Охотник на демонов

— Сегодня работаем по сокращенному варианту, — посмотрев на часы, проинформировал Миробоя комендант и, повернувшись к сопровождающим его лицам, произнес: — На все про все даю полчаса, нам еще несколько таможенных постов проверять.

— Решили на этот раз не сильно меня мучить? — спросил полковник, поглядывая на разошедшихся к его заместителям инспекторов, и заметил: — Да и молодежи на этот раз многовато. Готовите новую смену?

— Ну а как же, — произнес мужчина. — Толковых проверяющих никогда много не бывает, а тебя действительно решил сегодня не мучить. Считаю, что не совсем правильно проводить полноценную проверку, после того как ты успешно отмахался от череды имперских инспекций.

«Ну хоть сегодня не придется „подпрыгивать“», — удовлетворенно подумал командир и повел коменданта в свой кабинет, где имелась довольно уютная комната отдыха с мягкими диванами и некоторым количеством элитного алкоголя.

— Может, по пятьдесят грамм? — предложил полковник, как только они удобно устроились.

— А давай! — немного подумав, махнул рукой комендант. — Отметим отъезд имперских псов.

Дверь отворилась, и в комнату вошла очень симпатичная фигуристая женщина с подносом в руках.

— Добрый день, Артем Романович, — поздоровалась она, ставя поднос на журнальный столик, а услышав ответное приветствие, мило улыбнулась и вышла за дверь.

Полковник разлил по рюмкам ароматный коньяк.

— Ты же говорил — по пятьдесят?! — рассматривая заставленный тарелочками с деликатесами поднос, усмехнулся комендант, а затем, немного помолчав, махнул рукой: — Ай, разливай, надо же отпраздновать успешное окончание работы имперской комиссии! Сразу видно, что у тебя секретарь не посторонний человек, а жена, вон как все организовала, — подхватывая на вилку тонко нарезанный ломтик полендвицы, тяжело вздохнул гость. — Мне от тебя и уходить не хочется, а ведь надо еще столько частей объехать, чтобы наконец закончить квартальную инспекцию!

— Ну так оставайтесь, — произнес Миробой, усмехнувшись. — У вас подчиненных хватает, я думаю, справятся и без председателя комиссии. Ну а супруга на месте секретаря… так она сама захотела. Не желает дома сидеть, вот и напросилась, а мне удобно.

— Да? — неожиданно ехидно произнес Артем Романович, поднимая бровь. — Меня, оказывается, ввели в заблуждение. — Он покачал головой. — Рассказывали о молоденькой секретарше, предпочитавшей вместо выданного родиной обмундирования носить гражданскую форму с акцентом на короткие юбчонки, платьица и глубокие вырезы.

— Кто из нас без греха? — пожал плечами Миробой.

— Таких нет, — согласился комендант. — Только ты попался и очень об этом пожалел.

— От вас ничего не утаишь, — не меняясь в лице, произнес Миробой и удовлетворенно подумал: «Отлично, значит, эта трактовка событий не вызвала никаких подозрений у соглядатаев коменданта и никто не будет искать некогда аппетитное тело бывшего агента ордена Горана. Благо Феофан не написал донос жандармам».

— Что там, кстати, по моему личному заданию? — через некоторое время спросил комендант. — С богатырем сблизился? Что можешь сказать о его мальчишке?

— С богатырем налажен тесный контакт, — произнес подобравшийся мужчина. — В данный момент для продолжения знакомства заключил с ним контракт на обучение, так что видимся довольно часто.

— Умно, — признал Артем Романович. — Надеюсь, ты не один с ним занимаешься?

— Не один, — признал Миробой. — Супруга и два моих зама тоже выкладываются по полной. Остальным пока на наш уровень надо выйти, потом буду смотреть.

— Это хорошо, — довольно произнес комендант, который в перспективе надеялся стать сильнее на четырех лояльных воинов ранга «богатырь». — Учитесь, пока есть возможность. Ведь свободный человек такого ранга, обучающий за презренные деньги, в наше время большая редкость.

— Вот это-то и странно, — произнес Миробой задумчиво. — Он не может быть ничьим.

— Лучше не лезь в это, — предостерег Артем Романович. — Не спугни его.

— И не думал, — признался мужчина. — Мне хватает того, что он обучает меня и моих людей. На остальное плевать.

— Правильная позиция, воины такого ранга обычно заляпаны в крови и не склонны к сантиментам. Нездоровый интерес может быть расценен превратно, — произнес комендант. — А что с мальчишкой?

— Мальчишка для своего возраста очень силен, — задумчиво произнес полковник. — Скорость, реакция и глубина использования «шики-чо» на уровне боевира, если не выше. Думаю, в перспективе он богатырь.

— Ты уверен? — удовлетворенно прищурился комендант.

«Если уж и Миробой, и Леонид Викторович говорят одно и то же, вероятно, это действительно так».

— Да, — без сомнений ответил полковник, наливая очередную рюмку. — Иван уже сейчас сильнее большинства моих солдат и молодых офицеров.

— И молодых офицеров? Даже так? Это очень хорошо… — протянул Артем Романович и через некоторое время добавил: — В таком случае со своими новыми друзьями веди себя следующим образом…

Закончив инспекцию росписью в специальном журнале проверок, комендант пожал Миробою руку и тихо произнес:

— Я на тебя рассчитываю.



— Всем привет! — поздоровался я, присаживаясь за стол к уставившимся в телевизор мальчишкам.

Среди филиалов имперской школы наконец-то начались предметные соревнования, которые, как мне и было обещано, транслировались по местным телеканалам на всю страну. Передачи показывали после обеда, поэтому большинство учеников сразу после уроков оккупировали близлежащие забегаловки и с интересом следили за успехами ребят из своей школы.

— Угощайся, сейчас еще принесут, — произнес после ответных приветствий Годимир, указывая на одинокий кусок ароматно пахнущей пиццы.

«М-м-м! Сырная! Вкуснятина!» — вгрызаясь в угощение, подумал, я и, прожевав первый кусок, произнес:

— Ну как тут?

— Пятьдесят на пятьдесят, — ответил Константин, пододвигая мне стакан с соком. — К сожалению, половина наших уже выбыла, ну а вторая каким-то чудом еще держится.


— Как половина? — удивился я. — С начала турнира прошел всего час! Как могла отсеяться половина?!

— А вот так, — взял слово Илья. — Не забывай, что младшие классы как менее интересные идут первыми.

— К тому же уже прошло два этапа, — добавил Огнеяр. — После первого наши держались вполне достойно, да и вообще среди пятых классов выбыло не так много человек, но вторым этапом неожиданно поставили «десяточку», и все завалились.

— Что еще за «десяточка»? — закончив с очередным куском пиццы, спросил я, недоуменно нахмурив брови. Такого названия мне еще не попадалось.

— Вон, смотри. — Годимир указал на телевизор. — Как раз показывают нарезку с лучшими моментами второго этапа.

«А, почти как „Слабое звено“!» — понял я, наблюдая за красующимся в пафосной позе молодым ведущим, который по очереди задавал вопросы стоящим в круге ученикам.

Смысл «десяточки» заключался в том, что всем десяти участникам задавали по десять вопросов, на каждый из которых они должны были дать правильный и, главное, полный ответ в течение десяти секунд. Сбился, замялся, разволновался или не успел завершить мысль — значит, не получишь заслуженный бал.

Еще одной сложностью этого этапа являлось то, что участник до конца раунда так и не знал, засчитали ли ему ответ на тот или иной вопрос. А набравший менее восьми баллов ученик выбывал из турнира.

«И это только областной этап соревнований», — слушая ответы на наиболее сложные вопросы, покачал я головой.

— А из наших одноклассников кто-нибудь остался? — спросил, заметив на экране одного из отличников «А» класса.

— Красноголовка ваша и Дарья Русалова, — усмехнулся Константин. — А из наших Юрий Ритулов и Сергей Беспалов.

— Будем надеяться, что они пройдут дальше, — произнес я, желая ребятам удачи.

— Кстати, а ты почему задержался? — спросил Годимир. — Опять личная тренировка с Леонидом Викторовичем?

Я непроизвольно потер ноющую руку и кивнул. Что-то в последнее время тренер уделял мне очень много внимания.

К нашему столу подошла молодая официантка и поставила тарелки сразу с двумя большими пиццами.

— Вы что, вообще на обед не ходили? — спросил я, глядя, как с удовольствием товарищи накинулись на еду.

— Конечно, — недоуменно ответил Годимир. — А какой смысл сытыми идти в кафе?

«Какие же они все-таки дети, — мысленно улыбнулся я. — Действительно, какой смысл есть вкусную, но привычную пищу в школьной столовой, когда можно уютно устроиться в кафе и под вкусную пиццу следить за областным турниром имперской школы, так же намного интереснее!»

Кстати, находились мы в небольшом уютном заведении, отличающемся от таких же кафешек, расположенных рядом, лишь невероятно вкусной пиццей на тонкой основе. Здесь можно было встретить представителей любого сословия и социального положения. За соседними столиками располагались молодые мамы с детьми, ученики имперской школы, свободные охотники и представители офисного планктона.

Несомненным плюсом заведения, несмотря на некоторую удаленность от школы, являлись огромные телевизоры, на экранах которых удобно было наблюдать спортивные и иные события. Думаю, по вечерам тут собирались целые толпы любителей пива.

Шел четвертый этап соревнований, когда к нашему столу подошло два шатающихся, смутно знакомых тела.

— Ого! Какие люди! — произнес один из парней, перекрывая нам вид на отвечающего на вопрос Юрия Ритулова.

— Я же говорил, что это он, — несмотря на наши возмущенные окрики, произнес второй парень, не двигаясь с места.

— Кто? — тут же уточнил первый.

— Ну он! — выделил второй интонацией.

— Где охрана? — возмутился Сергей, приподнимаясь с места и оглядываясь по сторонам.

— А-а-а! Он! — пьяно протянул первый и, схватив сидящего с края стола Константина за рукав, наклонившись, произнес: — Ты че, охренел?!

Тычок разъяренного мальчишки в кадык недоброжелателя заставил того отпустить рукав и схватиться за горло, а последовавший удар в пах вырубил наглеца.

Второй парень получил удар в подбородок от меня и так же без сил рухнул на пол.

— Вообще обнаглели, — зашипел Константин, глядя на подбежавшего охранника. — Что за безобразие?

Оперативно подошедший администратор принес искренние извинения за инцидент и, сориентировавшись в ситуации, объявил, что наш заказ оплачивается за счет заведения и что мы можем ни в чем себе не отказывать.

— Кстати, кто это был? — спросил Сергей у Константина.

— Да я их впервые вижу, — недоуменно пожал плечами мальчишка. — Вообще без понятия.

— А я, кажется, их помню, — вдруг сказал задумчивый Годимир и, посмотрев на меня, произнес: — Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

— Точно! — тут же вспомнил я тех неандертальцев, что на наших глазах подкапывались к деду Тарасу.

— Так это ваши знакомые? — вытаращился Костя. — Что же они на меня наехали?!

— Ну как знакомые… — произнес Годимир и кратко поведал о произошедшем на рынке несколько месяцев назад, предварительно напомнив всем, что это секрет.