Настоящая черная ведьма

Открыв и второй глаз, маг хмыкнул и протянул:

— Имеется.

После чего откинул одеяло с себя, а затем и вовсе встал.

Это хорошо, что на мне был полагающийся по регламенту слой белил, потому что румянец черной ведьме не приличествует вовсе, а у меня щеки запылали. Ибо в отличие от мэра на маге не было даже полотенца!

— Да уж, — после некоторого замешательства все же проговорила я, — вынуждена признать, что костюм у белых магов гораздо…

— Эффектнее? — предположил Арвейн, поигрывая мускулами.

— Экономичнее, — подобрала я правильное определение. Затем пояснила магу: — Знаете, сколько стоит регламентированный для охоты на белых магов наряд черной ведьмы?

— Сколько? — вопросил он, не испытывая ни малейшего смущения по поводу отсутствия на себе одежды.

— Дороже бронированной мантии, которая используется при вызове демона, — честно ответила я.

Усмехнувшись, Арвейн произнес:

— С одной стороны, чувствую себя униженным и оскорбленным, с другой — румянец, пробивающийся из-под слоя вашей пудры, говорит о том, что вы как минимум впечатлены, Телль.

И в этот момент распахнулась дверь.

Причем я точно помню, что ее закрыла, причем плотно. Но она все равно распахнулась и с громким «бабах» ударилась об стену, после чего раздался рев морды:

— Мэтр Октарион!

Арвейн посмотрел на скривившуюся от вопля меня, после на господина мэра и вопросил:

— А что вы тут делаете?!

В следующее мгновение я с искренним изумлением услышала несколько ругательных фраз, которые поспешила тут же вписать в свой блокнот — такие перлы нужно коллекционировать! И пока увлеченно записывала, морда уже совсем не поэтично пообещал магу оторвать его… тут я снова взялась записывать… и запихнуть ему… это тоже пошло под запись. Когда же я закончила записывать, Арвейн уже торопливо завязывал пояс спешно надетого халата, видимо, оценив поэтичность угрозы. Я же торопливо перечитала записи, обнаружила пробел и очень, между прочим, вежливо попросила:

— Господин мэр, вы не могли бы повторить вторую тираду, я не все успела записа…

Разъяренная морда выхватил у меня блокнот, вырвал листок со свежесделанной записью, сунул в свой карман и швырнул блокнот мне на колени.

— Это значит «нет»? — уточнила на всякий случай.

— Госпожа ведьма, — мэр вдруг нагнулся и, схватившись за кресло, крутанул его, разворачивая к себе, после чего, упираясь руками в подлокотники и нависнув надо мной, прошипел, — позвольте теперь я спрошу: что вы тут делаете?

Вжавшись в спинку кресла, нет, я не боялась, просто кто-то выглядел очень грозно, пробормотала бессвязный бред на тему:

— Мэрия всегда открыта для граждан Бриджуотера…

— Да, госпожа ведьма, — у градоначальника все-таки явственно дергалось веко на правом глазу, — но это касается первого административного этажа. Вы же имели наглость заявиться в жилые помещения!

— Да бросьте! — вполне обоснованно возмутилась я. — Вы вообще с первого дня появления обосновались в моей спальне, я же вас в наглости не обвиняла!

Теперь у мэра дернулось и левое веко. Смотрелось оригинально, потому что глаза дергались не в такт.

— Слушай, ведьма, — прорычали мне почти в лицо, надвигаясь еще ближе, — если уж решила мне мстить, то будь добра посягать на мою спальню!

— Мм-м… — с сомнением посмотрела на мэра. — А где вы вообще видели добрых черных ведьм, господин мэр?!

Вместо ответа морда как заорет:

— Вон отсюда!!!

И тут осторожненько вмешался Арвейн, напомнив:

— Господин мэр, собственно, госпожа ведьма пришла ко мне.

И как-то сразу стало неуютненько в этом кресле под сумрачным взглядом этого, с которым мы за город воевать начали…

— Колдану, — предупредила на всякий случай.

— Снимать не буду, — вставил свое слово Арвейн.

И глаза у морды дергаться перестали. Смотрелось ну очень-преочень жутко…

— И должен сказать, господин мэр, что в данный момент вы смущаете мою гостью, и…

Левая рука мэра метнулась к поясу… молниеносный бросок, который вообще для меня выглядел смазанной тенью, сверкнувшее в воздухе лезвие и вопль белого мага. Вопль! Мага!


— Заговоренная сталь, — возвращая ладонь на подлокотник кресла и сжимая его так, что несчастный заскрипел, прошипел зверская морда, — великолепно действует против магов. А теперь вон отсюда, развратница конопатая!

Что?!

И осознав, что мысли тут читать никто не умеет, озвучила потрясенное:

— Что?

Прорычав что-то достойное записи в моем блокноте, мэр хватанул меня за запястье, вытащил из кресла, после выволок из комнаты пригвожденного к стене и пытающего высвободиться мага и хамейшим образом закрыл дверь перед моим носом.

Обалдевшая черная ведьма не удержалась от устроения маленькой грозы и в новом месте обитания морды, после чего громко крикнула:

— Господин белый маг, я вас в чайной у фонтана подожду.

— Хорошо, госпожа ведьма, прибуду сию же минуту, — почему-то прохрипел Арвейн.





* * *


Когда выходила через первый этаж, слышала обрывки фраз: «Вот как господин мэр о белом маге заботится…», «Еще бы, лечение господина белого мага за счет мэрии идет, вы контракт читали?»…

Морда охамел! Нет, правда, причем окончательно. И я все понимаю — город у него теперь слегка темненький, солдаты краску отшкрябывают и сурово на меня поглядывают, местные жители к новым оттенкам домов привыкают, краску опять же, похоже, с мэрского склада вывеска уволокла, но все же!

В чайной госпожи Заварс мне сварили кофе, подали к нему несколько хрустящих печений и вежливо попросили больше не пить. Присмотревшись к чайной, ранее сверкающей золотым тиснением на вывеске, а ныне пугающей беспросветной черной матовостью, решила, что да, больше не стоит.

Спустя четверть часа появился сияющий двумя внушительными фингалами господин белый маг. Еще у мага не было зуба… Но в общем и целом выглядел Арвейн восхитительно.

— Магическая сталь, — присаживаясь, пояснил он, — магия восстановится минут через двадцать.

— Охамел морда, — вздохнула я.

— Да, характер непростой, — миролюбиво согласился господин маг и крикнул: — Уважаемая, мне зеленый чай и полный завтрак.

Все было подано на белом подносе, который сильно контрастировал с моим черным, но пиетет и все такое — уважаю. Госпожа Заварс, подав, наклонилась ко мне и шепотом спросила:

— А за что вы его так, госпожа ведьма?

— Это не она, это мэр, — пояснил за меня Арвейн.

Госпожа Заварс ойкнула и умчалась к другим посетителям, делиться новостями.

Мы же с магом мирно позавтракали, я так вообще второй раз и потому с ленцой, а белый с явным аппетитом наворачивал и яичницу из шести яиц, и бекон, и колбаски, и помидорки, и подкопченную рыбу, и все пять булок, и масло, и пирог, поданный к чаю, и…

— Начинаю понимать, почему у вас столь экономичный регламентированный наряд для соблазнения ведьм, — протянула я.

— Мм-м? — Арвейн удивленно приподнял бровь, над которой зрела внушительная шишка.

— Так вы, видимо, все гонорары проедаете, — пояснила для непонятливых.

Маг рассмеялся, заказал себе еще пирога и, отставив поднос с горкой косточек, оставшихся после рыбы, пояснил:

— Я мужчина, мужчины едят много. А вы, как я понимаю, никогда не жили с мужчиной?

Вспомнила озверевшую когтисто-волосатую морду, который минут за пять сожрал балык, коего мне хватило бы на неделю как минимум, и загадочно ответила:

— Вы не правы.

Ну серьезно, мэр же у меня ел, значит, практически мы жили вместе… минут десять.

— Вот как? — в голубых глазах мага заплясали смешинки. — Ну что ж, мы еще вернемся к этому разговору, а сейчас позвольте узнать, Аэтелль, что же привело вас в мою комнату сегодня утром? Учитывая, что вы заявились в повседневном наряде, меня терзает любопытство.

Достав блокнот и перо, я перешла к серьезному:

— Откуда вы так много знаете про черных ведьм?

Арвейн прищурил заплывающие глаза и с отнюдь уже не впечатляющей отсутствием зуба улыбкой произнес:

— Я не хотел бы об этом говорить с вами, Телль.

Прищурившись, пристально посмотрела на мага. Так, а что я о нем знаю? Вспоминаем сияющие доспехи, наличие оруженосцев, чрезмерную осведомленность и слова Люсинды о том, что она не сумела с ним справиться даже вблизи своего источника…