Миссия в Арктику

Не нанесенная на карту шахта, чуть ниже «Лабораторий Кобой»


Шаттл посла Атлантиды мчался по громадной шахте, стараясь держаться поближе к стенам. Пару раз он даже чиркнул по ним брюхом.

Из пассажирского салона в кабину просунулась голова Артемиса.

– В этом действительно есть необходимость, капитан? – спросил он, когда в очередной раз они каким-то чудом избежали смерти. – Или вы хотите пустить нам пыль в глаза?

– А ты сам-то как считаешь? – усмехнулась в ответ Элфи.

Артемис вынужден был признать, что Элфи и не пыталась показушничать. Сейчас, в минуту опасности, капитан Малой была особенно красива. Красива, как «чёрная вдова». Согласно прикидкам Артемиса, его половая зрелость должна была наступить месяцев этак через восемь, и тогда он сможет взглянуть на Элфи несколько другими глазами. Хотя не стоило забывать, что ей уже около восьмидесяти лет.

– Я стараюсь держаться поближе к стене, чтобы не пропустить трещину, которая, по заверению Мульча, должна быть где-то здесь, – объяснила Элфи.

Артемис кивнул. Ах да, тот план, что предложил гном. Слишком невероятный, чтобы быть выполнимым. Он вернулся в салон, где Мульч проводил инструктаж.

Гном набросал на освещённой изнутри световой панели грубую схему. Честно говоря, некоторые обезьяны и то лучше рисуют. И от них намного приятнее пахнет. В качестве указки Мульч использовал морковку, точнее говоря, несколько морковок. Гномы очень любят морковь.

– Это «Лаборатории Кобой», – пояснил он, энергично двигая челюстями.

– Это?! – неверяще воскликнул Крут.

– Да, Джулиус, схема не отличается особой точностью, но…

Майор вскочил с кресла. Можно было подумать, что он тоже использовал нечто вроде гномьих газов, столь стремительным был его прыжок.

– Не отличается точностью? Да это же простой прямоугольник, клянусь богами!

– Это не имеет значения, – невозмутимо парировал Мульч. – А важно вот это.

– Вот эта кривая линия?

– Не линия, а трещина, – терпеливо поправил его гном. – Приглядись повнимательнее, и все сразу станет ясно.

– Я не обладаю таким богатым воображением. Ну хорошо, допустим, это трещина. И что с того?

– Правильно, в том-то и загвоздка! Понимаешь, обычно трещины в этом месте нет.

Крут снова принялся делать хватательные движения руками, будто бы душил воздух. В последнее время подобные приступы случались с ним все чаще. Но Артемис вдруг заинтересовался:

– И когда появляется эта трещина?

Мульч сразу принял загадочный вид.

– Мы – гномы, – туманно промолвил он. – Мы разбираемся в скалах. Ковыряемся в них много веков…

Пальцы Крута начали выбивать барабанную дробь на ручке электрошоковой дубинки.

– Эльфы не понимают того, что понимаем мы. Скалы живут. Они дышат.

Артемис кивнул:

– Разумеется. Тепловое расширение.

Мульч с победным видом дожевал морковку.

– Вот именно. И напротив, остывая, они сжимаются.

Ему всё-таки удалось завладеть общим вниманием. Даже Крут, нахмурившись, слушал его.

– «Лаборатории Кобой» построены на твердых породах, – продолжал гном. – Это три мили сплошного камня. Проникнуть в лаборатории невозможно, если не прибегнуть, допустим, к помощи каких-нибудь боеголовок. Но думаю, Опал Кобой сразу почует что-то неладное.

– Так, и что ты предлагаешь?

– Воспользоваться моим потайным ходом. Когда камень остывает, в нем появляется трещина. Я это знаю, потому что участвовал в строительстве лабораторий, отвечал за фундаментные работы. Так вот, трещина ведёт непосредственно под здание, принадлежащее Опал Кобой. Там ещё придётся поплутать, но полдела уже будет сделано – мы проникнем в лаборатории.

– А почему Опал Кобой не заметила эту трещину, раз она такая здоровая? – недоверчиво спросил майор. – Трещина, разумеется, а не пикси.

– О, я не назвал бы трещину здоровой.


– Но она большая?

– Не знаю, – пожал плечами Мульч. – Может, метров пять… В самом широком месте.

– Все равно это слишком большая трещина, чтобы её не заметить.

– А её очень трудно заметить. Ведь большую часть времени её просто нет, – перебил майора Артемис. – Верно, Мульч?

– Большую часть времени? Это слишком мягко сказано. Да её, считай, вообще не существует…

Крут снова потерял самообладание. Он терпеть не мог, когда вот так мотают нервы.

– Говори, каторжник, пока на твоей заднице не появилась ещё одна отметина! – взревел он.

Мульч обиделся.

– Перестань кричать, Джулиус. От твоих криков у меня борода завивается.

Крут открыл холодильник и подставил лицо под струи холодного воздуха.

– О’кей, Мульч. Итак, как долго твоя трещина остается открытой?

– Три минуты максимум. В последний раз я использовал крылья и герметичный комбинезон. Чуть не остался там и не изжарился.

– Чуть не изжарился?

– Попробую догадаться, – снова встрял Артемис. – Трещина открывается только в том случае, если камень остывает до определённой температуры. И скорее всего трещина проходит рядом с какой-нибудь шахтой. А когда камень в шахте холоднее всего? Перед очередным выбросом магмы. Все просто.

Мульч подмигнул ему.

– Умный мальчик, – похвалил он. – В общем, времени в обрез. Если тебя не раздавят скалы, то испепелит магма.

Внезапно из динамиков раздался голос Элфи:

– Кажется, я что-то заметила. Может, это тень, а может, трещина в стене.

Очень довольный собой Мульч пустился в пляс.

– Теперь, Джулиус, можешь повторить ещё раз. Я был прав. Ты мой должник, Джулиус!

Майор потер пальцем переносицу и поклялся никогда больше не покидать свой любимый кабинет – если, разумеется, они останутся живы.





«Лаборатории Кобой»


«Лаборатории Кобой» были окружены плотным кольцом гоблинов. Вооруженных до зубов и жаждавших крови. Дубина, грубо подталкивая в спину стволами «тупорылов», провели мимо вражеской армии. Опустив стволы, стояли на башнях отключенные ДНК-пушки. Пока отключенные. Как только Дубин почувствует, что триада Б’ва Келл ему не нужна, пушки будут снова включены.

Майора провели во внутренние покои и заставили опуститься на колени перед Опал Кобой и генералами Б’ва Келл, но как только солдаты удалились, Дубин поднялся на ноги и взял командование на себя.

– Все идёт в строгом соответствии с планом, – сообщил он, погладив Опал по щеке. – Через час Гавань окажется в наших руках.

Однако генерала Кривца было не так просто убедить.

– Город мог оказаться в наших руках значительно быстрее, будь у нас несколько бластеров, разработанных Кобой.

Дубин тяжело вздохнул.

– Мы это уже обсуждали, генерал, – сказал он. – Мы вывели из строя все нейтринное оружие, вообще все. Будь у вас эти бластеры, вы бы сейчас тоже воевали электрошоковыми дубинками.

Кривец отступил в угол, нервно облизывая глаза.

Разумеется, гоблинам не выдали нейтринное оружие вовсе не поэтому. Дубин не собирался вооружать триаду, которую вскоре намеревался предать. Как только Б’ва Келл разберется с Советом, бластеры полиции чудесным образом снова заработают.

– Ну, как наши дела?

Опал, поджав ножки, весело крутанулась на своем любимом кресле.

– Превосходно. Главные двери были снесены через несколько секунд после того, как ты убыл на переговоры.

– Это я вовремя, – ухмыльнулся Дубин. – Вдруг попал бы какому-нибудь гоблину под горячую лапу.