Молчание? Дорого!

Лишь к вечеру удалось узнать, что она отправилась добровольцем в составе Красного Креста на границу. Дура!

К сожалению, все общение с военными свелось к тому, что теперь Карина Брантеш на целый год принадлежала им. Ее подписи, поставленные без принуждения, ясно говорили об этом.

— Господин Шамрок, зря вы так переживаете. — Дружелюбно улыбнувшись, капитан Дашнесс, которой «посчастливилось» общаться с псиоником, попыталась его успокоить. — Этот набор будет служить довольно далеко от основных военных действий, и вашей подруге ничего не угрожает. Абсолютно. Я понимаю ваши чувства, но девушка сделала выбор…

— Понимаете? — Открыв ледяные глаза, псионик достаточно тихо, так что у капитана пробежали мурашки по спине, продолжил: — Эта девушка является носителем уникального дара. Дара, который встречается один на миллион. И если с ней что-то случится… — Заканчивать Рок не стал.

Впрочем, капитан поняла его и без слов. Псионики никогда не разбрасывались обещаниями, и если Брантеш действительно так ценна для их братии, то если бы Дашнесс могла, она бы лично повернула «Стремительный» на сто восемьдесят градусов, заставив вернуться на орбиту Парнита.

К сожалению, крейсер уже ушел в гиперпространство, и возможность связаться с ним появится лишь через две недели.

Не раньше.

— В каком секторе будет остановка?

— Сектор МИ-324. Крейсер приписан к линкору «Ольжерон».

— Молитесь своим богам, капитан, чтобы за эти недели с Брантеш ничего не произошло. — Рывком встав с кресла, Шамрок с ледяной усмешкой закончил: — Надеюсь, мне нет нужды пояснять вам, что я отправляюсь за девушкой, и вы не вправе мне препятствовать?

Заявление слегка обескуражило капитана. Вообще-то это было нонсенсом. Она даже не удержалась и язвительно уточнила:

— По какому праву?

— Код три ноля. Ситуация государственного значения, — холодно пояснив, псионик вынул из нагрудного кармана небольшую черную пластиковую карточку с несколькими особенными символами и предъявил ее побледневшей женщине. — Думаю, это достаточное подтверждение моих полномочий, капитан. Верно?

Судорожно кивнув, Дашнесс вымученно улыбнулась. Псионик ушел, и только тогда она смогла выдохнуть. Бездна его задери! Так и до инфаркта недалеко! Легендарный Рок! Господи, сохрани эту идиотку в целости и невредимости!!! Девчонка — псионик! Кто бы мог подумать?!

Открыв нижний ящик стола, капитан судорожно открутила крышку небольшой фляжки и в три глотка опустошила ее. Резко ухнула, занюхала рукавом и вытерла набежавшие слезы. Чудны дела твои, господи. Нет, пора в отпуск. Пора.



Два часа, отмеренные нам сержантом до гиперпрыжка, тянулись невероятно долго. Я успела несколько раз осмотреть небольшую комнату и прийти к выводу, что она довольно мила и уютна. Примерно три на четыре, две узкие кровати вдоль противоположных стен, посередине дверь в коридор, на четвертой стене небольшой голоэкран, сейчас транслирующий виды космоса за бортом. Рядом с кроватями ниши для вещей, затем дверь, за которой, как мы с Мирандой предположили, находится санузел. Свет на потолке, причем рассеянный, не бьющий по глазам. Расцветка всего этого великолепия была преимущественно в серых тонах, но достаточно приятных глазу. В отделке преобладал пластик.

Вот в принципе и все. Невеликое хозяйство, но вполне уютное и комфортное.

За минуту до гиперпрыжка сирена оповестила о готовности в шестьдесят секунд, так что трясучку мы встретили уже полностью подготовленные. Вообще-то ощущения не из приятных. Полная потеря ориентации на несколько минут, бунтующий желудок да резкая боль в висках — классические симптомы гиперпрыжка. К счастью, ела я достаточно давно и неплотно, так что желудок не подвел, а вот головная боль проходить не торопилась.

Так что когда через десять минут по громкой связи все тот же сержант Майлз объявил о сборе новобранцев на нижней палубе, я только-только сумела снять халат и брючки, чтобы засунуть свой зад в джинсы. Торопливо натягивая футболку и снова надевая туфли, я мысленно пыталась унять ноющую боль, распространяющуюся от висков к затылку.

— Что болит? — Идя рядом со мной по коридору за остальными, Миранда поглядывала на меня с сочувствием.

— Голова. — Уныло кивнув, прошептала: — Если они сейчас будут громко говорить, то я помру. Молодой и красивой.

Иронично хмыкнув, соседка не стала комментировать. К этому времени мы весьма организованно спустились по лестнице на два уровня вниз, прошли по коридору и наконец, оказались в большом зале, видимо предназначавшемся как раз для таких вот собраний.

Стульев хватило на всех, так что мы без проблем разместились, причем я предпочла сесть подальше от стола, за которым восседал майор с четырьмя сержантами, и поближе к двери. Надеюсь, тут их голоса хоть немного будут приглушены расстоянием.

Пока новобранцы рассаживались, я скользила по их спинам и макушкам рассеянным взглядом. Соотношение мужчин и женщин было примерно один к трем, так что я удовлетворенно кивнула. Если нас здесь около сотни, то получается, что мужчин около двадцати пяти, а женщин — семьдесят пять. Понятно, что в десантных командах будет все в точности наоборот, но хотя бы в напарниках у меня будет женщина. И я совсем не против, если ею окажется Миранда.

За те два часа, что мы летели к границе системы, чтобы совершить гиперпрыжок, я успела понять, что моя соседка невероятно говорливая и жизнерадостная женщина. Миранда не унывала, даже когда поняла, что вся молодость позади, а она так ничего в целом и не добилась. Она без сожаления порвала с прошлым и с интересом смотрела в будущее. Говорила много, интересно, весело и, что самое главное, почти не расспрашивала меня. Это было идеально.

— Итак, все собрались? — Заговорив, майор поднялся со стула. — Приветствую вас на борту «Стремительного», рядовые. Многие из вас уже в полной мере изучили распорядок дня, прожив на борту неделю, а кто и все две. Кто-то только сегодня ступил на его палубу. Но все вы, так или иначе, уже несете службу, подтвердив свое желание в тот момент, когда подписывали годовой контракт. Нам с сержантами предстоит подготовить вас к полноценной службе. Думаю, ни для кого не секрет, что не все так гладко, как предпочитают отчитываться официальные лица и СМИ. На границе идет война. Полноценная война. Можно назвать это стычками, пробой сил, но тем не менее, когда на границе гибнут люди — это война.

Прервавшись, чтобы его слова в полной мере дошли до присутствующих, майор внимательно осмотрел каждого. И может, мне показалось, а может, и нет, но на мне он задержал свой взгляд чуть дольше, чем на остальных. Едва уловимо ухмыльнулся, завершил осмотр притихших новобранцев и загадочно кивнул своим мыслям, качнувшись с пятки на носок.

Именно этот момент выбрала Миранда, чтобы легонько ткнуть меня локтем в бок и многозначительно поиграть бровями. Поджав губы, я скептично сморщила нос. Поняла, на что она намекнула. Кажется, майор решил положить на меня глаз, а возможно, и оба.

Не надо. Такого счастья мне не надо.

— Итак, продолжим. Наша задача — в кратчайшие сроки обучить вас элементарным вещам, которые должен знать каждый рядовой. Чуть позже вас поделят на команды из пяти человек, и в дальнейшем вы будете отрабатывать навыки оказания первой помощи именно таким составом. Четыре пятерки будут составлять роту со своим сержантом. Именно они ознакомят вас с уставами, которые вы должны выучить наизусть, и будут контролировать успешное выполнение таких предметов, как физическая подготовка, основные приемы самообороны и навыки обращения с оружием. Ваш профессионализм в медицинской сфере проверит капитан Транго, он подойдет чуть позже. Вопросы?

Кто-то в первых рядах поднял руку, и майор милостиво кивнул.

— Скажите, как произойдет деление? Дело в том, что мы тут с подругой, я бы хотела остаться с ней в паре.

— Мы уже учли это. — Кивнув, майор снова осмотрел аудиторию. — Еще вопросы?

— Нам выдадут форму?

— Обязательно, причем два комплекта.

— Скажите, а на корабле есть зоны отдыха или мы будем учиться круглосуточно?


Внимательно осмотрев парня, задавшего вопрос, майор усмехнулся.

— На вашей палубе имеется общая комната, где вы можете собираться для общения. Там же располагается столовая, тренажерный зал и комнаты для занятий. Ваши сержанты обязательно проведут экскурсию для тех, кто еще не успел ознакомиться с крейсером самостоятельно. Кроме того, в каждой комнате в отсеке над кроватью вы сможете найти инфопанели с выходом в галосеть. Естественно, пока мы в гиперпространстве, связь с внешним миром ограничена, но в базе крейсера загружено более десятка тысяч голофильмов, исторических и научных лент. Еще вопросы?

— Скажите, а где медпункт? — тут уже не выдержала я. Голова болела как проклятая, поэтому для меня это было актуально как никогда.

— Рядовой Брантеш? — Искренне удивившись, майор иронично уточнил: — Вас уже что-то беспокоит?

— Да.

Он наклонил голову, предлагая продолжить, и я, чувствуя на себе десятки заинтересованных взглядов, недовольно поджала губы, но ответила:

— Из-за гиперпрыжка у меня очень сильно болит голова. Я не могу определить причину боли сама и не имею подходящих лекарств.

— Насколько сильно?

Что?

Я непонимающе нахмурилась. Он же, недовольно и достаточно шумно выдохнув, терпеливо пояснил:

— Насколько сильно у вас болит голова, Брантеш?

— Очень. Из десяти баллов по Шангару на девять.

Майор задумчиво хмыкнул. Сидящие за столом сержанты странно переглянулись.

— У кого-нибудь еще есть вопросы?

Вопросов больше не было.

Пока я хмурилась, не понимая, почему мне не помогают решить мою проблему, майор констатировал:

— Тогда приступим ко второй части собрания. Сейчас сержанты будут зачитывать ваши фамилии, и вы один за другим будете подходить к стене и строиться в шеренгу. Затем организованно пройдете на пункт выдачи личных вещей, а затем и на экскурсию.

Завершив предложение кивком, майор тем самым завершил свою речь и отправился на выход.

Не доходя до нас с Мирандой пару шагов, он жестом предложил мне встать, добавив:

— А мы с вами, рядовой Брантеш, отправимся в медпункт.

Ну, слава тебе, пресвятая капельница! Я уж думала, помру прямо тут!

Миранда почему-то иронично улыбнулась.

Наплевав на то, как это выглядело со стороны, я торопливо встала и отправилась следом за задумчивым и очень сосредоточенным майором. Как и на планете, он шел очень быстро, так что я элементарно не могла ничего спросить, впрочем, сейчас и не было особого желания. Больше всего я хотела пару доз обезболивающего и чтобы голова перестала гудеть и раскалываться.

Шли мы не очень долго — поднялись на нашу палубу, но после лестницы повернули не налево, а направо. Там прошли мимо нескольких открытых дверей, за которыми виднелись ровные ряды самых обычных школьных парт, повернули и наконец, дошли до двери с табличкой «Медпункт».

Проведя ладонью перед идентификатором, располагающимся на уровне груди справа от двери, майор тем самым заставил ее открыться и прошел внутрь первым. Я зашла следом и тут же завистливо вздохнула — приемная этого медпункта была в любимом мною светло-зеленом цвете. Но не это было предметом моего восхищения. Вздыхала я потому, что обстановка была выполнена настолько профессионально, настолько элегантно, что впору кусать локти от зависти — в нашей больнице подобной сдержанной роскоши не наблюдалось. Полукруглый стол, чуть изогнутый буквой «С», несколько пейзажей на стенах, большое цветущее растение в кадке и уютный диван слева от двери. Этакий миниресепшен, но без секретаря. Справа еще одна дверь, из-за которой кто-то торопливо шел к нам.

И дошел. Высокий, сухощавый… смург. Удивленно моргнув, на секунду даже забыла о головной боли.

— Майор? — Мужчина, одетый в светло-зеленый врачебный халат, который достаточно интересно оттенял его голубую кожу, перевел удивленный взгляд с Джайстора на меня. — Уже первая пациентка? А не рановато? Занятия же еще не начались.

— Да, принимай. Жалуется на головную боль из-за гиперпрыжка.

— О? — Возбужденно блеснув черными глазами без белков, смург улыбнулся, показывая острейшие зубы.

Никогда не видела смурга так близко. Вообще считалось, что наши расы контактируют достаточно неохотно, в основном довольствуясь торговыми отношениями, так что сейчас я пребывала в некоторой растерянности. Смург на службе у Конфедерации? Удивительно!

— Девушка, могу я узнать ваше имя?

— Карина.

— Прелестно. А меня зовут доктор Рррушн. — Улыбнувшись еще шире, отчего меня едва не передернуло, смург жестом предложил мне пройти непосредственно в кабинет. Джайстору же достался жест, предлагающий присесть на диванчике.

Я удивилась вновь. Неужели этот эскулап имеет право указывать майору, что делать?

— Итак, дорогая Карина, рассказывайте.

Пока я пыталась задушить чувство зависти, которое все-таки расцвело пышным цветом, когда увидела невероятное множество новейшей техники и кое-что даже не смогла опознать, Рррушн уложил меня на кушетку, больше всего напоминающую кресло стоматолога, и присел рядышком на стул.

— Голова. Болит. Очень. — Ответив кратко, по его заинтересованному взгляду поняла, что этого недостаточно, и начала описывать симптомы: — Колет в висках и распространяется волнами к затылку. Там собирается в болезненное пульсирующее пятно.

— Понятно. — Кивнув, док вдруг усмехнулся, а затем неожиданно участливо поинтересовался: — Первый ваш гиперпрыжок?