Окно напротив

Это прикосновение обжигало сильнее раскаленной каменки, но высвободиться почему-то совсем не хотелось.



- Ты далеко живешь?



Он встряхнул волосы, запустив в них всю пятерню, щедро измазанную мазутом, который уже вряд ли когда-то смывался до конца, особенно из-под ногтей.



- А что? – смутилась я, покорно опираясь на его локоть.



- Кто-то же должен донести банку, она тяжелее тебя раз в пять!



Мои глаза снова испуганно принялись разглядывать песчинки под ногами.



- Я сама..



- Конечно!



Парнишка рассмеялся и осторожно подтолкнул меня к крутому склону, усеянному высокой, высохшей на солнце, травой и колючими кустами шиповника.



Мне стало не по себе от одной только мысли, что он собирается пялиться на мой костлявый зад, пока я буду пыхтеть, хватаясь за ветки и взбираясь наверх. Но не успела я открыто воспротивиться, как он нежно положил ладонь на мою поясницу, чуть выше копчика, и настойчиво, с легким нажимом, направил меня вверх по тропинке.



Абсолютно обескураженная такой наглостью, я всё же сделала несколько неуверенных шагов и тут же ощутила поддержку. Когда ноги соскользнули, а руки не успели ухватиться за ветви кустарника, его рука помогла мне устоять на месте. Я обернулась и благодарно кивнула, отметив при этом его взгляд, начисто лишенный усмешки и на удивление отрешенный.



На моих щеках запылал яркий румянец. Захотелось немедленно отдернуть юбку, чтобы прикрыть бледную, не знавшую солнца, кожу ног хотя бы до колен. Но как только я отпустила руку от сухих стеблей травы, кеды упорно заскользили по песку вниз. Пришлось вцепиться ногтями в жидкую растительность склона с новой силой и, подтягиваясь, стараться ползти вверх.



Мысль о разодранной коленке больше не напоминала о себе. В голове стучало: он наверняка, видит мои трусы. Мои трусы!



По шее скатилась одинокая капелька пота. Щекотно. Я быстро смахнула её, прижав щёку к собственному плечу, и продолжила покорение вершины. Не хватало еще вспотеть как марафонцу! Достаточно с меня позора за один день.



Так, оставалось совсем чуть-чуть.



Я радостно схватилась за последний выступ и попыталась подтянуться на руках. Камешки под моими ногами противно захрустели и, вырвавшись из-под резиновой подошвы кед, покатились вниз. Песок тонкой струйкой побежал меж пальцев, судорожно обхвативших в поисках спасения хлипкое корневище полыни.



Мне показалось, что подо мной река, в которую я погружаюсь под тяжестью собственного веса. Пальцы внезапно оторвались от земли вместе с пучком жухлой травы, и на секунду пришло осознание, что сейчас повторится спуск с обрыва. Мне придется уже носом, а не другими частями тела собирать все неровности. Это конец.



Но вдруг что-то подхватило и с силой вытолкнуло меня наверх.




- Ты схватил меня за задницу! – прокричала я, вставая и отряхиваясь.



Серега преодолел последний метр, встал, и, как ни в чем не бывало, вытер руки о джинсы.



- Нужно было дать тебе упасть?



Я замерла, решив оставить при себе грубые слова, вдруг пришедшие на ум. Он подошел к гаражу, молча прикрыл двери, повернул ключ в замочной скважине и поднял с земли банку с молоком так легко и непринужденно, словно бы она не весила ни грамма.



- Не хочешь составить мне компанию? Мне нужен подельник.



Я уставилась на него.



- Ты о чем?



Серега, не дожидаясь меня, бодро припустил вперед по тропинке, словно знал дорогу до моего дома. Сорвавшись с места, я бросилась за ним вдогонку.



- Сегодня ночью я иду на дело.



- Какое?



- Ты мне не доверяешь? Я только что спас тебе жизнь.



Поравнявшись с ним, я замедлила шаг.



- Да брось!



- Ты бы грохнулась вниз и ободрала себе не только коленки.



- Я что, не имею права знать, в какую историю ты меня собираешься втянуть?



- Мне не к кому больше обратиться.



- Что нужно делать?



- Я зайду за тобой в полночь. Хорошо?



- Исключено, меня не отпустят.