От стажера до ведьмы

– Садимся, – резко приказал Макс. – Сунешься к нам – я тебя в лужу башкой засуну, понял?

Выглядел он очень убедительно, а учитывая, что был на две головы выше Анатолия… Проверять философ не рискнул. И потерянно хватал ртом воздух, наблюдая, как все рассаживаются по машинам. Быстро и молча.

Опомнился он, когда кто-то сильно хлопнул дверцей.

– Вы не можете меня тут оставить!!

Мотор заурчал. Машины тронулись.

Вслед им полетели комки грязи и не менее грязные слова. Ну и черт с ним. Первое можно отмыть, второе просто не слушать. А вытаскивать эту грязь…

Нет уж!

– Там ему самое место, – озвучил Алексей.

И все с ним согласились.



В общежитии Ирина отправилась в душ. Первым делом. Ее потряхивало, ощущения вообще были самые отвратительные.

А если бы она не поняла? Если бы ее… Если бы этот тип и она… Кошмар!

Хоть и говорят, что от бабы не убудет, что все можно пережить, что пока жива, все поддается исправлению, но… так говорят другим. А к себе вы такое применяли?

Ирине и думать не хотелось, что было бы, если бы.

Бэ-э…

Водится же такая гадость на планете Земля! Повсюду благолепие, мировая гармония, звезды по орбитам плавают, кометы куда-то несутся, леса растут, поля колосятся… и такая мразь живет!

Утешает только одно. Ночь страстной любви ему точно предстоит. С машиной, в грязи. А то и с трактором, и с деревенскими мужиками. А там народ грубый, никакого понятия о философии…

Как он, интересно, в ту лужу въехал?

А вот так. Летел в расстроенных чувствах, либо не довернул руль, либо не успел вовремя притормозить, занесло на повороте, ну и получил, что заслужил.

Горячая вода полилась сверху. Ирина поежилась под душем. Холод жил глубже, внутри.

А ведь она ему чего-то такого и пожелала, стоит только шишку вспомнить. Смешно звучит?

А как часто мы бросаем что-то вроде: как вы мне все надоели? Чтоб вам пропасть? Ну и что в этом страшного?

Чего мы только ни желаем и куда ни посылаем. И что?

Кто-то пошел и залез, добавив работы проктологам и гинекологам? Ох, что-то Ирина искренне сомневалась.

Но ведь пожелала!

И вот эта проницательность… Почему ей так не захотелось пить колу? Ведь раньше и не задумалась бы? И выпила, и… все последствия.

Хотя – а чего удивительного?

У нее работа такая, называется «подозревать всех и вся». Вот и наложила свой отпечаток. Раньше она была более доверчивой, а сейчас поняла, к чему это приводит. И не нарывается на неприятности.

Не было у нее такой чувствительности?

Вот, появилась. Профессиональное, наверное. И что про Анатолия она догадалась, ничего удивительного. Глаза у него бегали, и взгляд нехороший…

Элементарная техника безопасности – в незнакомой компании не оставлять свой бокал и тарелку без присмотра. Смешно звучит?

Пока не нарвешься сам, оно всегда смешным кажется. А вот как вляпаешься, да с тяжелыми последствиями… Нигде ведь не сказано, что этот полудурок получил бы страстную ночь. А не ее бездыханный труп.

Афродизиаки – штука такая… о двух концах.

Во-первых, на них очень часто бывает аллергия. Во-вторых, они и без аллергии шикарно могут дать по мозгам или по сердцу. Кому что нравится больше – инсульт или инфаркт? Разбирайте! Не стесняйтесь! И в-третьих. Помощь оказывать уметь надо. Что-то Ирина сомневалась в наличии у данного философа в машине антигистаминных препаратов. А уж чтобы их правильно и вовремя ввести…

Надо завтра базу данных посмотреть. И попросить компьютерщика выбрать похожие случаи. Вдруг да было?

Если еще кого-то этим же препаратом, если девчонки к врачам обращались… Ведь не первый раз эта гадина так шкодит, наверняка не первый… Где он может гадить? Да только в институте.

Студенты – народ зависимый. Из десяти студенток одна да придет сдавать зачет на дом к преподавателю. А что потом?


Потом пару капель в стакан, и кричи, не кричи…

Кто и что докажет? Молчать будут просто, чтобы из института не вылететь. Ирина злобно зашипела и решила, что если представится случай…

В каком институте работает этот паразит? И ребят предупредить надо.



– Ириш, ты извини! Ну кто ж знал, что Леха какую-то швабру подцепит, а этот Толик… Макс сказал, он вообще в последний момент подвернулся.

– Откуда Макс вообще с ним знаком? Совершенно разные ведь личности?

– Тоже в спортзал ходит. Макс и пригласил его, из-за машины.

Ирина скрипнула зубами.

– Люсь, пей свой аспирин.

Импортный, растворимый. Рассол был бы лучше, но и так неплохо, на больную-то голову. Люся вернулась уже под утро, ненадолго заснула, а тут и будильник. И работа.

Ирина откровенно пожалела подругу, выдав ей народный антипохмелин. И собиралась сама. Побыстрее, работа не волк, укусит – и удерет.

– Макс сказал, они этого урода из клуба выкинут.

– И правильно сделают. Я бы еще и на кафедру к нему сходила, так, на всякий случай.

– Думаешь?

– Уверена, – кивнула Ирина.

– Хорошо, ты вчера поняла, что к чему. Как ты хоть догадалась?

Ирина вздохнула. Хорошо, она вчера этот вопрос обдумала, знала, что сказать.

– Да я хотела отпить. Но кола же, с пузыриками… и пузырей не осталось, и пахло уже не так. Может, он раньше во что горячее добавлял, типа кофе. Или в спиртное, как клофелин? Черт его знает… короче – пахло лекарством.

– Повезло.

– Даже не сомневаюсь в этом.

Люсю передернуло.

– Да уж. И есть-то там обмылок…

– Не во внешности дело. Был бы он хорошим человеком, нашел бы свое счастье. И не такие квазиморды женились. А это… козел.

– Не скажи. Небось, ни одна баба не давала, вот и…

– Плевать, – отрезала Ирина.

И помчалась на работу, на ходу накидывая форменную куртку.





Глава 4




На работе Ирина поделилась этой историей с коллегами. Петрович переглянулся с Сеней.

– Сень, у тебя там подруга есть? В этом институте?

– Ага. Она, правда, на другой кафедре, но…

– Не хочешь сходить, навестить?

– А пожалуй, что и хочу. Поболтаем, о том о сем…

Ирина смотрела непонимающим взглядом, и мужчины улыбнулись в ответ.

– Ириш, ты же не будешь на него рапорт писать?