Неоновые росчерки

— Спасибо, — пробубнил Рындин.

Он заметно растерялся от той темы, к которой они так незаметно перешли.

— Одну минуту, — Стас вышел из допросной и заглянул в кабинет рядом с допросной, где перед прозрачной стороной зеркала Гезела сидели четверо полицейских.

— Парни, водка у кого-то найдётся? — спросил Корнилов.

Офицеры молча и недоуменно переглянулись.

Получив запрашиваемое, Стас разбавил напиток, равно на столько, чтобы он не терял свой вкус и запах, но при этом не вызывал опьянение.

— Вы чего, его спаивать будете? — наблюдая за манипуляциями Стаса, спросил майор Готов, начальник ОВД,

— Только слегка, — усмехнулся Стас.

Корнилов закончил разбавлять сорокаградусный напиток, прихватил рюмку и вернулся в допросную

Увидев в руках Стаса бутылку и призывно блеснувшую рюмку, Рындин нетерпеливо заёрзал.

— Ты уж прости, — с легкой издевкой бросил Стас, — у меня сегодня был трудный день… полный неприятных впечатлений.

С этими словами Стас опрокинул наполненную водой рюмку, делая вид, что допивает остаток водки.

Рындин ошарашенно вытаращился на подполковника и нервно сглотнул.

— Короче, — Стас начал изображать, что медленно, но заметно пьянеет. — Ты можешь объяснить почему пытался убежать от полиции и вырваться из оцепления? Конечно, нам пока тебя не за что арестовать. Но согласись торчать в КПЗ десять суток, когда можно было бы свалить через несколько часов, совсем разные вещи. А?

Рындин, судя по выражению его лица, был со Стасом согласен. Но ничего не сказал. Зато его взгляд то и дело метался от лица к Корнилова к бутылке и обратно.

Стас видел, что старику аж не терпится приложится к бутылке. Тем более, учитывая, что он испытал и испытывает сейчас. Именно сейчас желание такого закоренелого алкоголика, как Панкрат, избежать гнета неприятной реальности было особенно сильным и неудержимым.

— Ну, так это… — Панкрат нервно облизнул пересохшие губы, — испугался… мало ли…

Его глаза с вожделением таращились бутылку. На белках его глаз, с лопнувшими капиллярами, отражался призывный тусклый блеск бутылки с высокоградусным напитком.

Корнилов, понимал, что выбранный им способ влияния на Рындина довольно жесток, но мысленно он оправдывал это необходимостью результатов.

Маски должны быть остановлены, они не должны совершить больше ни одного убийства.

Ники несказанно повезло «поймать» воспоминания Панкрата и узнать, что именно он, по всей вероятности, является отцом убийц в неоновых масках. И Стас не собирался упускать возможность узнать имена подонков-садистов. А единственный человек, который мог назвать их имена и знать их местонахождения сидел перед ним и пожирал взглядом покачивающуюся в бутылке водку.

Конечно, сам он душу изливать не собирается. И потому Стасу нужно было его «подтолкнуть» к откровениям.

— Мало ли «что»? — Корнилов налил в рюмку разбавленную водку, но пить не стал.

— Ну, это… — Рындин больше никуда не смотрел, кроме как на гранённую рюмку, с губительной для печени и личности, жидкостью.

— Ну, нельзя мне было опять в ментовку! — с досадой выкрикнул Рындин и потянулся к рюмке.

— Не тянись — не для тебя, — Стас безжалостно отодвинул рюмку дальше.

И на лице Панкрата замерло разочарованно-обиженное выражение. Как у ребёнка, которому показали сладость и не дали.

— Начальник, — прохрипел Панкрат, снова шумно сглотнув. — Будь человеком!.. Мне очень надо! Просто труба!

— Сначала скажи, для кого были цветы и лампадка!

— Да шоб ты подавился! — рыкнул Панкрат. — Для моей жены! Для Тони! Для Тонечки!.. Ну! Всё?! Доволен?

мА чего с Тонечкой-то случилось? — прохладным тоном и показательной злой насмешкой спросил Стас.

К таким, как Рындин он испытывал не сочувствие, а лишь отдаленную жалость, но не более того.

— Да это… сама, дура, виновата… — Панкрат, не отрывая вожделеющего взгляда от рюмки, пренебрежительно отмахнулся. — В общем полезла на меня, ну я её и оттолкнул… а она возьми и ударься головой неудачно, и это… меня того… упекли…

— На сколько? — спросил Стас.

Панкрат быстро облизнул губы. Стас с отвращением заметил, как в уголках рта у старика появилась поблескивающая слюна, от плохо сдерживаемого желания залить в себя алкоголь.

— Чего? — непонимающе переспросил Панкрат.

— На сколько, говорю, тебя «упекли»? — спросил Стас.


— Так это… ну-у… — Панкрат почесал заросшую щетиной бороду. — На… на пять лет…

— На пять лет? — вскинул брови Стас. — За убийство?

— Так у меня же это… ну… не пред… как там было?

— Непреднамеренное? — с усмешкой подсказал Стас.

— Ну, да, — быстро кивнул Панкрат и снова стрельнул глазами на наполненную рюмку. — Оно…

Стас нехорошо усмехнулся, глядя на Панкрата. А затем произнес:

— Посиди-ка здесь, я сейчас вернусь…

С этими словами Стас снова вышел из допросной.

Открыв дверь в наблюдательную Стасу бросил:

— Гирлянда есть у кого?

Новый вопрос вызвал ещё большее удивление.

— Была где-то, — подал голос офицер с погонами старшего лейтенанта. — С прошлого Нового года осталась.

— А вам зачем, товарищ подполковник? — недоуменно спросил майор Готов.

— Для психологического эффекта, — не вдаваясь в подробности, ответил Стас.

Когда ему принесли гирлянду, Корнилов только покачал головой:

— Не подходит… Вот, что…

Стас поискал взглядом самого младшего по званию из присутствующих в комнате.

— О, старлей, иди-ка сюда, — произнес Стас, заприметив молодого русоволосого парня с красноречивой бородавкой на шее.

Не посмев ослушаться, молодой лейтенант подошел к Стасу.

— Держи, — Стас протянул ему пару купюр.

— Это за что? — растерялся парень.

Стас внимательно посмотрел на него:

— Это за гирлянду.

— К-какую гирлянду?

— Новогоднюю, — ответил Стас и достав телефон показал старшему лейтенанту фотографию, — лучше всего вот такую.

Увидев, что на снимке, старший лейтенант поперхнулся и быстро побледнел.

— Спокойно, Сатрапов, — поморщился подошедший майор Готов. — Что жмуров не видел? Ниче се… Это кто, товарищ подполковник?

На дисплее телефона Стаса была изображена фотография из тех руин, где Ника обнаружила вероятный труп жены Панкрата Рындина.

Стас, несмотря на риск, вынужден был задержаться и сделать несколько снимков тела. Так как в другой раз тело несчастной женщины уже может быть погребено пот обломками разрушающегося здания.

Благодаря хорошей камере, можно было оценить весь отвратительный и пугающий кошмар, запечатленный на фото.

— Нужна похожая гирлянда, — сказал Стас старшему лейтенанту. — Сбегай в ближайший супермаркет или куда там вы ходите, и поищи что-то приблизительное. Понял?

Старший лейтенант несколько раз нервно кивнул.

— Тогда за дело! — приказал Стас.

— Давай, Сатрапов, полетел Суперменом! — крикнул вслед вышедшему майор Готов, а потом посмотрел на Стаса. — Товарищ подполковник, вы хотите старика ложными вещдоками попугать?

Стас вздохнул.

— Можно и так сказать.

Готов прокашлялся.

— А не боитесь, что он может отреагировать не так, как вы ожидали? — с опаской спросил Готов. — А если ему плохо станет? Возьмёт и отправится дедуля к праотцам… Мне, честно говоря, в отделении такого не надо.