Напряжение сходится

«15:53. Я победила кабана!!!»

«15:55. Это был кабанчик. На ужин будет жареная свинина. Много свинины».

«15:58. Медведю свинина нужнее».

«16:21. Вижу город. Свяжи эту высокородную сволочь. Скоро буду».

Спрашивается, и где почтительность к монаршей крови?

К слову, город, который она увидела на горизонте, оказался вообще не Сулаж-Горой, а заставой на границе с чужим княжеством, так что миссию спасения и вертолет за ней все-таки пришлось посылать.

Вздохнув, отправился искать принцессу. Нашел Инку в ее комнате, лежа читающей распечатки доработанных диаграмм Силы. Извинившись и проигнорировав недоуменный взгляд из-под ресниц, привязал ее правую ногу к нижней правой ножке кровати, левую – к левой. Скептически посмотрел на образовавшуюся композицию – и перехватил побледневшую девушку веревкой выше пояса, привязав к основанию кровати.

– Вы читайте-читайте, ваше высочество, – это для Ники… – отмахнулся я.

И кожа с аловатым отливом отчетливо посерела.

Бред, конечно, – как будто Аймара сбежит из крепости… Но и ссориться с Никой не хотелось. Хочет, чтобы связал, – так я и отнесся ответственно.

– Вроде нормально, – поправил я подушку под ее головой.

Дождался Нику.

Получил дикий скандал.

– А он как вломится, как напрыгнет! – лепетала та коза горная с постели, разбивая все мои попытки логично объясниться.

В общем, Ника потребовала вертолет и улетела домой, а я вдобавок получил первый нагоняй от деда.

– Это военная база, а не бардак! – рявкнул он мне в ухо, пытаясь перекричать винтокрылую машину.

Ну или не пытаясь…

Утром еще и Го Дейю прилетела, и смотреть в глаза деду стало вовсе неловко.

Инка, понятно, вела себя, как Машк после разгрызенной Брунгильдой обуви неприятного дядьки из казначейства. Мол, это все собака, а вы все еще жестоко пожалеете. Словом, Аймара тоже пряталась всю ночь где-то на чердаке. Потому что я был зол, расстроен и точно знал, что делать с одним хитрым ушастым, когда его найду. Но достаточно разумен, чтобы не искать специально.

А сегодня ее поведение вообще не изменилось – словно не было ничего.

– Что, не звонит? – с ноткой показного сочувствия спросила Инка. – Обиделась? Трубку не берет?

– Угу.

– А нечего похищать людей! – торжественно произнесла она давно заготовленную фразу.

Нащупал под диваном тапок и метнул не глядя. На меня гневно зашипели – попал, разумеется. Ну а что вы думали – огромный опыт и практика: Машк иногда тоже начинает считать, что он в доме хозяин. Так что только решительные и своевременные меры вновь низводят его до состояния просто творца мира, в котором он по своей воле оставил один дом, где людям позволено ему указывать, кормить и гладить живот.

В общем, тренироваться не было ни малейшего настроения, так что я предложил выйти на полигон и шарахнуть прямо так, без занятий.

На что она, чуть помявшись возле двери, все-таки подошла к постели, сочувственно погладила меня по голове и сказала, что все обязательно наладится, а убьет она меня завтра, позволив страдать целый день.

– А ну кыш!

– Уйду, – покладисто ответила Аймара. – Но нужно решить вопрос с одеждой и бельем. Я не могу ходить в одном и том же третий день. Нужна хотя бы одна сменная пара.

Я сел на кровати и поставил ноги на пол.

– Значит, съездим в город, – прикинув варианты, выбрал я единственно верный.

– Не боишься, что узнаю, где я? – приподняла она брови.

– Ты уже узнала, – констатировал я.

Не так много мест в мире, где внутри крепости-колодца обитает «виртуоз» стихии огня. Вполне возможно, оно одно такое на всем свете.

– Верно, – осторожно произнесла Аймара. – Михаэля Де Лара знают по всему миру. Пугают его именем непослушных детей, – добавила она, словно удивлялась чужой глупости.

Ведь дед – он такой спокойный, мирный и вовсе не злой. Ярость, которая сжигает его много лет, запрятана далеко в глубине души и мало кому видна.

– Значит, летим в Москву.

– Там могут узнать уже меня.

– По-моему, на этот счет стоит переживать мне, – мягко улыбнулся я девушке.


– У тебя есть размеры моей одежды, можешь направить ту женщину, которая меня переодевала, – пожала плечами Инка, – у нее неплохо получилось.

Тут нет заботы обо мне и тайне, а просто нежелание покидать источник знаний, коим является мой дед.

– Не знаю такой, – буркнул я, вставая и поправляя подушки.

Блюдо с остатками винограда отправилось на столешницу рядом.

– Тогда кто меня переодевал?.. – после ощутимой паузы уточнила принцесса.

Я обошел ее и направился к двери.

– И стоит об этом переживать? Все люди одинаковые по своей физиологии, – ответил ей, стоя возле выхода, – только у некоторых в верхней трети есть весьма симпатичная грудь.

И успел выскользнуть до того, как металлический диск подноса врезался в закрывшуюся створку, а из комнаты донеслись ругательства на незнакомом и удивительно певучем языке.

Дослушивать, понятное дело, не стал – отправился искать Федора. У его Дейю та же проблема с одеждой, которую надо решить, а заодно можно убрать всех нас из крепости, чтобы не нервировать деда.

– Я ее размеры знаю, – уверенно произнес брат в ответ на озвученную проблему.

– Рано тебе знать ее размеры, – строго произнес я. – Вместе с Инкой полетим покупать. И Еремееву им еще в помощь, – вздохнул я, поднимая телефон и набирая знакомый номер.

Ника, ожидаемо, трубку не брала. Направил ей СМС, что лечу покупать гостьям нижнее белье, и не могла бы она порекомендовать магазин – так мигом перезвонила.

– Вот и ладно, – нажав на отбой, удовлетворенно прокомментировал я, сговорившись по поводу места и времени встречи. Выходило – плюс два часа от нынешних пятнадцати.

Заметил стоящую невдалеке Аймара, махнул ей рукой и позвал на полигон. Желания желаниями, но нет ресурса ценнее, чем время и люди.

Заодно и ярость свою скинула – на пятнадцать процентов просадки артефакта… Что-то действительно как-то тревожно становится, с таким прогрессом…

А там пришло и время прощаться с дедом – не стоит злоупотреблять гостеприимством.

Мы сидели на скамейке в конце тенистой аллеи. Вся суета с погрузкой на вертолет, которую могут развить две девушки, обнаружившие несовместимость причесок и ушек со шлемофонами, – была далековато отсюда и не слышна.

– Я в столицу, потом по своим делам. Спасибо за приют. – Слова были сказаны с чуть виноватым оттенком.

Не люблю являться на порог, обязывая рисковать за меня жизнью. Не все прошло так, как планировалось, но когда рядом Ника, это уже стало привычным.

– Не вернетесь? – констатировал дед.

– Нет.

– Эта девчонка тебя в могилу сведет, – неодобрительно покачал Михаэль головой.

– Какая именно?

– Наверное, любая, – явно с удивлением для самого себя, определил он после некоторой паузы.

– Завтра сватов к Нике отправлю, – признался я наконец.

Хотя, казалось бы, было время сказать об этом раньше, без спешки и куда изящнее.

– Хорошая девушка, – пожал дед плечами.

Как и все, которые сводят в могилу.

– Да, наверное, – отозвался я без энтузиазма, а потом добавил искренне: – Иногда я поражаюсь, зачем люди берут несколько жен. Тут с одной-то – хоть на стену лезь… Хотя я определенно знаю, зачем это мне нужно, и не откажусь от своего решения.

Главное, побольше уверенности в голосе, когда это произносишь, и самому не начинать сомневаться в сказанном.

– Понимаешь, – задумчиво начал Михаэль, – иногда бывают такие дни, когда надо брать собаку, ружье и идти в лес, охотиться на бешеных лис. Находишь нору, травишь лису собакой. И как эта рыжая сволочь показывается, пристреливаешь ее в упор безо всякой жалости. А затем успокоенным возвращаешься домой, к любимой супруге… Хочешь, выправлю тебе охотничий билет?

– Пока, наверное, не надо, – осторожно произнес я.

– Не затягивай с этим, – похлопал он меня по колену. – А выбор – одобряю. Чем рыжее волос – тем сильнее ведьма.

– Это у кого такое поверье? – заинтересовался я.

– У инквизиторов, – посмотрели на меня холодные глаза.

В которых для меня и Федора все-таки было немного теплоты.

К моему приходу вертолет уже начал неспешное вращение лопастей, а пассажиры расположились на своих местах, выглядя миролюбивыми и безобидными, будучи крепко пристегнутыми к сиденьям.