Окно напротив

Она отпустила платье и сложила руки на груди. На её лице отчетливо читалось волнение, перемешанное с отчаянием. Трудно управлять детьми с инвалидного кресла. Особенно такими взрослыми, упорно рвущимися на волю из родительского гнезда.



- Марьяна, на улице давно стемнело! О чём ты только думала?!



Моё лицо залилось краской.



Сестра, сидевшая возле зеркала, улыбнулась так, чтобы я могла хорошо это видеть. Она радовалась. Расческа с новой силой впивалась в её длинные волосы, напрасно пытаясь усмирить мелкие завитушки цвета меди.



Анна пять минут назад ужасно бесилась, через окно провожая взглядом Серегу, уходившего от нашего подъезда в сторону дома. Молнии, летящие из её глаз, готовы были материализоваться и испепелить меня дотла.



Те мальчишки, с которыми она гуляла раньше, в основном только и делали, что пили пиво да орали песни под гитару до утра. Они редко удостаивали её такой чести - быть сопровожденной до самой двери отчего дома. От этого она ненавидела меня еще больше.



- Я постараюсь больше так не задерживаться, честно, - пообещала я, готовая встать перед мамой на колени.



Выражение маминого лица было непреклонно. Все знали, что это значит. Она запретит мне встречаться с Серегой и вообще надолго выходить из дома одной.



- Ты еще совсем мала, чтобы гулять допоздна!



- Мне семнадцать! Я не понимаю. Ане ты всегда всё разрешала!



- Смотри, - противненьким голоском вмешалась сестра, обращаясь к маме, - такими темпами… скоро она тебе еще и в подоле принесет…



Эти слова сработали лучше, чем канистра с керосином, запущенная в костер. Я ошарашенно уставила на неё. Как она могла так сказать про меня? Её глаза откровенно смеялись надо мной.



- Этого я точно не вынесу, - мама схватилась за сердце.



Мне показалось, что моё самоуважение сжимается до размеров спичечного коробка. Попробуй теперь отмыться от грязи, в которой Аня меня выпачкала.



- Что ты такое несешь? – крикнула я сестре, повернулась и сделала неуверенный шаг в сторону мамы.



Та резко взмахнула рукой, указывая, чтобы я к ней не приближалась, и судорожно вращая руками колеса коляски, покинула комнату.



Я видела, как тряслись её губы. Одна дочь огорчила тем, что ослушалась, другая умудрилась всё вывернуть наизнанку, усугубив ситуацию.



- Мама, - пропела вдогонку сестра, медленно скользя гребнем по волосам, - неужели ты позволишь ей встречаться с парнем, который гораздо старше её?



- Аня! – взмолилась я.




Она смотрела на меня снисходительно. Я для неё была не более, чем жалкой букашкой, назойливо мелькавшей возле глаз.



- Это, вообще-то, карается законом…



Во мне бурлили эмоции, я чувствовала, что вот-вот взорвусь.



- За что ты со мной так?!



Она расслабленно откинулась на спинку стула. Нет. Расселась как королева. Положила ногу на ногу и оглядела меня с ног до головы.



- За какие такие заслуги ты вдруг должна получить его? У тебя есть старшая сестра. И вряд ли тебе удастся устроить свою судьбу раньше меня.



- Что за бред?



Аня отнимала у меня одну мечту за другой. Жестоко, цинично. А ведь я ничего плохого ей не делала.



Теперь переезд в город и поступление в медакадемию мне точно не светило. Она сделает всё, чтобы убедить маму. Это в её духе.



Я убежала к себе в комнату и громко хлопнула дверью.



Мыслей не было. Только раздирающие плоть эмоции. Стоило только закрыть веки, перед глазами возникало белое ромашковое поле. Нежный ветер, беспокойно колышущаяся трава, осыпанная солнечными бликами. Скорость. И Его сильные руки.



Нужно только представить, что ты там. Представить всё до мельчайших деталей и нырнуть. Вот так.



Через полчаса я встала, вытерла слезы и взяла учебник по анатомии. Нужно много заниматься. Я решила. Всё обязательно получится.



Нужно просто подождать. Если в меня никто не верит, никто не хочет помогать и поддерживать, я всё сделаю сама.



Да. Я смогу. Всё будет хорошо.



Свои мечты нужно осуществлять вопреки всему.



***



Сергей Донских был мастером переговоров. Я не сразу об этом узнала.



После того, как мне запретили видеться с ним, прошло долгих три дня, похожих на бесконечность. На четвертый раздался громкий стук в дверь. Он долго разговаривал с мамой на кухне. Не знаю, что именно помогло: махровая герань в горшке, которую тот притащил с собой, или согласие с предложенными условиями, но мне позволили проводить с ним время.