Обрыв

Усмехнулся уголком порочных губ.

— Я не просто тебя замечаю. Я тебя чувствую. Что? Так сильно хочется поехать с Кариной самой, поэтому решила применить запрещенные приемчики?

Говорит шутливо, но я все еще вижу этот холодный блеск в его глазах. Наверное, злится, что я вынуждаю его разрешить мне. Злится, что не согласна подождать и поехать с ним.

— Нет, я соскучилась. Очень. И я хотела… тебя.

Наклонилась, чтобы поцеловать, но Максим отошел к окну, поправляя рубашку и заправляя ее в штаны, застегивая ремень. Легкий укол разочарования. Деспот. Все хочет контролировать.

— Пожалуйста, Максим. Я никуда не денусь. Я буду там с ней у всех на виду. Что в этом такого?

— Мы могли поехать вместе. Но позже.

— Я… я думала, может, вечером съездим к Тае вдвоем?

Метнул на меня взгляд. Пронзительный, но непонятный мне своим выражением.

— Если ты настолько хочешь уехать сама, что даже сделала мне столь роскошный подарок, как я могу отказать женщине.

— Твоей женщине, — я ощутила привкус победы и улыбнулась.

— Моей женщине.

— Так ты меня отпустишь?

Прищурился и опустошил свой бокал до дна.

— Запомни, Дарина — я никогда тебя не отпущу. Даже если для тебя это будет выглядеть иначе. Свободу ты получишь только в трех случаях.

Подошел ко мне и провел рукой по моей щеке, лаская скулу большим пальцем и заставляя меня изнемогать от этой ласки.

— Первый — это если я сдох.

Поправил прядь волос за мочку уха.

— Второй — это если я тебя разлюбил.

Где-то внутри больно кольнуло… словно он допускал, что может разлюбить меня… Я уже этой мысли допустить не могла.

— И третий, если мертвой будешь ты.

— Но ведь этого не случится? — тихо спросила я.

А он поправил мою блузку и застегнул пуговицы одну за другой.

— Чего именно ты боишься больше всего?

— Первого… — не задумываясь ответила я.

Усмехнулся, но как-то отчужденно и холодно, меня как будто обдало легкой морозной волной.

— Мне кажется, что второе и третье намного страшнее.

И поцеловал меня в лоб.

— Иди… пообщайся с Кариной, раз ты так сильно этого хочешь.





ГЛАВА 6. Дарина




На самом деле человек по-настоящему счастлив только тогда, когда он меньше всего обращает внимание на время и когда его не подгоняет страх. И все-таки, даже если тебя подгоняет страх, можно смеяться. А что же еще остается делать?

(с) Ремарк



Я надеялась, что эта встреча последняя, что на этом ложь будет окончена и позже я смогу рассказать Максиму правду. На душе повис тяжелейший камень и давил мне на сердце. Мы встретились с Кариной в кафе в центре города.


Она показалась мне повзрослевшей за какие-то считанные месяцы, вдруг стала такой серьезной, красивой, и в глазах появился блеск. Такой обычно появляется у влюбленных или у сумасшедших. Мне кажется, мои глаза точно такие же.

— Я влюбилась, Даринкааа, я влюбилась.

Я рассеянно ей улыбнулась, оглядываясь по сторонам.

— В кого?

— Это… это пока секрет. И мы скоро увидимся.

Я посмотрела на девушку и отпила свой апельсиновый сок.

— А вы что еще не виделись?

— Не спрашивай… это покажется бредом… но мы не виделись. Мы переписывались много месяцев.

— Я думаю, что мне это бредом не покажется.

"Я в туалете, жду тебя там. Времени мало". — смска заставила вздрогнуть и сдавить сотовый.

Выдохнула. Как он проскользнул мимо меня? Или пришел раньше и ждал все время?

— Я в туалет. Прости. У меня последнее время ужасное несварение желудка. После этой аварии все наперекосяк. Вернусь, и расскажешь мне про своего загадочного любимого по переписке.

Карина кивнула и увлеченно уткнулась в сотовый. Наверное, с этим парнем переписывается. Ничего, скоро все это закончится, и тогда я уделю ей внимание. Всем уделю и выдохну наконец-то. Спокойным шагом пошла в уборную, посматривая на охрану, стоящую у входа в кафе, и еще одного типа у барной стойки. Максим обещал, что не будет так настойчиво следить, но ничего не изменилось. Они буквально сидели у меня на голове. Толкнула дверцу и вошла в туалет. Меня тут же сгребли в охапку и прижали к стене. Почувствовала чей-то рот на своих губах. Хотела дернуться, но Дима прошептал мне в губы.

— Не дергайся. Так не видно ни моего, ни твоего лица. Флэшка?

Я сунула ему в ладонь.

— Возьми и подавись.

— Вкуснее давиться твоим язычком. — прикусил мою губу, беря меня за руку, потянул ее к своему паху.

— За ширинкой потайной карман. Расстегни и положи туда.

— А не пошел бы ты, — а он снова к моим губам.

— Я сказал, положи и можешь уходить.

Лихорадочно дернула молнию на его штанах, кривясь от отвращения, просунула туда пальцы, и Дима, сукин сын, демонстративно громко застонал и ткнулся в мою руку своим членом.

— Урод. Оторву на хрен.

— Не оторвала ж. Умница. С тобой свяжутся позже.

— Что значит свяжутся?

— То и значит. Все. Давай. Уходи и хвост свой уводи. А вообще жаль, что все так… я о тебе каждую ночь думаю.

— А я о тебе — представляю, как ты сдохнешь, когда он узнает.

— О чем? О том, что ты лезла мне в ширинку?

— Ублюдок.

— Давай иди. Здесь не так уж приятно торчать.

Меня трясло от какого-то отвратительного чувства, что что-то не так во всем этом. Что-то происходит, и я не понимаю, что именно. Вышла из туалета, поправляя волосы, и села обратно за стол.

— Ты очень бледная, что-то случилось?

— Ннннет. Плохо себя почувствовала, но это ерунда. Иногда голова и желудок болят.

Улыбнулась Карине, потом посмотрела на свой сотовый.

— Чееерт, совсем забыла, мы с Максимом хотели забрать Таю и поехать с ней в парк. Прости, Кариш, прости. Я такая рассеянная. Фаина говорит, что это последствия.

Карина совершенно не обиделась, она была поглощена своим собеседником в смартфоне.

— Ничего страшного… я обязательно расскажу тебе после встречи.

И мне стало стыдно, что я даже интерес не проявила. Бросила взгляд на туалет и решила, что ублюдку не помешает постоять возле унитаза еще немного.

— Покажи мне своего красавца.