Одинокий властелин желает познакомиться

Поделилась сомнениями с Катькой.

— А санэпидемслужбу тебе тут не поискать?! — психанула врагиня, уперев кулаки в бока. — Строишь тут в поте лица, и никакой благодарности! Есть пошли. Где продукты? Или будем глодать дубины?

Я жестом показала на разложенные на поляне лопухи. Волкова долго на них смотрела.

— А мяса не будет? — печально спросила она.

— Лучше начать с растительности. Если ее переживем, то можно будет расширить рацион, — предложила я со вздохом и направилась к провианту.

Кто не успел, тот опоздал.

Первое время у нас была вегетарианская диета. У меня еще пару раз появлялась аллергия самых разных цветов. Особенно я переживала из-за сиреневых пятнышек. А вот Волкова прекрасно переносила местную еду. В такие моменты моя ненависть к этой живучей гадине возрастала в разы.

Но пришлось смириться. Врагиня, к моему удивлению, довольно неплохо построила шалаш и оперативно его ремонтировала. Поэтому разумно было отложить месть до того момента, когда мы вернемся домой.

Безусловно, спали мы в нашем импровизированном жилище, не заблуждаясь, что тот мог нас защитить от хищников, но крыша над головой грела душу. А сердце при каждом шорохе падало в пятки.

— Ты уверена, что эти дубинки нас спасут? — спросила Катька.

Она лежала в шалаше спиной ко мне, в обнимку со своим оружием, как и я.

— Это самые крупные ветки, которые я только смогла найти, обшарив здесь все.

— Но я не чувствую себя с ними в безопасности, — проныла врагиня.

— Ты сейчас издеваешься? — недоверчиво переспросила я. — Да я в нашем мире не всегда чувствую себя в безопасности, а ты мне сейчас поешь про этот. Тут куда ни глянь, везде засада. Я молчу про то, что у меня еще не сошла с тела голубая сыпь.

— Снова ты про нее, — вздохнула Катька.

— Я сейчас прокляну тебя, если ты не заткнешься, — сквозь зубы процедила я.

— Если мы всю ночь от страха не будем спать, то завтра ты даже языком ворочать не сможешь.

— Да что б я заснула в такой обстановке?





* * *


И тем не менее мы обе уснули.

— Что делать? — проныла Катька. — Нам нужно как-то спать и одновременно с этим защищать себя.

— Вот не надо! Спать у нас прекрасно получается, — заметила я. — Осталось разобраться с защитой.

Но идей, как это сделать, не было ни одной.

— А что, если нам отправиться дальше, — с воодушевлением посмотрела на меня Волкова.

— Дальше? — не поняла я.

— Ну, да. Поискать…

— Приключения на свои нижние девяносто? — перебила я врагиню.

— Что ж ты вечно такая пессимистка, — фыркнула она.

— Я реалистка. Когда мы были на дереве, я осмотрелась. Во все стороны до горизонта растянулся лес, не считая редких полянок. Даже если за ним и найдутся люди, я совсем не уверена, что хочу знакомиться. Дело может плохо закончиться.

— Ты думаешь, на тебя кто-то позарится? — вскинула брови Волкова. — Да ты со своим карате — сила массового поражения!

Замечание было явно с подтекстом.

— Да, я вообще часто думаю, а ты походу брезгуешь этим занятием. Помимо «позариться», тебя могут убить, съесть, пытать и много чего другого, на что хватит извращенной фантазии этого мира. И это все при условии, что ты не встретишь по дороге местного хищника. Тогда тебя съедят еще быстрее, но не факт, что гуманнее. А если ты считаешь, что защищена от этих опасностей, так я не мешаю, вперед и с песней на поиски.

— Тебя послушаешь, ты начинаешь пугать больше, чем извращенная фантазия этого мира, — покачала головой Катька.

— Ну так отправляйся! — съязвила я в ответ.

— Юля, ты ведь понимаешь, что жить так, как мы сейчас существуем, это не выход? — спросила мне вдогонку врагиня, пока я направлялась к реке.


— Смотрю, нас за одну ночь не съели и ты уже обрадовалась? Ты выживи и приспособься сначала, а потом философствовать начнешь.





* * *


Хрум, хрум, хрум…

Не знаю, почему добычу пищи возложили на меня. Может потому, что я не возвращаюсь домой с пустыми руками? Или потому, что Волкова все еще не отошла после того раза, когда я пыталась разжечь костер и едва не спалила наш шалаш. А может, Марс с Венерой были в нужном положении и мне «свезло». Есть еще вариант: Волкова надеется, что я заблужусь в лесу и она сможет от меня избавиться. Ха! Я тут везде по кругу опознавательные знаки для себя развесила.

В любом случае, в итоге я кралась через лес, стараясь вспомнить, где расставила силки. Вот разве я виновата, что все деревья и растительность в этом мире выглядят для меня примерно одинаково? Да и двигаться бесшумно не получалось, как ни старалась.

Взгляд зацепился за разноцветную шкурку, и я с облегчением выдохнула. Зверек попался. Видимо, навыки, полученные в подростковом возрасте, еще не все забыты. Есть!

— Я это сделала! — завопила, прибежав на наш обустроенный пятачок около реки.

Счастью моему не было предела. В этот раз помимо ягод и некоторых плодов я принесла мясо! Причем тушка немаленькая!

— Ты с объёмами поосторожнее, холодильник мы еще не изобрели, — не оценила моих подвигов Волкова.

Вот же гадина. Я тут старалась, а она…

— И что теперь делать с этим телом? — нерешительно замерла я над мёртвым зверьком.

Его, конечно, жалко, но в сложившейся ситуации либо мы, либо он. И, несмотря на ужасы моей новой жизни, есть хотелось просто жуть.

— У тебя в этом мире последние мозги потерялись? — возникла рядом со мной Катька.

Посмотрев на врагиню, я сразу представила ее на месте мертвого зверька. Только она скорее не млекопитающее, а пресмыкающееся. Вот ведь змея!

— Да не вопрос. Раз такая умная, разбирайся с тушкой сама, а я приготовлю.

— Это потом можно будет есть? — с сомнением посмотрела на меня Волкова.

— Ты мясо подготовь, а остальное не твоего ума дело, — хмыкнула я.

— Все будет в лучшем виде. Я сначала хотела быть хирургом, пока не перевелась. Работу сделаю профессионально.

Я с сомнением покосилась на врагиню, а та отправилась к своей сумочке. Там топор у нее, что ли, припрятан? Но Катька вытащила свой маникюрный набор и под моим шокированным взглядом отправилась к зверюхе.

Вы пробовали свежевать тушку пилочкой для ногтей и ножницами? Страшное зрелище! Спрятавшись за дерево, чтобы меня не забросало результатами труда одной сумасшедшей, я вспомнила ее заявление о том, что она могла стать хирургом. Мамочки! Как страшно жить-то!

Несмотря на пережитые страсти, есть все равно хотелось. Может, сказывалась толстокожесть медиков. Мясо на костре пахло очень вкусно и муки совести быстро отошли на второй план.

Но ясно было одно — очень не хватает соли. Просто очень.





* * *


— Исаева, как человека тебя прошу, не надо!

— Волкова, взгляни правде в глаза. У тебя рана, медикаментов нет. Я, конечно, врач, но не могу лечить словом. А тут листик, похожий на подорожник. Я еще могу плюнуть на него…

— Вот не надо этого, не надо! У тебя слюна ядовитая, — отшатнулась от меня врагиня.

— Еще раз так скажешь, я тебе могу еще и фингал добавить, — рыкнула я и, глубоко вздохнув, продолжила: — Слушай, есть, конечно, еще способ, но тебе он понравится еще меньше. Животные лечатся таким образом…

— Все, я поняла! — вскинула руки Катька. — Пойду промою рану и буду ходить с твоим псевдоподорожником. Но если я умру, ты останешься в этом мире одна-одинешенька!

Как же не хватает лекарств. А еще туалетной бумаги. Я бы занялась изобретательством и внедрением новых технологий в этот ужасный мир, но… Интернета-то нет! Как жить дальше?

Один день мучительно сменял другой и мысли о нормальной пище, кровати и ванне сводили меня с ума. Несмотря на некоторые опасения, я начала молить о дожде. А еще через пару дней на небе сгустились тучи.

— Вот зачем накаркала? — рыкнула на меня Катька.

— Ты хоть знаешь, как от меня воняет? Да на Земле бомжи лучше выглядят и пахнут!

Это мучило безумно.