Нагибатор

Вика, добравшись до меня, полезла целоваться, но почувствовав, что я не отвечаю, отстранилась и внимательно посмотрела на меня:

— Что случилось, Саш? Неприятности?

Так и хотелось ответить ей: «Ага! Кто-то в этой комнате строит из себя постельного агента!» — но я лишь покачал головой.w

— Тогда что случилось?

— Да так…

— Это же ПартОрГ звонил? Что-то по Барлионе?

— Ага, — обрадовался я придуманному поводу сплавить Вику. — Надо кое-что сделать в игре.

— Я-я-ясно… — протянула девушка, почему-то не обрадованная перспективой возвращения домой. — Может быть, я подожду здесь?

— Э-э-э… Не стоит, там надолго… К тому же мне придется на некоторое время уйти.

Вика поджала губы:

— Ну, ладно, — и направилась к выходу.

Она быстро оделась и вышла, бросив на прощанье:

— Пока.

— Пока… — я захлопнул дверь, не обращая внимание на ее вытянувшееся лицо, и пробормотал. — Строят тут из себя оскорбленную невинность, а сами «шпионские игры» устраивают.

Дорога до Сереги и проверка на «Спектре» заняли 15 минут, после чего мы сели обсудить улов.

— КРАБ-58! — воскликнул Ваня. — Ты пошел на повышение, Сань!

— Ого! — удивился ПартОрГ. — Свежачок, таких еще не попадалось!

— Ага… — Серега уже что-то вбивал на клаве. — Сейчас найду… Вот он, топайте сюда.

Мы впились глазами в экран, читая технический паспорт на «Коротковолновый Разведывательный Аппарат Беспилотный, модель 58, КРАБ-58». Жучок не походил на подсаженный ранее ничем, кроме способа пересадки на носителя. Нановолоконный «якорь» на этот раз оказался на руке, сам разведмодуль активировался непосредственно в момент, когда засекал электромагнитные колебания сети, срывался с носителя и максимально близко старался подобраться к источникам излучения. Высокая скорость полета и точность передвижения позволяла КРАБу-58 начинать передачу по коротковолновому передатчику уже через 15 минут после доставки к месту предполагаемого шпионажа. Встроенный модуль конвертирования энергии мог подзаряжать батарею, рассчитанную на 8 часов бесперебойной работы, от практически любого типа электромагнитного излучения, обеспечивая полную автономность работы жучка. Согласно документам, гарантийный срок работы составлял месяц со дня запуска.

— Да-а-а, бабла не пожалели! — заметил Серега.

— Двести штук, Сань! — хлопнул меня по плечу Ваня. — Дорого ты им обошелся!

— Сто восемьдесят, — поправил его брат. — Теперь ясно, на какие бабки Вика поставила себе кокон! Если уже может ставить таких жуков!

И только я подумал о том, что плохо все-таки быть идиотом, и прошептал:

— Ну, Леша, я тебя все-таки урою, сука…

Парни уставились на меня непонимающе, а я выдохнул:

— Это мои бывшие соклане! Те, что мы сложили в Замке Древних. Леша, мой бывший друган.

— Уверен, Сань?

— Конечно, уверен! Этот ушлепок встретил меня у подъезда, здороваться полез, извинился. Ну, я и пожал ему руку! А он мне КРАБа сунул!

Саня вернулся к «Спектру» и вывел на экран проекцию якоря. Крепился он во впадине между большим и указательными пальцами.

— Ну, да, вполне при рукопожатии можно было воткнуть… А с чего ты решил, что это Леха, а не Вика? Она тебя за руки не трогала что ли?

— Трогала! Но между твоим звонком о начале передачи и ее приходом прошло минут пять! Ну, может, семь!

Парни переглянулись, и Ваня задал главный вопрос:

— А первый жук от кого был?

Я посмотрел на него и сказал, чувствуя, как внутри при произношении ее имени вскипает уже не любовь, а холодное бешенство:

— Юля.

— Как ты узнал?

— Пока это только догадка. Но я получу доказательства.

— Каким образом, Сань?


Я усмехнулся:

— Вирусы не только вы писать умеете…

Через два часа, сидя за компом, и чувствуя, как горят уши и шевелятся волосы на голове, от чтения Юлиной переписки, а на глаза навертываются слезы горечи и обиды, я так и не мог ответить себе на вопрос — почему?

Почему я ни разу не влез к ней на почту, хотя бы для того, чтобы узнать, чем она интересуется и о чем общается? Прочитав хотя бы пару ее писем Леше, Вадиму, Коле или мистеру Хамаяши, я бы вмиг излечился от розовых слюней, которые пускал в ее присутствии.

Но любовная переписка с целой толпой поклонников — это еще цветочки по сравнению с тем, какую аферу они с Лешкой устроили вокруг меня, спевшись на фоне появления Нагибателя. Причем, судя по всему, ведущей в этой связке была Вика, а Леша занимался шлифовкой придуманных ею планов. КРАБ-58 был приобретен на бабки, полученные от Фенов за первую порцию информации, полученные от жука, которого Юля повесила во время нашей попойки, и снятого в Аквапарке. Все было просчитано с самого начала и до конца. Ну, а эпитеты, которыми эта парочка награждала меня в переписке, заслуживали отдельной мести. «Пускающий слюни гоблин» — это был один из самых невинных.

Как следует поорав от злости, я вернулся к компу. С Юлей все было понятно. С Лешей тоже.

Оставалась Вика, обидевшаяся на меня за сегодняшнее поведение. Надо извиниться.

Я набросал короткое письмо: «Виктория, пожалуйста, прости меня за сегодняшнее поведение! Дурак, исправлюсь!:-*», — выбрал красивую картинку с Леонардо, подсадил к ней крошечного червячка, прикрепил к письму, и отправил на ее почту.

Через семь минут у меня были все ее пароли. Я ведь обещал исправиться, правда? Дураком больше быть совершенно не хотелось.

Почта Вики была практически пуста — и тот ящик, что знал я, и два других. На одном я нашел переписку по билду ее перса в Барлионе, затеянную еще в самом начале нашего знакомства. Судя по всему, Барлиона впечатлила ее именно тогда. Там пару раз всплывало мое имя, но лишь вскользь. Ее спрашивали про успехи в наших отношениях, на что Вика отвечала, что все будет хорошо.

Читая эти короткие отписки я, впервые за день, тепло улыбнулся: мне бы ее уверенность!

Вскоре от нее пришло смс: «Не уверена, что это можно исправить, но попытайся!»

«Жду тебя в 20:00 у подъезда в вечернем платье!» — ответил я.

«В ресторане исправляться задумал?»

«В самом лучшем!»

«Уговорил!;-) Не опаздывай!»

«Постараюсь!;-) «

«Шутка не засчитана! Я тебе постараюсь!!! Чтоб в 19:45 был на месте!)))) «

«Ок, буду!»

Я отложил телефон и согнал с лица улыбку. Юлю следовало проучить. Причем сделать это следовало ее собственными руками. Где там у нее контакт-лист?

Закончив с подменой и правкой адресов, я задумался про Лешу. Единственным желанием, которое во мне жило — это сломать ему нос. Пожалуй, походов на школьный для этого было мало. Неплохо бы все-таки научиться немного махать руками, но это дальняя перспектива. Можно было бы попросить ребят осложнить ему жизнь в Барлионе, но мне хотелось мести собственными руками.

Для начала, впрочем, следовало решить собственные проблемы. Следовало ожить, вырваться с точки возрождения, и заняться решением проблемы Махнуса. И хватит раз за разом лажать. Такое ощущение, что вместе с проигранным персом я потерял мозги.

— Шикарно выглядишь, — похвалил я Вику, когда она распахнула дверь квартиры.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Подожди минутку, сумочку возьму.

Она босыми ногами засеменила в свою комнату. Я проводил ее взглядом и потому пропустил момент, когда в коридоре появился Сергей Иванович. Он хмуро посмотрел на меня и протянул руку:

— Здравствуй, Саш.

— Добрый вечер!

— В клуб что ли собрались? — недобро прищурился он.

— В ресторан… — Я занервничал, слишком уж недоброжелательно он был настроен. — Мы просто поужинать…

— Сережа, реклама закончилась, иди ко мне! — позвала его из зала жена, и Сергей Иванович, зыркнув на меня еще раз, ушел к ней.

— В десять жду дома! — успел он, однако рыкнуть до того, как Вика захлопнула дверь.

Она тяжело вздохнула и взяла меня под руку:

— Иногда я его ненавижу.

Я невесело усмехнулся:

— С каждой нашей встречей я понимаю тебя все больше и больше.

По дороге до ресторана Вика молчала, видимо оттаивала от общения с отцом. А может, просто дулась на меня, но когда мы сделали заказы и взяли по бокалу вина, она заговорила первая:

— Что это было — утром, Саш? Для тебя на первом месте друзья?