Один дар на двоих

– Рад, что вы пошли на поправку! – Кирилл протянул Филу ладонь, и тот пожал ее в ответ. – А у меня к вам есть парочка вопросов.

Он сел на свободный стул и обвел нас взглядом. Высокий, статный, примерно одного возраста с директором. Такой же самоуверенный и явно помешанный на работе. Мелькнула мысль, что они с боссом могли бы подружиться. Стоит только немного помочь.

Вначале Кирилл Сергеевич расспрашивал о возможных конфликтах директора с системным администратором и что-то помечал в блокноте. Качал головой, опять что-то помечал. И так примерно час. Затем переключился на меня.

– Ани, а ты замечала что-нибудь необычное? – Отрицательно покачала головой, ничего не припомнив. – Подумай хорошенько.

Я вспомнила все моменты, когда мы пересекались по работе.

– Он вел себя, как обычно. Шутил, ухаживал за девушками.

Сразу вспомнилась Майка. Повезло Столяровой, что ее избранник – не безумный маньяк.

– А Константин говорил, что его отец раньше работал в этой компании? – забросил удочку Кирилл.

Фил сразу насторожился.

Конечно же, босс не знал, он ведь только с сентября прошлого года у руля. Теперь ясно, почему сисадмин сердит на директора. Но непонятно, почему не на предыдущего. Это ведь тот уволил его отца. И было за что. Кирилл все раскопал.

Едва остались одни, босс пристал с вопросами, кто такой Кирилл. Требовал немедленных и подробных объяснений. Его, видите ли, смутил взгляд, с которым полицейский смотрел на меня.

Специально чтобы помучить Фила, спустилась в холл за кофе. И только вернувшись, решила объясниться:

– Я спасла его. Кириллу тоже оставалось тридцать минут.

Проследила за реакцией Фила. Напряженный лоб, нахмуренные брови… Мой ответ ему не понравился, но против дара бессмысленно выступать. Босс так забавно ревновал, что я не знала, как его утешить, чтобы не расхохотаться.





* * *


Все последующие дни Фил не отпускал меня ни на шаг. А если я ненадолго уходила домой, звонил каждые десять минут. На работу принципиально запретил ездить, потому как он директор и я обязана ему подчиняться.

– Твоя работа заключается в моем излечении, поэтому останься, – заявлял Фил каждое утро.

Я была не против, но от запаха медикаментов и больницы меня уже тошнило. Хотелось поскорей вернуться в свою квартиру и выспаться в собственной кровати. Состояние Фила постепенно улучшалось, ему даже разрешили спокойные прогулки.

Наконец настал день выписки. Фил никому из коллег не сказал, что уходит, поэтому мы спокойно вызвали такси и вернулись в мою старенькую пятиэтажку. Мама была в курсе происходящего, встретила нас с распростертыми объятиями и… проводила в зал.

А там Родион с Майкой. Ждут, волнуются.

– Только не вздумай с понедельника выходить на работу! – предупредил Родион Степанович, но босс уперся как баран и ничего не хотел слышать.

– Столярова, усмири своего жениха, – рассердился Фил, на что Майка надменно возразила:

– Не Столярова, а Абрамова. Прошу не путать.

Я ахнула.

– Ребята, вы что расписались?

Молодожены самодовольно кивнули и обнялись. Мы растерянно переглянулись с Филом, совершенно позабыв, о чем, собственно, спорили.

Вечером Фил ненадолго уехал к себе, а я осталась ждать его дома. Не хотела оставлять любимого ни на минуту, но мама попросила помочь. Сразу поняла, что ей просто хочется посекретничать. В последнее время мы отдалились друг от друга, но лишь только потому, что у меня наконец-то появилась личная жизнь.

– Ты любишь Филиппа? – без лишних предисловий поинтересовалась мама, усаживая меня на диван в зале и пристраиваясь рядом.

– Жить без него не могу, – призналась я.

– Он тоже тебя любит, – заверила мама. – Мне говорил, и по глазам вижу. Филипп уже сделал тебе предложение?

Мои щеки запылали ярким румянцем.

– Сделал.

И почему я смущаюсь? Это ведь моя любимая мама, а не посторонний человек, перед которым предстоит обнажить душу.

– А заявление подали? – деловым тоном уточнила мама.

– Еще нет. Планировали сделать это в начале следующей недели, – сказала я, снова испытывая неловкость.


Обрадовавшись, мама кинулась давать советы. Какой день для регистрации лучше выбрать. Какой букет заказать. Какое платье купить.

– Филипп купит себе все сам, а тебе позволь помочь, – умоляющим голосом попросила мама.

Я не возражала, Фил тоже. Вечером рассказала ему о маленькой просьбе будущей тещи насчет помощи в организации торжества.

– Обеими руками за, – согласился босс, обнимая меня за плечи.

Выдохнула, потому что боялась, что Фил заупрямится.

Босс внезапно нахмурился и помрачнел.

– Вчера позвонил сестре. Она не приедет на свадьбу, – добавил он, еще больше мрачнея.

Сейчас Фил выглядел как маленький обиженный ребенок, а не как взрослый мужчина. Я не могла подобрать слова утешения, чтобы смягчить обиду, нанесенную единственной живой родственницей. Погладила босса по руке, пытаясь успокоить.

– И как объяснила отказ?

– Занятостью, – пожал плечами Фил. – Я тоже занятой человек, но выкроил бы время приехать. Скорее всего, сестра меня так и не простила. Ведь мать заболела после моего рождения. Одно время я тоже чувствовал себя виноватым.

– Обида – не повод проигнорировать похороны отца, – заметила я и попросила дать сестре еще времени. Когда-нибудь она непременно захочет увидеться с братом.





* * *


В понедельник утром мы оба были на работе. Я, полная сил и энергии, и Фил, исхудавший и осунувшийся после болезни. Коллеги поздравили босса с выздоровлением, а Родион посоветовал тщательней следить за здоровьем. Намекнул, что теперь у Фила есть человек, который будет о нем заботиться.

Выходя из кабинета директора, я заметила в уголке Киру. После слез и стенаний Фил дал ей второй шанс, а она пообещала больше не бросаться на директора с поцелуями. Взгляд у Смирновой был такой грустный, что во мне проснулась элементарная человеческая жалость. В конце концов, Кира не виновата, что влюбилась в этого эффектного мужчину. Кто, скажите, из сотрудниц не был в него влюблен?

Видимо, пришло время с ней подружиться.

Во время обеда, вместо того чтобы спуститься в столовую, я зашла к Кире в кабинет. Смирнова в одиночестве пила чай.

– Пришла надо мной поглумиться? – огрызнулась Кира, но в ее словах я не заметила злости.

Я положила на стол коробку шоколадных конфет, наслаждаясь произведенным эффектом.

– Совсем нет. Просто хотела чай попить.

– Пей, кто тебе мешает, – Смирнова равнодушно пожала плечами.

– С тобой попить, – уточнила я, даже не сомневаясь, что Кира и с первого раза все прекрасно поняла.

Смирнова подала чистую кружку и пачку чая. Несколько минут мы просто наслаждались вкусным чаем с конфетами, а затем Кира призналась:

– Я не злюсь, что Филипп выбрал тебя. Просто ты настолько добрая и понимающая, что зубы сводит от сладости. Но, возможно, директору нужна именно такая. Наивная дурочка, не знающая жизни. Извини, что так открыто говорю.

Я была возмущена ее словами, но сдержалась. Вовсе я не наивная дурочка. До обретения дара, не спорю, была такой, но с тех пор много воды утекло, и я очень изменилась.

В тот день мы с Кирой впервые поговорили. Пусть не по душам, но спокойно и без ненависти.

После подачи заявления моя жизнь превратилась в череду постоянных забот и волнений. Одна покупка свадебного платья чего стоила. Первая неделя выдалась особенно насыщенной. Мама взвалила на свои плечи основной груз забот, но и нам с Филом досталось.

Частенько босс, вместо того чтобы просиживать до позднего вечера на совещаниях, срывался с обеда и заезжал за мной уже в конце рабочего дня. За главного оставался Родион, что не могло радовать Майку.

После замужества подруга стала особенно меркантильной и с воодушевлением руководила ремонтом семейного гнездышка.

– А вы, случаем, не собираетесь завести малыша? – поинтересовалась я, когда Майка в очередной раз принялась расписывать, в какую нежную детскую переделали бывшую спальню.

– Работаем над этим, – беззаботно ответила подруга, словно речь шла о заведении хомячка. – Родион уже не мальчик и очень хочет детей. Фил, думаю, тоже.

О том, что Фил безумно хочет ребенка, я узнала совсем недавно. Как-то вечером смотрели телевизор, и вдруг Фил расчувствовался и признался, что всегда хотел сына. А сейчас – в особенности.

– Фил тоже хочет, – кивнула, не зная, что еще ответить Майке.

– Так работайте над этим! – рассмеялась подруга. – Знаешь, Ани, я такая счастливая! Только представлю, что несколько месяцев назад была одинокой и нелюбимой, и страшно становится. Ведь только благодаря тебе я нашла свое счастье.

Я попыталась отнекиваться, но Майку было не переубедить. Твердо уверена, что благодаря общению со мной к ней прилепилась удача.

Но ведь и мне повезло познакомиться с таким замечательным мужчиной. С Майкиной, между прочим, подачи. Получается, благодаря дружбе нам обеим удалось кардинально изменить свою жизнь.