Новолуние

— Белла, постарайся заснуть, — нахмурился Эдвард.

— Нет, хочу еще один поцелуй!

— Похоже, ты переоцениваешь мои волевые качества.

— Что соблазнительнее: мое тело или моя кровь?

— Пожалуй, одинаково. — Усмехнувшись, он мгновенно посерьезнел. — Слушай, может, перестанешь испытывать судьбу и попытаешься заснуть?

— Договорились, — кивнула я, покрепче к нему прижимаясь. Сил в самом деле почти не осталось. Во многих отношениях день получился трудным, но, как ни странно, облегчения я не испытывала. Казалось, завтра будет еще хуже. Конечно, глупо: что может быть хуже, чем сегодня? Наверное, так с некоторым опозданием проявляется шок.

Я украдкой коснулась рукой плеча Каллена, чтобы прохладная кожа успокоила пылающий под повязкой пожар. М-м-м, сразу полегчало.

Уже засыпая, я наконец сообразила, о чем напомнил поцелуй. Весной, когда пришлось разделиться, чтобы сбить со следа Джеймса, Эдвард поцеловал меня, не зная, увидит ли снова. Его губы казались горько-сладкими, как и сегодня… Но почему, где связь? Содрогаясь, будто в предвкушении кошмара, я провалилась в забытье.





Глава третья

Конец




Наутро я чувствовала себя просто ужасно. Естественно, не выспалась, рука пылала, голова раскалывалась. Еще хуже стало после того, как Эдвард, чмокнув меня в лоб, выскользнул в окно. Наверное, пока я спала, взвешивал свои «за» и «против»… От страха и волнения голова загудела еще сильнее.

Каллен, как всегда, ждал у школы. Лицо по-прежнему чужое, а глаза скрывали тайну, которую я не могла разгадать. Про вчерашнее говорить не хотелось, но вдруг, умолчав о своих тревогах, сделаю еще хуже?

Эдвард открыл дверцу пикапа:

— Как себя чувствуешь?

— Отлично, — соврала я и поморщилась: грохот захлопнувшейся дверцы безжалостно терзал уши.

Мы молча шли к школе: чтобы не обогнать меня, Каллену приходилось делать шаги в два раза короче обычных. Накопилась масса вопросов, однако большую часть придется задать позднее, потому что они предназначаются Элис. Как Джаспер вел себя утром? О чем они говорили после того, как Эдвард меня увез? Как держалась Розали? И самое главное: что показывают ее странные, порой обманчивые видения? Известно, почему брат погрузился в апатию? Есть ли причина у безотчетного страха, от которого мне никак не удается избавиться?

Казалось, утро никогда не кончится. Страшно хотелось увидеть Элис, хотя я понимала, что при Эдварде с ней поболтать не удастся. Он вел себя как чужой, лишь время от времени спрашивал, как рука.

На ленч подруга всегда приходила одной из первых: она ведь не такая копуша, как я! Но сегодня столик пустовал: ни Элис, ни подноса с едой, к которой она не притрагивалась.

Эдвард ее отсутствие никак не объяснил. Я решила было: ее класс задержали, однако тут увидела Коннера и Бена, у которых четвертым уроком тоже стоял французский.

— Где Элис? — с тревогой спросила я Каллена.

Золотистые глаза сосредоточились на батончике мюсли, который он крошил пальцами.

— С Джаспером.

— С ним все в порядке?

— Некоторое время будет отсутствовать.

— Что? Куда направился Джаспер?

— Да так…

— И Элис, значит, тоже, — с безысходностью прошептала я.

— Да, сестра на время отлучилась. Убедила Джаспера поехать в Денали.

В Денали жила еще одна необычная семья вампиров — дружелюбных «вегетарианцев», вроде Калленов. Таня и ее родственники — я то и дело о них слышала. Прошлой зимой, когда мое появление сделало Форкс небезопасным, Эдвард сам их навещал. Там же нашел пристанище Лоран — самый цивилизованный из спутников Джеймса, вместо того чтобы вместе с ним выступить против Карлайла. В общем, неудивительно, что Элис решила отвезти Джаспера в Денали.

Нервно сглотнув, я пыталась избавиться от образовавшегося в горле комка. Чувство вины сутулило плечи и не давало поднять глаза. Боже, из-за меня они сорвались с насиженного места! Я как чума, самая настоящая чума…

— Рука болит? — заботливо спросил Каллен.

— Кого волнует чертова рука? — раздраженно пробормотала я.

Он не ответил, и я закрыла лицо руками.

К концу дня молчание стало просто нелепым. Нарушать его не хотелось, но, похоже, выбора не было, если, конечно, я рассчитываю продолжить общение с Эдвардом.


— Приедешь вечером? — поинтересовалась я, когда он молча провожал меня до пикапа.

— Вечером?

Хорошо хоть удивился!

— Я же работаю! Мы с миссис Ньютон поменялись сменами, чтобы освободить вчерашний день.

— Ах да… — пробормотал Эдвард.

— Так приедешь, когда я вернусь домой? — Я очень боялась, что нет.

— Если хочешь.

— Конечно, хочу, как всегда! — напомнила я, пожалуй, даже с чрезмерным пылом.

Надеялась, он засмеется, улыбнется… хоть как-то отреагирует.

— Ну, тогда ладно, — равнодушно проговорил Каллен, чмокнул в щеку, захлопнул дверцу и грациозно, как танцор, зашагал к своему «вольво».

Отчаянно борясь с паникой, я выехала со стоянки.

Время, Эдварду просто нужно время. Может, он грустит, потому что семья разъезжается? Но ведь Элис с Джаспером скоро вернутся, и Эмметт с Розали тоже. Если нужно, близко не подойду к белому дому у реки, ноги моей там не будет. Это совсем не важно: с Элис мы будем в школе видеться. Она ведь вернется в школу, верно? Да и к нам домой постоянно заходит… Она же не разобьет сердце Чарли, неожиданно перестав навещать?!

По Карлайлу тоже скучать не придется: в операционную я попадаю с завидной регулярностью. Если разобраться, вчера вечером ничего страшного не произошло. Все в полном порядке… Подумаешь, упала! Со мной такое происходит сплошь и рядом. Пустяк по сравнению с тем, что случилось весной. Джеймс тогда высосал все силы, я чуть не умерла от кровопотери, и все-таки бесконечные недели в больнице Эдвард переносил куда лучше, чем нынешнюю ситуацию. Может, потому, что на этот раз пришлось бороться не с врагом, а со сводным братом?

А что, если мы уедем? Тогда его семья не будет распадаться… Как представила нашу совместную жизнь, на душе тотчас полегчало. Продержаться бы до конца учебного года — тогда и Чарли помешать не сможет. Поступим вместе в колледж… или притворимся, как сделали Эмметт и Розали. Эдвард подождет… Что для бессмертного год? Это и для меня недолго.

Почти спокойная, я заглушила двигатель и выбралась из пикапа. Майк Ньютон сегодня приехал первым и, увидев меня, помахал рукой. Взяв форменный жилет, я рассеянно кивнула: перед глазами до сих пор мелькали соблазнительные картинки жизни с Эдвардом в разных экзотических местах.

— Как день рождения? — прервал сладкие грезы Майк.

— Ну-у, — протянула я, — хорошо, что все позади.

Ньютон посмотрел на меня как на ненормальную.

Смена тянулась скучно и медленно. Страшно хотелось увидеть Эдварда. Боже, только бы он справился с тем, что его терзает! «Все в порядке, все в полном порядке, — словно мантру повторяла про себя я. — Все наладится».

Вечером, свернув к дому Чарли, я увидела серебристый «вольво». Волны облегчения накрыли с головой, даже неловко стало.

— Папа! Эдвард! — закричала я, открывая вход ную дверь. Из гостиной доносились характерные звуки спортивного канала.

— Мы здесь! — отозвался Чарли.

Повесив плащ, я поспешила на голос.

Эдвард — в кресле, отец — на диване, глаза обоих прикованы к телевизору. Для Чарли вполне обычно, а вот для Каллена…

— Привет! — неуверенно проговорила я.

— Привет, Белла! — даже не взглянув на меня, отозвался папа. — Мы только что перекусили холодной пиццей, по-моему, еще осталось.

— Угу… — Я остановилась у двери.

Наконец Эдвард обернулся: на губах вежливая улыбка.

— Сейчас приду, — пообещал он и снова приклеился к телевизору.

Не зная, на что решиться, я прождала целую минуту. Меня не замечали. Что-то подозрительно похожее на панику стальным обручем сжало грудь. Ладно, пойду на кухню.

Пицца меня не интересовала. Устроившись на любимом стуле, я подтянула колени к груди.

Случилось нечто ужасное, я чувствую это. Из гостиной доносился шум трибун и добродушное подшучивание комментатора.

Нужно успокоиться и взять себя в руки. «Какая самая страшная из всех бед?» — содрогаясь, думала я. Нет, вопрос неправильный. У меня от страха сбилось дыхание.

«Какая самая страшная из всех бед, что я смогу пережить?» Эта версия тоже не нравилась, хотя некоторые варианты ответов я уже обдумала.

Разрыв с Калленами. Элис, конечно, в этом участвовать не станет, но, не встречаясь с Джаспером, я и ее буду видеть реже. Ладно, это точно смогу пережить.

Отъезд. Вдруг Эдвард не захочет дожидаться окончания учебного года и уезжать придется сейчас?

Передо мной на столе подарки Чарли и Рене — там же, где я их оставила: фотоаппарат, который у Калленов я так и не опробовала, альбом… Я погладила декоративную обложку и вздохнула. Мама… Мы уже год живем порознь, но от этого смириться с полным разрывом ничуть не легче. А Чарли останется совсем один… Да, для папы с мамой это будет настоящий удар!