Напряжение сходится

— Почему сразу не на медицинский?

— Потому что тебя оттуда только что отчислили, и так не получится, — вздохнул я. — И подними меня уже, наконец!

— Ладно, — неохотно согласилась Ника. — Только развязывать пока не стану.

В итоге, вытянула она меня на тот самый бортик крыши, оказавшийся довольно широким, и расположила на самом краю. Даже петлю на ногах ослабила и помогла сесть.

Я проследил путь каната по крыше и на некоторое время завис, обнаружив конец завязанным бантиком на хиленькой телевизионной антенне.

— В общем, на робототехнику тебя устрою. К себе, — рублеными фразами произнес ей.

— А почему туда? — Ворохнулась беспокойством Ника, предусмотрительно отсевшая так, чтобы я мог ее видеть. Ну и сбежать если что.

— Да там несложно все. Фаза находится максимум с двух попыток.

Потому что током будем лечить эту сумасшедшую.

— Ну, если только на семестр… — Задумалась она. — Тем более, пациент рядом…

Это еще мы посмотрим, кто из нас пациент.

— Как я вообще сюда попал? — Повел я шеей, разминая.

Вместе с некоторой тенью стабильности, явились неприятные ощущения по всему телу, удостоверяющие, что это все — не продолжение сна.

— Так ведь стакан в раковине. — С довольством и радостью качнула Ника головой.

— Я ж его мыл, — хмуро глянул в ее сторону.

— Вот именно! На стенки стакана нанесено особое вещество в виде прозрачной пленки, а там и реакция гидратации в присутствии катализатора с выделением газа. Я знала, что ты не удержишься, и помоешь стакан! Окна закрыты, вентиляцию я заглушила. Осталось только подождать. — Похлопала она ресницами.

Значит, какая-то новая отрава, от которой защита не спасла. Скверно.

— А на фотографии что нанесла?

— А фотографии — не твое дело! — Вспыхнула она алым цветом. — Это мои личные вещи, и какое хамство в них заглядывать!

— Хочешь сказать, не специально оставила? — Был я мрачен и подозрителен.

— Нет! Тем более, какая тебе до них разница, — повернулась она горделиво вбок, стараясь незаметно коситься в мою сторону и отслеживать реакцию.

— Манекен верни.

— Нет.

— Ладно, — вздохнул я, посмотрев на город.

Так — когда все на своих местах, а не вниз головой — действительно гораздо лучше. Вон, и шпиль Министерства иностранных дел теперь виден. Красота.

— Верну за выкуп.

— Так плохо с деньгами? — Повернулся снова к ней.

— Прошу не путать меркантильность с семейной традицией!

Ну и семейка… А, впрочем, если рассматривать любую неприятность с точки зрения возможной выгоды…

— Ладно… Есть для тебя работа. Оплата сдельная, хорошая. Долги закроешь, на жизнь даже останется.

— Лечить кого-то? — Осторожно уточнила Ника.

— Копать.

— Прости, что?

— Ну, твой дар обращать все вокруг в песок. Ему же все равно, какое добро переводить? Тот же грунт, например.

— Сила Крови — это секрет, который недопустимо использовать в мирской жизни!

— Но деньги нужны? — Уточнил я.

— Нужны. — С грустью признала Ника.


— Так вот. — Продолжил я. — М-м… Может, хоть мешок с плеч снимешь?

— Не отвлекайся.

— Надо прокопать тоннель. Вниз метров на шесть. Потом прямо, думаю, метров сто. И наверх по маяку.

— Я сокровищницы грабить не стану. — Категорично отозвалась девушка.

— Это не сокровищница! — Возмутился я. — И не грабить, а позаимствовать. Вернем даже лучше, чем было!

— Тогда что это?

— Музей, — вынужденно признался я.

— Подумать только! Предложить такое мне, честному человеку! — Возмутилась она в голос.

— Ладно, я пошел, — поморщившись от звуковой волны, стряхнув с лодыжек канат, передвинулся я обратно к краю бортика.

Раз уж никакого толку, то и делать мне тут больше нечего.

— Куда?! — Вскинулась Ника.

— Да у меня в пуговицах артефакт от падения, — перекинув ноги на улицу, успокоил я девушку и прицелился к удобному зеленому пятачку внизу.

Так все равно быстрее. Во всяком случае, лучше, чем эта беседа и утренняя встреча целиком. Еще я на учебу опаздываю, а как наказать — придумаю потом, с оглядкой на ее губительный талант. В общем, полетели.

— Так я ведь тебя переодела! — Воскликнула Ника за момент до того, как я оттолкнулся.

— В-во что? — Напрягшись, замер на краю борта, который внезапно показался очень скользким и будто бы даже с наклоном в сторону улицы.

— В чистое, — смутилась Ника.

Я медленно повернул к ней голову.

— Ну, я пока несла тебя по чердакам, твоя одежда сильно испачкалась, и…

— И нижнее белье тоже? — Перебил я ее.

— Нет! — Возмутилась она через смущение.

— Тогда ладно, — расслабился.

Последняя граница защиты, значит, работала, и от падения могла спасти.

— А вот эти пуговицы… Ну, на нижнем белье, они у тебя каждый раз новые?

— Перешиваю, — неохотно уточнил я. — Они же дорогие. А что?

— Но ведь ты перезаряжал их после прошлого падения? Ну, со второго этажа у тебя дома… — С надеждой уточнил ее голос. — Головой вниз…

— Ника. — Произнес я пересохшим горлом и прикрыл глаза.

Потому что высота впервые стала пугать.

— Ау?

— Ты не могла бы осторожно взять меня за плечи и помочь перебраться обратно на крышу?

— Конечно-конечно! — Покладисто отозвалась она.

В общем, через минуту стоял на кровле даже без мешка на плечах и полностью развязанный. Внутри до сих пор потряхивало.

Я бы, конечно, артефакт перезарядил. Если бы вообще знал про факт падения! И сестры — легкомысленные создания — тоже не догадались намекнуть…

Рядом держалась Ника, виновато заглядывая из-за плеча мне в глаза.

— Время? — Уточнил у нее сухо.

— Восемь двадцать! — Бодро отрапортовала девушка, возвращая мне мой же мобильный телефон, мои же часы, деньги и даже — лист бумаги с записанными кандидатурами на похищение.

Только с листиком вышла заминка — передали-то его мне, но из собственных рук выпускать не торопились.

— Максим, а вот эта Аня — она красивая? — Как-то неестественно равнодушно спросила Ника. — И вот эти Яна, Катя, Кира, Юля…

Аня — это Анды. Потом зашифрованные Япония, Куба, Китай…