Миры за гранью. Тетралогия

				— Как это у отрядного мага, собравшегося приобрести стаю бхутов, и не будет пары-тройки запасных накопителей магической энергии? — вопросом на вопрос ответил я ему.

				Тот лишь кивнул на мои слова и, сделав пару шагов по направлению ко мне, протянул достаточно крупный зеленоватый кристалл.

				— Недавно на него наткнулись, достался нам как трофей, — пояснил маг наёмников. — Правда, он не заряжен, — развёл он руки в стороны.

				— Не беспокойся, это как раз то, что нужно, — пробормотал я больше для себя, чем для него, беря в руки увесистый кристалл.

				«Неплохой накопитель, надеюсь, его хватит на все ошейники».

				Мои мысли между тем крутились вокруг того, что я должен сделать и как это всё будет происходить.

				Я обернулся ко всем присутствующим:

				— Тут такое дело, я не знаю, как и что получится и, самое главное, как отреагируют звери, так что вам лучше выйти. — Однако, заметив, что никто даже не двинулся с места, попросил: — Вы тогда хоть дверь в клетку заприте. — Я кивнул в направлении решётки.

				Это наёмники сделали тут же. Видимо, и правда соскучились по развлечениям, коль всё ещё толпились здесь.

				Или всё дело в их командире, который больно странно посматривал на одетые на бхутов ошейники, будто раньше уже встречал подобные и знал, для чего они могли предназначаться.

				Так, работаем с первым ошейником.

				«Вирт, сделай копию внедрённого плетения, может, пригодится когда-нибудь», — отдал я приказ кластеру.

				«Выполнено», — ответил он.

				«Хорошо», — отметил я и незаметно внедрил в вынутый из ножен кинжал нужное плетение, прерывающее поступление менто-энергии в ошейник.

				Приступаем.

				Накопитель прикладываю к месту, где располагается канал получения менто-энергии из ошейника, и закрепляю на него нить. И практически сразу замечаю, как бодрым ручейком пошёл отток энергии из ошейника. Второй рукой резко разрезаю тонкую бечёвку в одной из узловых точек её менто-информационного поля, прервав тем самым связь этого садистского амулета с животным.

				«Смотри-ка, сработало», — сам себе удивился я.

				Щенок вяло шевельнулся.

				Оставив его лежать на полу, я подошёл к следующему. Повторение процедуры — и ещё один маленький такой бульдог шевельнул лапой.

				Потом ещё к одному.

				Всё, угрозу от щенков отвели. Теперь их мамаши.

				Хуже всего было одной из молодых самочек. Диагност отнёс состояние её здоровья к красному уровню. То есть требовалось наше экстренное вмешательство. И в чём дело.

				Понятно. Она и сама ещё щенок, но уже подросший. Да к тому же ощениться месяцев через пять должна, по прогнозу моего Диагноста.

				Что мы можем для неё сделать?

				Снимаем ошейник.

				Дальше. Камень жизни. Как повезло, что он полностью заряжен!

				«Вот чёрт, я же его оставил, чтобы подлечить то странное существо, — вспоминаю я. — Тогда что?»

				Да то, что я, по сути, проделал с возвратным камнем, когда создавал дубликат и в итоге получил телепортационный. Сейчас процедуру нужно повторить.

				Различных драгоценных камешков и всяких кристаллов у меня уйма, вот и сделаю из одного из них простой лечебный амулет на основе плетения «Восстановление средних ран».

				Подбираю небольшой тёмно-серый кристалл, переполненный энергией жизни, чья структура идеально подходит под внедрение именно этого плетения. По крайней мере, как раз такие рекомендации выдал мне Вирт. Дополнительно он подготавливает необходимую для слияния виртуальную модель менто-информационного поля кристалла с уже внедрённым в него лечебным плетением. После чего мы с Искателем производим слияние полученной кластером ментальной модели будущего артефакта и реального материального носителя. И — вуаля, у меня в руке лежит готовый лечебный амулет четвёртого уровня, как определил Вирт, и, судя по расценкам на различных торговых биржах и площадках нейтральных миров, которые кластер теперь постоянно проверяет и контролирует, этот амулет достаточно редкий и ценный.

				В будущем это нужно учесть. Во-первых, это неплохие деньги, а во-вторых, это заметный артефакт, который может привлечь как клиентов, так и нежелательное внимание. Будем разбираться. Но не сейчас.

				Подкладываю амулет под переднюю лапу животного как раз напротив её сердца. Вирт выделил именно это место. Вижу, как начинает действовать встроенное в амулет плетение, как раскручивается тонкая энергетическая сеть, воздействующая на повреждённые или поражённые области и органы, а затем постепенно восстанавливающая их. И как полностью окутывается ещё не окрепший, совсем крошечный плод в животе самочки бхута.

				«Постойте-ка, там два щенка!» — вглядевшись, различаю я.

				Понаблюдав немного за лежащим животным, я понял, что сила плетения и природная регенерация бхутов понемногу вытаскивают самочку из-за границы смерти. Всё, она вне опасности. Как и её будущие детеныши.

				«Успел». Я погладил её по спине и повернулся налево, посмотрел туда, где лежали другие звери.

				Следующая самка, и ещё одна. С ними никаких проблем.

				Как только они пришли в себя, первым делом отыскали взглядом щенков и поползли к ним.


				Теперь самец.

				Ошейник на пол.

				Зверь осторожно поднимается на лапы. Хищный оскал на его морде. Практически мгновенное восстановление сил. Он готов к бою. Бешеный, убийственный взгляд прирождённого хищника, бойца, охотника упирается в меня.

				Наёмники под воздействием этой дикой мощи отшатнулись от клетки, только Ралия подошла поближе.

				— Не нужно, — сквозь глухое рычание послышался её тихий голос, — пожалуйста, не надо.

				И не понятно, к кому она обращалась. К одному дикому зверю или ко второму, который застыл напротив бхута.

				Её слова, словно сквозь туман, достигают моего сознания.

				Щенки скулят и испуганно жмутся к дальней стене зверинца. Самки прикрывают их своим телом.

				Самец-бхут, оскалившись, прижавшись брюхом к полу, готовится кинуться на меня. Это почему-то меня только смешит.

				— Ну, никакой в вас благодарности, — громко говорю я и, поворачиваясь, иду к выходу из клетки.

				Сзади раздаются крадущиеся тихие шаги.

				— Сидеть, — тихо говорю я и мысленно дублирую свою команду, вложив в неё всю силу и мощь, которые бурлят во мне сейчас, стараясь удержать того внутреннего зверя, что поселился во мне ещё там, в тёмных дебрях Леса. — Сидеть и вести себя тихо, — оглянувшись и посмотрев прямо в глаза бхуту, который уже почти подобрался ко мне, веско повторяю я. — Ждать меня здесь.

				И, отвернувшись, выхожу за дверь клетки, закрывая её за собой и наблюдая, как бхут, ещё раз посмотрев на меня, идёт к своей, моей стае.

				Минотавр был не прав. Это не Ралия приручила его стаю. Они лишь охраняли её, как молодую самочку, прибившуюся к их стае, перед тем как их поймали в магическую ловушку. Их и поймали по той причине, что они не смогли найти того, кто будет заботиться о стае. Вожака у них до сих пор не было, был лишь защитник — очень сильный, но не слишком умный бхут. Хороший боец и воин.

				Но его тяготило бремя заботы о стае. Он и сам хотел свалить его на кого-то другого. Но до сих пор не встретил никого, кто смог бы убедить его в своём праве главенствовать над ним.

				И тут нарисовался я. И как результат — у них теперь есть вожак.

				«Не грустите, — мысленно сказал я им, — я скоро вернусь».

				Мне вслед раздался радостный лай.

				«Ну, точно, собаки», — подумал я.

				«Отдыхайте. — Я мысленно представил Глеоса. — Он вам скоро принесёт ещё еды, а то этой не хватит, чтобы восстановить ваши силы. Не обижайте его. Он тоже из нашей стаи».

				«Тут очень плохо, — раздался тихий, слабый голос у меня в голове, — мы не можем тут».

				Я понял по направленному на меня взгляду, что говорит со мной одна из самочек.

				«Скоро я уведу вас в новый дом. Надеюсь, там вам будет гораздо лучше. Если я выпущу вас сейчас, это будет опасно. Я не хочу потерять вас».

				«Мы подождём», — ответила всё та же самка.

				«Да, и пусть она пока лежит. Ей нельзя вставать и шевелиться. — Я мысленно представил молодую самочку. — Она очень пострадала».

				«Почему?» — вопрос так и витал в воздухе.

				«У неё будут щенки. Два», — ответил я.

				«Мы позаботимся о ней», — ответила вторая самка.

				«Хорошо».

				И я, сделав шаг к решётке, просунул руку сквозь неё. Ко мне несмело подошёл бхут-защитник.

				«Ты молодец. Ты очень хорошо заботился и заботишься о стае. — Я погладил его по склонившейся к моей руке голове. — Лучшего защитника, чем ты, нам не найти».

				Никогда не думал, что такие страшные клыкастые морды могут так радостно улыбаться.

				«Ну всё, иди, — сказал ему я, похлопав на прощание по шее. — Ах да. И этого не трогайте, — кивнул я на распростёртое тело миносца. — Он не враг. Пусть живёт. Я за ним приду».

				«Хорошо», — вильнул хвостом защитник.

				Я обернулся и увидел лица местных, поражённо смотрящих на это представление.

				— Всегда любил таких добрых и симпатичных пушистиков, — пожал я плечами.

				— Мы сейчас с тобой об одном и том же говорим, — уточнил у меня Слим, — о бхутах? — И обернулся к наёмникам: — А миносец-то, похоже, зря на девчонку наезжал. У стаи-то появился совсем другой хозяин. И откуда только такие челы, как ты, берутся? Приходят. Мимоходом уделывают одного из самых сильных бойцов гильдии, без страха входят в клетку к диким бхутам, да ещё потом так же спокойно выходят из неё, при этом сами бхуты слушаются его как ручные. Так откуда ты?

				— Как я сказал одному очень пожилому и мудрому троллю, от мамы с папой, как в общем-то и все остальные. — Я прошёл к выходу. — Идёмте, у нас ещё остались незаконченные дела, — кивнул я Лениавесу и Глеосу, а потом осторожно взял за руку Ралию и ласково сказал: — Пойдём, познакомлю вас с братом с остальными.