Окно напротив

- Это здесь?



- Да.



- Симпатично.



- Да уж, Светка не бедствует, - фыркнула Мурзя.



Она не переставала верить в то, что Илья на первом курсе был влюблен в эту девушку. И сколько он ни крутил пальцем у виска, сколько ни доказывал, что с первой секунды безумно втрескался в Машку, ничто уже не могло разубедить ее. Если женщине вздумалось ревновать, спрячьте все предметы, которые могут в ее руках стать холодным оружием, и бегите.



Но Смоляков почему-то предпочитал не реагировать, тем самым распаляя подругу еще сильнее. Он, молча, заглушил мотор и открыл дверцу.



- Наконец-то вы приехали, - воскликнула невесть откуда взявшаяся вдруг возле машины хозяйка дома.



На Светке было умопомрачительное платье с откровенным декольте. Темно-синее, длиною в пол, на груди расшитое мелкими пайетками.



Разрядилась в пух и прах. Намазала губы ярко-красным. Она что, собрала здесь весь высший свет города? Я оглянулась по сторонам. Прогуливающиеся по двору ребята были одеты не так нарядно, некоторые вполне себе повседневно. Я облегченно выдохнула и вышла из машины прежде, чем Костя успел подбежать и подать мне руку.



Не нравилось мне это. Не знаю, почему. Его чрезмерная забота начинала меня напрягать. Разве я не могу выйти из машины самостоятельно? Вон, Машка тоже выскочила уже.



- Обалденно же выглядишь, Свет! – бросила она, хватая под руку Илью. – Вот это платье! Ты похудела что ли?



- Ээ-эм… нет, - растерянно произнесла девушка, пытаясь улыбнуться.



- И будто пару лет сбросила! Молодец! С днем рождения!– Машка наклонилась и звонко чмокнула ее в щеку.



- Привет, - я подошла и обняла совершенно растерянную хозяйку дома. – С днем рождения!



- Отлично выглядишь, поздравляю, - вежливо добавил Костя и вручил ей букет.



- Да, - поддержал Илья. – Присоединяюсь к поздравлениям!



Я заметила, как крепко Машкины пальцы вонзились в его руку, и улыбнулась. Света кивнула в знак благодарности и развернулась, жестом приглашая нас следовать за собой. Ей было зябко в одном лишь платье.



Теплый весенний вечер. Но на дворе не май, а всего лишь конец апреля. Мы переглянулись и послушно двинулись в дом за его хозяйкой.




Внутри было очень шумно. Люди орали друг другу на ухо, чтобы быть услышанными. В гардеробной было плохое освещение: под потолком болталась одна тусклая лампочка, и это не совсем вязалось с общим убранством дома. Мы повесили свои пальто и куртки на свободные вешалки и прошли в гостиную.



Это была огромная прямоугольная комната с длинным диваном, идеально наполированным до блеска паркетным полом, пушистым ковром с замысловатым узором и внушительной барной стойкой в углу. Компания ребят с параллельного курса дружно пела в караоке что-то про плачущие фары и дорогу туда, в никуда.



- Хотите выпить? – спросила Света, подталкивая нас к стойке.



Я помотала головой.



- Да брось, - она уже обошла ее и принялась самостоятельно наполнять для нас стоявшие в ряд бокалы белым вином. – Я хочу, чтобы вы чувствовали себя, как дома. Осмотритесь пока. Вон там, дальше по коридору, столовая, за ней кухня, в той стороне бассейн и спортзал. Есть еще зимний сад. Но все скромненько, конечно. Когда мы строили этот дом, папа еще не работал управляющим на кондитерской фабрике, сами понимаете, сейчас совсем другой уровень. Строим новый дом на Красноглинке.



- Спасибо, - принимая бокал, ответила я. – У тебя уютно.



Ребята тоже взяли по одному. Светка улыбнулась, махнула кому-то за нашими спинами и, извинившись, быстро упорхнула, виляя бедрами. Загрохотала новая песня. Адская смесь рева гитар и перкуссионных инструментов.



Машка толкнула меня локтем.



- Выскочка!



- Перестань, - усмехнулась я, рисуя на поверхности стойки подушечками пальцев плавные линии, - она довольна милая.



- Ты тоже очарована ее сиськами?



- При чем тут они?



- Действительно, - обиженно выдавила она, залпом выпила бокал и вдруг сильно закашлялась. – Ого! Пошли-ка, прогуляемся?



- Что случилось? – оторвавшись от своего занятия, спросила я. Машка вдруг зыркнула на меня так, словно хотела прожечь в моем черепе дырку насквозь. – Пойдем, говорю.



Мне показалось, что случилось что-то важное, и лучше подчиниться. Я встала со стула.



- Мальчики, мы в уборную. Веселитесь пока без нас, о-кей?



- Хорошо, - ответил Смоляков, осушив свой бокал. Его взгляд был прикован к поющим караоке ребятам.



Я повернулась к Косте. Он вопросительно оглядел меня с головы до ног и неохотно кивнул, позволяя удалиться. Ему не понравилось, что мы вдруг покидаем их в самом начале вечера. Он становился все раздражительнее, если у нас с Машкой появлялись какие-то секреты, и не собирался этого скрывать.



Мы шли по коридору.