух и не корова, чтоб им радоваться?