Осколки маски

— Ну… Можно сыграть по-другому, — произнес Фудзивара, гипнотизируя чашку с чаем.

— Не томи, Рюсей, — поторопили его.

— В Малайзии не только королевская аристократия есть, можно и с кланами связаться. Через Аматэру Синдзи. У него с ними неплохие отношения.

— И что нам с тех кланов? — спросил император.

— Если мы не можем ввести свои войска, то почему бы не помочь малайцам? — улыбнулся Фудзивара. — Официально только кланам, да и не мы, а Аматэру. Но можно ведь намекнуть кланам, что и королевским силам надо помочь.

— Ресурсы, продовольствие, снаряжение…

— Техника, инструкторы, боеприпасы…





* * *


Глава клана Хейг сидел за рабочим столом, поставив на него локти и опустив голову на сложенные ладони.

— Я хочу кого-нибудь убить, — произнес он глухо. — Есть желающие умереть?

Стоявшие перед ним навытяжку мужчины переглянулись.

— Господин… — начал Майкл Шефри, командующий вооруженными силами клана.

Начал и замолчал. Он не знал, что говорить, но если кто и мог, то только он, так как именно Шефри потеряли двух членов рода при отражении атаки на остров.

— Джефф, выйди, — произнес глава, не поднимая головы.

Секретарь Дональда Хейга и единственный слуга рода в этой компании не должен стать свидетелем того, что сейчас произойдет. Хейг еле сдерживался, и это была последняя поблажка тем, кого он начнет сейчас… отчитывать.





* * *


С малайцами мы договорились. Не представляю, сколько они потеряли людей, но платформы взяли. С моей стороны оставалось прибыть туда вовремя — после взятия, но до начала штурма с кораблей Нагасунэхико. Ну и переговорить с капитанами тех самых кораблей. Захваченных людей мы выдали, флаг Аматэру повесили, своих людей завезли. В общем, теперь платформы наши.

Договор о сотрудничестве с малайцами мы подписали на следующий день. В нем же прописывалось, что мы можем, а что нет. Малайские кланы могли держать при беженцах не более десяти человек охраны и из техники максимум средние МПД. Я же не вмешивался в их внутренние разборки и обязался вступиться, если нападут англичане. Специально выбрал такую формулировку. Вступиться-то вступлюсь, а там как карта ляжет. Также я выделял один корвет для сопровождения конвоев с беженцами. Точнее, корабль должен встречать их на полпути. Сражаться было не обязательно, тут главное — продемонстрировать флаг Шмиттов, надеясь на то, что англичане хотя бы задумаются перед тем, как напасть. Естественно, я не претендовал на те ценности, которые окажутся на моей земле, и договор они подписывали не со мной, а со Шмиттами. Со мной договор был устный. Вообще-то вся эта ситуация вряд ли могла быть расценена как помощь слугам, скорее как дополнительные проблемы, но я на всякий случай перестраховался. Ну и еще — я пообещал не использовать их женщин и детей в качестве заложников.

Все. Я фактически повесил себе на шею кучу народа, но теперь этот народ мне должен. Сильно должен. И этот долг будет висеть на их родах, пока не будет погашен. Десятилетия, столетия — не важно. Даже если их мужчины умрут, останутся дети, и дети их детей, и… так далее. Проблемы вполне могут быть, но если я смогу отстоять беженцев от англичан, это принесет роду целую кучу плюсов. Причем не в будущем, а уже сейчас — репутация Аматэру, которая и так немала, вырастет еще больше.

Разместить беженцев решил в Куала Белайте — городе, что северо-восточнее Мири. Точнее, как город?.. Фактически это несколько портовых районов, растянувшихся вдоль берега. В моем прежнем мире данная территория принадлежала Брунею, а в этом такой страны и не существовало никогда. Кое-что придется построить, кое-кого из коренных жителей переселить в Мири, но в целом место достаточно хорошее. Грязное и пропахшее рыбой, но хорошее.

Разбираться с англичанами пришлось уже после второго конвоя. Всего через пару дней я собирался ехать в Токио, и даже хорошо, что английский корвет пожаловал в Мири до этого.

— Удивлен, что в таком месте есть нормальный ресторан, — произнес Райан Гонт.

Насколько близок он по родству с главой клана, я не знал, но вряд ли ко мне послали бы кого-то сильно ценного. Сидели мы в одном из ресторанов Мири, хорошем ресторане, так что удивление Гонта было понятно. Лично я об этом не задумывался, да и плевать мне было, но англичанина решил поддержать:

— Согласен. Я в городе редко бываю, так что узнал о данном заведении совсем недавно.

Соврал, если что, но удалось не поморщиться. Пусть и не часто, но в этот ресторан я хожу. Близняшки Каджо, конечно, отлично готовят, но до профессионалов недотягивают, в отличие от местных поваров. Да и разнообразие блюд здесь повыше. Я, в общем-то, и Гонта сюда пригласил только потому, что за час до его прибытия решил вновь наведаться в этот ресторан.

— И как вам в Малайзии? — спросил Гонт, когда принесли первое блюдо. — Я-то здесь недолго, да и в основном на своем корабле.

Так он капитан, а не пассажир. По виду и не скажешь. Если Гонт и носит форму, то для встречи переоделся в строгий костюм-тройку. На мне тоже был костюм, но уже простенькая двойка.

— Душно и скучно, — ответил я.

— Скучно? А я слышал, веселья вам хватает, — приподнял он брови.

Интересно, о чем именно он сейчас?

— Лишь в последнее время, да и то… — пожал я плечами. — Один день веселья — неделя скуки.

— А вот нам скучать не приходится, — произнес он, не поднимая головы, проверяя ложкой суп из устриц. — Первая фаза войны. Хотя конкретно у флота работы не очень много. Благодаря вам, насколько я знаю.

Льстец. Они сейчас воюют с кораблями кланов и королевской аристократии, а с ними мы не сталкивались. С клановыми кораблями, во всяком случае.


— О, поверьте, даже без меня у вас было бы мало работы, — произнес я, пробуя блюдо на вкус.

Ну… Не Кагами, но тоже неплохо.

— И тем не менее, — посмотрел он на меня, — вы продолжаете отнимать у нас эту работу.

— Вы про конвои с женщинами и детьми? — спросил я.

— Я про конвои с нашими врагами, — уточнил он. — Для вас это, может, и женщины с детьми, а для нас — те, кто вырастет и будет продолжать войну. Ну или разбредется по миру и будет вставлять палки в колеса.

— Но пока что это женщины и дети, — чуть наклонил я голову набок.

— Не стоит, мистер Аматэру, — поморщился он. — Вы должны понимать, что во время войны не существует разделения по полу и возрасту.

— Подобное разделение существует всегда, — произнес я серьезно. — Я понимаю ваши резоны, но не стоит прятаться за формулировками. Убивать вы будете именно женщин и детей.

— Как скажете, — поджал он губы. — Но это ничего не меняет. Клан Гонт не хочет воевать с иностранными родами и кланами, нам это не принесет ничего, но не в том случае, если война с вами не обезопасит нас в будущем.

— Вы кое-что забываете, — дернул я уголками губ. — Вы воюете не только за земли Малайзии, но и за Малаккский пролив. И война с нами… Скажем так, это будет война не только с нами.

Ну а что? Блефовать так блефовать. И, судя по молчанию Гонта, блеф как минимум заставил его задуматься.

— Утверждаете, что Японии нужен лишь повод? — спросил он.

— Мы свободный род, — кивнул я. — Это с кланами могут возникнуть проблемы, да и то в теории. Вас же сподвигли напасть на чужую страну. А вот если вы нападете на нас… Мы все же часть империи. Малайцы и те, кто связан с ними договором, в своем праве, все-таки для них мы вторженцы, а вот если на нас нападете вы, сторонние, по сути, люди, я не берусь спрогнозировать последствия. Но — да, по идее, повод замечательный.

— То есть вы и сами не знаете, что произойдет, — произнес он, вернувшись к супу.

— Не знаю, но вы можете рискнуть, — пожал я плечами.

Кстати, а ведь похоже, это не такой уж и блеф.

— Занятная теория, — пробормотал Гонт. — Но, быть может, мы все же сумеем договориться и без всех этих сложностей?

— Увы. Я обещал заботиться о беженцах в течение года, — изобразил я безразличие.

— Всего года? — уточнил он.

— Именно, — подтвердил я.

Другое дело, что потом можно вновь перезаключить договор.

— Но уже через четыре месяца земли, на которых вы сидите, станут родовыми, окруженными узкой полоской японских. Если мы не сделаем что-то сейчас, потом это сделать будет еще сложнее.

— Забудьте вы уже о поводах, мистер Гонт, — посмотрел я на него. — Мой род, может, и не ровня вашему клану по силам, но кое-что мы все же можем. Оно вам надо — приобретать еще одного врага у себя под боком? Я вам больше скажу. Если вы нападете, как минимум клан Кояма придет нам на выручку, и вполне возможно, что в веселье пожелает участвовать клан Фудзивара. А если император предложит достойную плату, в войну ввяжутся и остальные. Ну разобьете вы местные силы наших слуг, а дальше-то что? Да после того, как вы выступили против Малайзии, нужен только повод, чтобы сюда за кусочком земли ринулись оставшиеся дома японские кланы. Посчитайте сами свои перспективы в этом случае. Забудьте об императоре, вам и без него веселье обеспечат. Ход вашего короля действительно был гениальным, но то, что вы кланы, не только плюс для Англии, но и минус. И я уверен, глава клана Гонт это понимает, раз уж прислал переговорщика, а не сразу напал. Так что давайте договоримся: я не трогаю вас, вы не трогаете меня. Я могу помогать малайцам как захочу, но лично к вам не полезу. Согласен, не очень выгодно для клана Гонт, но и вы не за хилый заводик воюете. Разберетесь с местными кланами потом, когда все утрясется.

Молчал он долго. Почти полторы минуты.

— Я передам главе ваши слова, — подал он наконец голос.

Вот и отлично. Еще несколько дней я выторговал, а там посмотрим. И пусть мы слабенькие и беззащитные по сравнению с прибывшими сюда английскими кланами, но они же не думают, что все будет легко и просто? Заварушка в Малайзии — вообще штука непростая. Достаточно непростая, чтобы род Аматэру мог маневрировать между акулами.





ГЛАВА 25




— Ну ты и раскабанел, приятель, — произнес я, пытаясь успокоить радующегося моему приезду Бранда.

А тот кружил вокруг моих ног, вставал на задние лапы, упираясь передними мне в грудь и пытаясь облизать мое лицо. А когда не получалось, вновь начинал крутиться, параллельно вылизывая руки, пока я его гладил. Приседать на корточки я уже опасался, иначе точно буду зализан.

— С возвращением, Синдзи, — произнесла Атарашики, улыбаясь.

— Я дома, — произнес я так же с улыбкой. — Как вы тут?

— На удивление спокойно, — ответила она.

— Есть что-нибудь важное? — поинтересовался я, направляясь в особняк.

— Да, — откликнулась она и двинулась за мной следом. Как и слуги, стоящие рядом. — Вчера прислали письмо с приглашением во дворец к императору.