Неоновые росчерки

Время уже близилось к четырем часам дня, но его организм неумолимо пытался отстоять свое право на полноценный сон. Сон, которого он и его жена были лишены сегодня ночью. Ввиду того, что у четырёхлетнего Олежки, разболелся животик. Коля с женой жутко перенервничали, даже вызывали врача, но причина оказалась банальной и распространенной — у малыша были колики из-за газов.

Всё обошлось, но уснули они с женой лишь уже к самому рассвету… а через два с лишним часа, позвонил Стас.

Звонок Корнилова убил надежды Коли, выспаться хотя бы днем, в воскресенье. Стас коротко и по существу пересказал майору все обстоятельства сложившейся ситуации, и на несколько часов у Коли сон, как рукой сняло.

Вот только сейчас, жажда сна вернулась с новой силой.

Коля вздохнул, отпил ещё немного кофе и поставил видео на паузу.

Сделав несколько глотков крепкого эспрессо, он отставил термочашку и наклонился чуть ближе к монитору, на котором замерло изображение.

Добыть видеозаписи с видеокамер и видеорегистраторов аж десятидневной давностью оказалось не так уж и трудно. К удивлению Коли, у некоторых владельцев хранились архивы и с более ранними данными. Их Домбровский тоже изъял.

Материала, на котором был запечатлен день ближайшее время убийства Белкиной, оказалось на пять-шесть часов просмотра. Разумеется, такого времени у них не было — через пять с половиной часов Стас должен предоставить серьёзные результаты расследования главарю террористов. Да и в принципе действовать нужно было быстро. Потому что со слов Стаса скоро неминуемо произойдет новое убийство, которому они не смогут помешать. А может и не одно.

Коля слышал, что убийцы сделали с той несчастной девушкой в баре. Корнилов описал всё в сухих, но четких подробностях. И Домбровский был серьёзно мотивирован, чтобы отыскать больных подонков во чтобы то ни стало. Такие существа не должны разгуливать на свободе. Им не место среди людей и даже просто в этом мире. И Коля, какой уже по счету раз, недоумевал зачем природа создает этих выродков? Зачем она поражает человеческий мозг неизлечимой гомицидоманией?*(непреодолимое влечение к убийствам).

Коля устало потер глаза и уныло щелкнул по клавише «пробел».

На мониторе возобновилось движение. Домбровский просматривал записи в ускоренном режиме, поэтому фигурки прохожих на улицах и машины двигались дерганными и резкими рывками.

Коля напряженно всматривался это бесконечное мельтешение автомобилей и прохожих. Время на ролике перевалило за час, затем за полтора и дальше. А Домбровский всё так же тщетно пытался найти хоть что-то в этой записи. Поставив её на паузу, он перевел курсор мышки на соседний монитор и запустил второе видео. Затем, на ноутбуке третье. Приходилось просматривать сразу по три записи, чтобы сократить время и получить более полную картину со всех ракурсов.

Но не смотря на это Коля, пока так ничего и не обнаружил. Домбровский интуитивно чувствовал, что здесь, на этих записях, есть нечто важное. Нечто такое, что его взгляд и разум пока не замечает. Но есть, точно есть, не может не быть. Здесь, совсем рядом, в баре Voyage, было совершенно зверское по своей сути убийство! И преступники не могли не попасть на запись. Но… они могли постараться остаться незамеченными. И задача Домбровского — найти их. Отыскать их в этой беспокойно шевелящейся перемешанной мозаике.

Они где-то здесь. Рядом. Буквально у него перед глазами. Ему только нужно увидеть их.

Увидеть, чтобы приблизиться к ним. Чтобы выследить, поймать, и… не дать совершить очередное изуверство, которого они так ждут.

Выследить… поймать… предотвратить…

Казалось, сердце в груди Коли, монотонно отстукивает эти три слова.

Домбровский, просматривая видео, ощущал то знакомое волнительное чувство и легкую нервную экзальтацию. Это чувство азарта и «запаха» следа.

Николай скупо усмехнулся своим мыслям. Следа… Они, с Сеней и Стасом, прямо трио охотничьих волкодавов, которые всю жизнь охотятся на ненасытных и кровожадных, часто безумных, волков.

Рука Коли сама нажала на пробел, когда его мозг уловил что-то важное.

Домбровский замер, ощущая, как на висках интенсивно колотятся вены. Изображение на левом мониторе послушно застыло. Время было, шесть, двадцать один.

Коля сплел пальцы рук, чуть нахмурился. Он знал: это здесь. Именно здесь, на этом кадре есть что-то на что он должен уже, наконец, обратить свое внимание.

— Ну, где же вы… — процедил через сомкнутые зубы Домбровский. — Давайте же, ублюдки, покажитесь…

Шесть, двадцать один утра. Ещё темно, столица все ещё погружена в глубокие сумерки. Но на улицах хватает прохожих и движение на Кутузовском довольно оживленное.

— «Ну же!» — подстегнул себя Коля. — «Чего я не вижу? На что я не хочу обращать внимание?.. Что меньше всего вызывает у меня подозрение?..»

И тут до него дошло. Он увидел. Увидел, что все это время он смотрел на туда. Его взгляд был сосредоточен только на движущихся объектах. А то, что было ему нужно находилось в дальнем правом углу монитора, между двух домов, в глухой тени.

Грузовик. Похоже KAMAZ. Что в нем было подозрительного? Да в том то и дело, что ничего. В том то и дело, что его водитель (или водители) как бы нарочно пытались сделать все возможное, чтобы их машина привлекала как можно меньше внимания.

Стас успел сообщить Коле о видениях Ники и своих подозрениях. И у Корнилова были догадки, что Белкину, перед смертью, пытали именно в фуре грузовика. А догадки Корнилова, как известно, часто граничат с истиной.

Коля попытался увеличить изображение, чтобы прочесть номер, но это было невозможно. Плохое разрешение и темное время суток категорически этому мешали.

Но Домбровский не собирался на этом сдаваться. Потому что чувствовал, что нашел — это было оно. Этот неприметный и маленький (на видео) и скрытый густой тенью грузовик, на заднем плане записи. Коля не знал, как убийцы переместили Белкину в бар. Но если они находились в темноте, вне досягаемости уличного освещения, и имели доступ к служебному входу бара, пронести туда хрупкую и маленькую девушку не стоило бы больших усилий.

Они вполне могли переодеться рабочими, а бедную Татьяну положить в какой-нибудь контейнер, сумку, коробку, ящик и так далее.



Коля представлял себе, что чувствовала Татьяна. Какую боль и ужас она испытывала. Её пытали и убивали под носом у сотен спящих москвичей, и никто из них даже не догадывался о том, какой сюрреалистичный кошмар сейчас происходит в баре, рядом с Кутузовским проспектом!





Домбровский связался со старыми знакомыми из управления экономической безопасности, где он раньше служил. Тамошние IT-специалисты сумели серьезно улучшить качество скриншота, который отправил им Коля. Хотя зернистость по-прежнему оставалась очень плотной, теперь на кадре можно было различить и частично угадать номер.

Домбровскому понадобилось всего полчаса, чтобы установить владельца этого грузовика. И к его удивлению KAMAZ 5490 принадлежал некоему, шестидесяти двух летнему Панкрату Рындину.


— Любопытно, — чуть рассеяно пробормотал Коля.

Зачем старику огромный грузовик? И неужели он один из убийц Белкиной?

Коля узнал адрес Рындина и решил, что неплохо бы съездить и переговорить с этим дедом. Только, разумеется, стоит одеть бронежилет, взять рацию и оружие. Домбровский взял с собой не только свой верный Глок-17, но и пистолет-пулемет «Бизон».

Все-таки он понятия не имел, что его на самом деле может ждать в гостях пожилого Панкрата Рындина. Возможно, что старика там и вовсе нет, а вместо него прячутся убийцы.

Разумеется, Николай не собирался лезть на рожон. Его задачей было только проверить, а перестрелки — задача СОБРа, у которого, конечно же, Коля попросил один небольшой отряд. Крутые парни будут находиться неподалеку от места проживания Рындина. И стоит только Коле подать сигнал или не выйти на связь в положенное время, они немедленно вмешаются.

Домбровский взял с собой распечатки из раскадровки видеозаписей и вышел из кабинета.





Эпизод девятый. "Самый жуткий кошмар"





ВЛАД НЕКЛЮДОВ



Воскресенье, 22 марта.



Остатки сумерек уходящего дня таяли и меркли в желто-розовом закате. На фоне перемешивающихся оттенков заката и наступающего вечера, как черные вены, проступали растущие вдали черные голые деревья.

Владу Неклюдову нравилась эта картина, хоть и выглядела она немного жутковато.

Юноша отпил из чашки сладкий горячий шоколад и оглянулся на плиту. Там готовился их с Надей ужин. Влад взял готовку на себя, ему хотелось произвести на девушку максимальное впечатление.

Наверное, в другом случае, с другой девушкой, Неклюдов обошелся бы и тем впечатлением, которое на всех производит загородный дом его отчима. Огромный, выполненный в чертах классического стиля «Райт», особняк поражал любую гостью, которую Влад привозил сюда на своем Mercedes ML 500. Вместе с походом в неплохой (по меркам Влада) ресторан, машины и дома хватало, чтобы Неклюдов получил долгожданный «десерт».

Но только не сегодня, не с Надеждой, нет, только не с ней.

Когда, почти полтора года назад, они начали встречаться Влад даже не ожидал, что эти отношения могут перерасти во что-то серьёзное. Неклюдову было это не нужно. Его устраивало, как было до этого. Он привык к этой простой и рабочей «схеме»: клуб, романтический ужин, особняк — секс. Он встречался только ради этого. Две, может три, встречи и он всегда, каждый раз без особого труда получал свой приз. Ну, а в те редкие случаи, когда ему попадались какие-нибудь идеалистки, он просто не тратил время. Зачем? В Москве, как и любом другом мегаполисе, когда у тебя есть деньги, ты точно не останешься на ночь один и всегда найдется девчонка, или две, или даже три, которые с радостью согреют твою постель.

Только Надежда оказалось другой. Она не поддавалась на его ухаживания, даже когда они начали встречаться, держалась очень скромно и сдержанно, ну а когда она, наконец, уступила… Влад понял, что не хочет расставаться с этой девушкой. Не хочет искать другую, не хочет возвращаться к той «проверенной» опытом тактике с секс-конвейером алчных, одинаковых в душе, дешевых девиц. Он искал и нашел ту, с которой ни за что на свете не хочет расставаться. Ту, с которой рад просто просыпаться в одной постели, как бы восторженно и банально это не звучало!

Плита тонко пикнула, извещая об окончании действия выставленной программы. Мясное блюдо с овощным соусом и кунжутом было готово.

Но Влад не спешил отходить от французских окон, перед которыми стоял и пил свой горячий шоколад. Взгляд парня, которым он осматривал просторные пасторали вокруг территории особняка, зацепился за нечто абсолютно лишнее на этой картине.

Это был огромный грузовик с зелено-голубой кабиной и длинной серой фурой. Влад пригляделся, автомобиль был похож на КАМАЗ, но парень был не уверен. Да ему и было все равно. Неклюдова больше интересовало, что он здесь забыл?

Шоссе, которое ведет к Москве далеко, и здесь кроме частных домов ничего нет. Зачем он сюда заехал? Да ещё и встал так, что перекрыл пол дороги!

Для себя Влад объяснил появление грузовика тем, что кто-то из соседей, видимо, заказал мебель. Неклюдов подумал, что должно быть не все дома вокруг пустуют, как он думал. Ему не хотелось, чтобы соседи видели Надежду и опять судачили про непутевого сына их соседа. Поэтому, парень специально выбрал выходные, когда все или ближайшие особняки соседствующих владельцев будут пусты. Но, скорее всего, кто-то из соседей поменял планы.

Влад выкинул лишние мысли из головы и направился к плите.

— Как аппетитно пахнет! — на кухню вошла Надежда.

Она была в коротком банном халате, с полотенцем на голове.

— Ты пахнешь ещё вкуснее и слаще, — проговорил Неклюдов, оказавшись рядом с девушкой и вдохнув медовый запах её тела.

Он знал, что это аромат её геля для душа, но предпочитал присваивать его ей.

После ужина и просмотра фильма, они, наконец, жарко и долго любили друг друга. Влад наслаждался сладостными чувствами, обладая Надей, подчиняя её и слушая её протяжные стоны.

Надя этой ночью, как будто сама стремилась раскрыть и показать ему всю себя. Отдать, подарить, преподнести. Всю себя. Всю, без остатка. Девушка горела страстным желанием принадлежать ему. И их желания в эту ночь совпадали ещё больше, чем прежде. Жаль, что никто из них даже не догадывался, что вместе они останутся теперь навсегда. В самом прямом смысле.

***

Он так и не понял, что заставило его вздрогнуть и открыть глаза.

Несколько минут Влад лежал в постели и смотрел в потолок. Ощущая нервный, учащенный ритм сердца, он вслушивался в темноту.

Рядом спала Надя, её маленькая теплая ладонь лежала на груди парня.