От стажера до ведьмы
Часть 4 из 103 Информация о книге
– Опять… Иван Петрович решительно свернул с дороги и направился к столу, за которым сидела компания из трех человек. Ирина определила бы их как работяг в запое. Бывают такие, заработают и гулеванят. Потом выйдут из запоя, опять заработают – и опять гулять. Дело житейское, бывает… – Как дела, Витя? Один из «работяг» поднялся со скамейки и пожал протянутую руку. – Потихоньку, Петрович. Ты-то как? – Наша служба и опасна, и трудна, сам знаешь, а у тебя смена закончилась? – Да. Ты не волнуйся, Петрович, я свою норму знаю. Выпью ведро – и стоп. – Ведро – не беда, ты главное, не бушуй. Витя развел руки, почти что с извиняющейся улыбкой. – Постараюсь, Петрович. – Всего хорошего. Иван Петрович козырнул – и направился прочь от скамейки. Ирина ждала пояснений. – Это Витя. Человек хороший, работает на буровой платформе, нефтяником. Полгода там, полгода тут. Ирина хмыкнула. – Тяжело семье, наверное. – Жена особо не страдает. Денег он дает достаточно, а остальное… всякое бывает. Сама понимаешь. Ирина кивнула. Вот уж что она отлично понимала. – Вот приезжает Витек, отдает ей деньги, а на заначку начинает гулять. Потом находится добрая душа, кто-то да стукнет, что жена – неверна, ну и начинается у мужика гон. – Гон? – Ага. За любовниками. Гоняется и норовит их рогами забодать. – А как он узнает – кто? – Он и не узнает. Тут как повезет. – А жену он не трогает? – Нет. – Хоть тут повезло. – Гуляла б она поменьше или поосторожнее, нам бы всем бы повезло, – махнул рукой Петрович. – Всё, пришли. Стандартная «брежневка». Пять этажей, серые прямоугольники бетонных плит, плоская крыша. Подъезд, стены, окрашенные в зеленый цвет, третий этаж. Дверь, в которую позвонил Иван Петрович, отличалась от остальных, как Золушка от своих сестер. Фанерная, старая, поставленная во времена коммунизма, когда, как известно, в стране воров не было. И все друг другу доверяли, ага. Точнее, знали, что лезть бессмысленно, все равно ничего ценного не найдут. Иван Петрович вздохнул, поправил фуражку и нажал на кнопку звонка. Такого же старого, как и дверь. Долго ждать не пришлось, дверь распахнулась сразу же, едва не треснув участкового по носу, и на лестничную клетку вылетело – оно. Выглядело это оно как седая женщина преклонных лет, невысокая и полноватая. Но визжала так, что Ирина тут же заподозрила в ней потомка гарпий. Вдруг они из древней Греции мигрировали и размножились? Потомство оставили? Вот, и пальцы с когтями… то есть ногтями метровой длины… Она хоть не плотоядная? Какая ж чушь лезет в голову! – Наконец-то!! Часа не прошло!! – Здравствуйте, Марина Ивановна. – Чего – здравствуйте! А это еще что такое? – Стажер наш, – вежливо ответил Иван Петрович. – Так что у вас случилось? – А вы не слышите? Нет, ничего Ирина не слышала. И подозревала, что за визгом этой мадам можно и вовек ничего не услышать. Оглохнешь… Наконец они оказались в квартире, прислушались… Примерно через пятнадцать минут послышался робкий стук. Кажется, кто-то пытался заколачивать гвозди. Очень деликатно. – Вот!! Прямо же по голове бьют!! Иван Петрович вздохнул, покивал и попрощался с хозяйкой. Не сразу, конечно. Пришлось узнать все, что она думает о правительстве, о каждом из министров в частности, о полиции в целом и лично об Иване Петровиче. Про стажера и говорить не приходится. Ирина поняла – вот из-за таких, как все вышеперечисленные, океаны забиваются пластиком, а бактерии дохнут на подлете. Страдает экология, ботаника, зоология, а уж что происходит с экономикой и с политикой, вовсе подумать страшно. А приходится… Обо всем приходится думать мадам Глинской. Ибо – некому больше, некому! Не тем правительство занято! Вот она бы… Но все кончается. Так что они поднялись в квартиру этажом выше и позвонили. Уже во вполне приличную металлическую дверь. Им открыл мужчина лет сорока пяти. – Иван Петрович, здравствуйте. – Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич. – Опять? Иван Петрович пожал плечами. А что поделать? Да, опять, да, снова, да, нет выбора. – Что в этот раз? – Дмитрий Сергеевич, да было бы что… – Это – да, – согласился мужчина. – Я уж квартиру продавать собираюсь. Иван Петрович вздохнул. – Я вас понимаю. – Куплю подальше отсюда. А то с такой в одном подъезде жить – это сразу помереть можно. Может, вам чая предложить? Хотите? – Да нет, спасибо. Покупателя-то уже нашли? – Да, – лицо Дмитрия Сергеевича озарилось воистину мефистофельской улыбкой. – Уж извините, Иван Петрович, не обижайтесь. – Дмитрий Сергеевич? – Это армянская семья. Ирина посмотрела на участкового. Выглядел он так, словно у него без наркоза зубы рвали. – Сколько их? – Восемь человек. Двое взрослых, бабушка и пять детей. Ирина представила всю эту компанию в брежневской двушке. Подумала пару минут. И невольно улыбнулась. Как там назывался тот гоголевский рассказ? Страшная месть?