Отступники

– Будь он сильнее Отступников, не попал бы им в руки.

Это звучало логично. Логика Анархистов. Удобная, безупречная логика.

– Так или этак, – сказала Нова, разминая вторую руку, – Ингрид уверена что сегодня вечером Отступники устроят на нас облаву, в отместку, или, чтобы выяснить, кто из нас причастен к покушению.

– Надеюсь, к их приходу ты надежно укроешься.

– Я да, но… тебе-то не нужно припрятать что-то из твоего барахла?

Лерой усмехнулся, скривив рот на сторону.

– Хочешь верь, хочешь нет, но все, что я здесь делаю, совершенно легально.

Нова не поняла, шутит он или говорит серьезно.

– А-а, ну… только не говори потом, что я тебя не предупредила.

– Предупреждение принято, с сердечной благодарностью, – он вынул из шкафа пустую банку и пробирку. – На параде что-то говорили об испытаниях?

– Да так, будто это национальный праздник, – проворчала Нова и ехидно процитировала, – Есть ли в тебе то, без чего не стать героем? Брр! Убейте меня веником!

Она достала из кармана попкорн и разорвала пакет. Пластик хрустел и скрипел под ее руками. Девушка протянула пакет Лерою, но тот только покачал головой.

– Миру нужны герои, – заметил он и, снова водрузив на нос защитные очки, стал переливать раствор в бутыль. Стекла очков увеличивали его глаза раза в три.

– Об этом нам и твердят всю дорогу, – Нова бросила в рот горсть попкорна, – Но мы с тобой знаем, что миру было бы спокойнее без всяких героев. Без злодеев. Без нас всех мир потихоньку стал бы нормальным – счастливые люди и нормальная, счастливая жизнь.

Губы Лероя изогнулись в намеке на улыбку.

– Ты никогда не думала о том, чтобы самой попробовать?

Нова рассмеялась.

– Что, податься в Отступники?

– Им неизвестно, кто ты такая, как выглядишь, – Лерой уменьшил пламя горелки и поставил стеклянную банку на штатив. – Из тебя вышел бы недурной шпион.

– А ничего, что я не смогу притворяться, что уважаю этих святош, выскочек, зазнаек… этих героев. Надолго меня не хватит, и ничего полезного я не успею разузнать.

Лерой пожал плечами.

– Ты смогла бы, если б захотела.

– Не говоря уже о том, чтобы пройти их проверку, – продолжала она. – они ведь не каждого принимают в свою шайку-лейку, сам знаешь. Ты правда считаешь, что девушку по фамилии Артино там примут в распростертыми объятиями?

Лерой пренебрежительно махнул рукой.

– Сущие мелочи. В этом городе добыть поддельный паспорт не проблема. Преступники мы или нет?

– Чувствую, ты давно все продумал.

Он сверкнул глазами.

– Задумался только, когда они объявили, что возобновляют испытания. Ас любил повторять, что знание – это сила, и был прав. Жаль, что сейчас и все знания, и сила сосредоточены в руках Отступников.

Нова поднялась, прихватив полупустую кружку.

– В такой ситуации отправить меня на испытания – крутой план. Но вообще-то мне пока жить не надоело.

– Поверь в себя, кошмарик, – сказал Лерой, – Я в тебя верю.

Нова фыркнула.

– Я подумаю об этом, – обещала она, открывая дверь. – И не зови меня так.

Лерой только улыбнулся.





Глава седьмая





Адриан закинул ноги на низкий журнальный столик и поставил на колени мисочку с хрустящими хлопьями. Так он обычно ужинал, когда родители работали допоздна. Такое бывало частенько, а уж после событий прошедшего дня он точно не ждал их домой рано.

Взяв пульт, он включил вечерние новости. На экране телевизора появились любительские кадры праздничного шествия – в кадр попал аэростат Кукловода, дрейфующий над улицами Гатлона. Внизу кричащие от ужаса люди, отталкивая друг друга, пытались унести ноги. Закадровый голос комментировал происходящее, называл статистику. С тех пор, как Адриан в последний раз слышал новости, цифры изменились. Сейчас объявили, что число пострадавших выросло до шестидесяти восьми, причем более пятидесяти человек госпитализированы в городскую больницу Гатлона, а два Отступника, в том числе член Совета Тамайя Раи, ранены и проходят лечение в здании штаба Отступников. К счастью, жертв не было. Виновник, Анархист Уинстон Прэтт, известный, как Кукловод, задержан…

Адриан отвернулся от экрана и нащупал лежащий сбоку блокнот. Откинув обложку, он начал пролистывать страницы, пока не нашел последние свои рисунки – эти торопливые наброски он сделал сразу, как только вернулся домой, пока еще идея была свежа в памяти.

Набив рот хлопьями, он поднес блокнот к глазам, рассматривая рисунки.

Задумки для парочки новых наколок.

Вначале он не планировал увеличивать их количество и каждую татуировку считал последней, но с начала эксперимента прошло только два месяца, а на коже было уже три наколки.

А сейчас, после столкновения на крыше, он многое понял о своих возможностях. Точнее, он многое понял о возможностях Стража.

У него еще есть потенциал. И очень большой – он это знал. Броня сработала именно так, как он и ожидал, не сковывала движений и надежно защищала, хотя Кошмар и сумела отыскать в костюме уязвимое место.

Пружины на пятках вообще действовали волшебно. Когда впервые, оттолкнувшись от тротуара, он подскочил до третьего этажа, чувство было такое, будто он летит.

Но вот огонь… с огнем возникли проблемы.

Когда Адриан это задумал, план казался блестящим. Это была, вообще-то, самая первая татуировка, которую он себе наколол, не зная еще, что из этого получится. Но оказалось, что его рисунки не только не утратили силу, став татуировками, но и наделили Адриана доселе невиданными и совершенно реальными сверх-возможностями.

О манипуляциях с огнем мечтали все. Настоящая классика, у которой была масса разновидностей, от зажигания свечей в день рождения до поджога целого склада, где незаконно хранились наркотики.

Адриану не приходилось иметь дела с подобными складами, но если бы пришлось, хотелось бы знать, что он в состоянии с этим что-то сделать.

Но огонь непредсказуем. Это сила природы – дикая и необузданная.

Адриан предпочел бы что-то более четкое, упорядоченное. Нечто такое, чем можно управлять, точно поражать цель – даже ему, далеко не самому лучшему стрелку среди Отступников. Необходимо было понизить вероятность того, что он снова поразит своего же товарища.

Первой мыслью было встроить в броню еще модуль – какое-то огнестрельное оружие. Но затем Адриан вспомнил девчонку, несколько лет назад ходившую к ним на тренировки – эта Одаренная выпускала узкие пучки энергии прямо из лба, поражая любую цель. Почти все называли пучки лазерами, но на самом деле это были не лазеры. Адриан, собственно, и не знал толком, что это такое, зато ему было известно, что пучки энергии достаточно мощны, чтобы сбить противника с ног и даже лишить сознания, не оставляя следов, как от пули. Ни самой пули, ни стреляной гильзы, ни открытых ран.

Совершенное оружие.

Оставалось только придумать, как встроить такое оружие в броню Стража… и какая татуировка сможет наделить его такой силой. Адриан и сам удивлялся, что может воплотить практически любой свой рисунок – лишь бы сперва убедить самого себя, что в реальности такое возможно. Важно при этом не терять голову. И рассуждать здраво.

Пружины на подошвах ног. Языки пламени на предплечьях. Застежка-молния на груди – открыв ее, он извлекал и активировал костюм.

А теперь это будет что-то вроде светодиода. Длинный, узкий цилиндр, на этот раз на правом предплечье. Он окажется встроенным в бронированную перчатку Стража, уже заряженный и готовый начать стрельбу…

Положив блокнот перед собой, Адриан снова сунул в рот полную ложку хлопьев.

– … и последнее: Кукловод, разумеется, задержан, и это хорошо. Но на мой взгляд совершенно недопустимо, чтобы такое множество невинных людей пострадало, пока преступника ловят.

Внимание Адриана снова вернулось к телевизору. Двое мужчин и две женщины, нарядные и ухоженные, сидели вокруг стола в студии.

– Вот именно! – воскликнул один из мужчин, подавшись вперед и гневно тыча пальцем в говорившую женщину, хотя, кажется, был с ней согласен. – Совершенно недопустимо. Разве не было известно, что это массовое мероприятие соберет огромную аудиторию? Куда смотрела безопасность? И почему Совет так долго ничего не предпринимал? Их обязанность нас защищать, но складывается впечатление, что сегодня их больше волнует негативное освещение событий журналистами, чем охрана города от того безумца.

– В защиту Совета, – другой мужчина успокаивающе поднял вверх руки, – у нас есть свидетельства того, что в первые же минуты нападения Капитану Хрому удалось спасти семерых детей от воздействия Кукловода. Остальные члены Совета и несколько Отступников эвакуировали буквально сотни горожан в безопасные места, в ближайшие дома и на автостоянки.

Первый ведущий попытался было его перебить, но говорящий остановил его жестом и продолжил.

– Это связано с тем, что повторял нам Совет с первых же дней возникновения Отступников как организации: они всегда в первую очередь направляют свои действия на спасение человеческих жизней и во вторую – на отражение атаки. Сегодня они следовали своим правилам, и я ими восхищаюсь. Это было совсем не просто, особенно учитывая, что целью первую очередь были сами члены Совета Кукловода.

Адриан поднес миску к губам и отпил глоток розоватого молока.

– Да, это так, – вступила в разговор одна из женщин, – но множество несчастий можно было предотвратить, останови они его сразу!

Ведущий пожал плечами.

– А что если бы те горожане, которых они вывели из-под удара, погибли? Все просчитать невозможно.

– Горожане горожанами, но мы знаем, – заговорила первая женщина, – что Уинстон Прэтт, скорее всего, так и ушел бы безнаказанным, если бы та горе-убийца не сбросила его с собственного аэростата. Мы и дальше будем умалчивать об этом факте?

Она картинно воздела руки, как бы в горестном изумлении.

– Кошмар! Что известно о ней? Откуда она явилась? Мы ничего не знаем кроме того, что сегодня она едва не убила Капитана Хрома, серьезно ранила Гром-птицу и скрылась от патруля Отступников, сразившись одна против троих. Это кого-нибудь волнует?

– Меня, – отозвался ее сосед. – Но еще больше меня волнует то, что подобная выходка одиночки – а это была выходка одиночки – может быть тревожным симптомом. Ведь и другие Одаренные могут пожелать выйти из тени и снова начать все громить и разрушать. Это доказывает, что Отступники, возможно, вовсе не контролируют город, как пытаются нам внушить. Новые злонамеренные Одаренные пока сидят тихо. И если дело обстоит так, я хотел бы услышать от Совета, что планируется делать в связи с этими угрозами.

– Надеюсь, – сказала вторая женщина, – у них есть план лучше и надежнее, чем сегодняшний!