Миллиардер и девственница

Роб вздохнул. Он уперся руками в бока и принялся изучать пляж. Время близилось к полуночи, начался прилив. Луна освещала темные воды океана, и волны ритмично накатывали на берег. Пляж, обычно переполненный в дневное время, был совершенно пуст в этот поздний час. Это будут только он и Марджори.

Роб задержался еще на мгновение.

— На мне нет плавок.

— На тебе боксеры или трусы? — крикнула она мужчине, брызгая водой в его сторону.

— Тебя не смутит, если я скажу ни то, ни другое? Я — коммандос. Всегда наготове.

Ее ошеломительное хихиканье разнеслось по ночному воздуху, делая его член еще тверже.

— Неужели?

— Да. Ты всё еще хочешь поплавать со мной?

— Да, — крикнула она. — Я обещаю не смотреть. — И она повернулась к нему спиной.

Ну, черт возьми, Роб вроде как хотел, чтобы Марджори посмотрела.

«Девственница», — напомнил он себе. Вздохнув, мужчина огляделся и бросил брюки на песок. Это будет огромной гребаной ошибкой — он просто знал это. Но его тянуло к резвящейся Марджори в бикини, как мотылька к огню.

Вода оказалась чертовски холодной, и он взвизгнул, когда она ударила его по голым яйцам.

— Господи, да ты чертова лгунья! — крикнул он. — Вода как лед!

Марджори только хихикнула, ее руки двигались по воде, пока девушка продолжала смотреть на горизонт, не смотря в его сторону, пока Роб опускается в воду. Но он ждал, что Марджори обернется и взглянет на него. Роб так хотелось, чтобы девушка посмотрела на него удивленными глазами, смотря на его достоинство, как было утром в его номере.

Но с другой стороны, учитывая, что член, вероятно, съежился от холода, — то, что девушка не смотрела на него было даже к лучшему.

— Ты ужасная, просто ужасная маленькая дразнилка, — прорычал Роб себе под нос, пробираясь к девушке. Вода становилась всё глубже. — Теперь уже по пояс, и когда прилив отступил, океан засасывал его и тянул за собой. Паника снова зародилась в нем. — Вернись, — крикнул мужчина Марджори. — Не уходи так далеко, мать твою!

— Это недалеко, — сказала она легко, танцуя в нескольких футах от мужчины. — Вода едва достигает уровня груди.

— Да, но я ниже тебя ростом, — сказал он. — Я могу утонуть, если уйду так далеко.

Марджори повернулась и, нахмурившись, плеснула на него водой.

Роб поднял руки, чтобы заслониться от ледяной волны, и усмехнулся:

— Зато это привлекло твое внимание.

— Ты — жестокий человек, — сказала она игривым тоном, подразумевая вовсе не это. Черт, только эта дразнящая нотка в ее голосе заставила его член снова стать твердым, и не важно ледяная вода или нет.

— Это ты жестокая! — подметил он. — Пытаешься утопить меня здесь, в воде. — Роб провел рукой по поверхности. — А акулы плавают по ночам? Нам нужно беспокоиться об этом дерьме? Или насчет водоворота?

— Всё в порядке, — успокоила его Марджори. — Не волнуйся. Я здесь, рядом с тобой.

— Ненавижу эту гребаную воду, — проворчал недовольно Роб. — Чертовски ненавижу! Не могу поверить, что ты заставляешь меня зайти так глубоко.

— Но ведь всё не так уж и плохо, правда? — Марджори придвинулась к мужчине на несколько футов, достаточно близко, чтобы Роб мог разглядеть этот сияющий озорной огонек в ее глазах. Вода, игриво плещущуюся чуть ниже ее груди, заставляла его взгляд опускаться и пялиться на эти шикарные сиськи в крошечном бикини, но стараясь быть хоть немного джентльменом, Роб заставил себя с большим трудом оторваться от желаемого объекта и смотреть в глаза Марджори.

В таком случае ему понадобится медаль за святость.

Что-то коснулось его ноги, и Роб взвизгнул и двинулся к Марджори в воде.

— Что это было, черт возьми?

— Это была моя нога, — девушка не удержалась и хихикнула.

— Господи, не делай этого снова! — Его сердце бешено колотилось в груди.

— Ты действительно боишься, да?

— Кажется, у меня посттравматический синдром после того, как я чуть не утонул на прошлой неделе. Это не особо беспокоит меня, пока я не захожу дальше, чем по щиколотку. Черт, я даже ванны больше не люблю. Только душ.

— Бедный малыш, — успокаивала Марджори своим дразнящим голосом, и ее руки потянулись к его шее и обвились вокруг него. — Я прямо здесь. Ты можешь опереться на меня, если нужно.

— Вот как? — его руки легли ей на талию, лаская кожу чуть выше бикини. Роб не знал, что пробудило в Марджори эту игривую сторону, но ему это однозначно нравилось. Мужчина притянул девушку ближе, и накрыв ее губы своими, нежно поцеловал Марджори. — Если ты почувствуешь, как что-то вонзается тебе в живот, то это не Лохнесское чудовище, а всего лишь мой член.

Марджори снова рассмеялась, но Роб снова накрыл ее губы своими.

На этой неделе Роб узнал один интересный нюанс: каждый поцелуй с Марджори становился всё лучше и лучше. Возможно, у нее не было большой практики ранее, но теперь, когда их губы встретились, девушка так же страстно желала его, как и Роб Марджори. Теперь ему не требовалось подсказывать девушке следующие действия, она сама шла ему навстречу. Ее язык скользнул в его рот, а губы были слегка приоткрыты и полны желания, когда они целовались и сливались друг с другом в пылких объятиях. Губы Марджори были сладкими как мед, язык дразнящим, и Робу захотелось утонуть в ее вкусе. Целовать Марджори стало настоящей пыткой. Восхитительно! Ему нравилось целовать ее больше, чем он мог предположить… и было настоящей пыткой: Роб знал, что дальше этого дело не дойдет. Но член его совершенно не слушался. Он, очевидно, был большим оптимист, чем сам Роб, и его член продолжал быть твердым от предвкушения, прижимаясь к ее животу. Мужчина слегка отодвинул свои бедра назад, стараясь не смутить своим стояком Марджори.


Но сегодня вечером всё стало немного иначе, когда они целовались, руки девушки переместились с его шеи на плечи. Ее длинные пальцы ласкали его кожу. И Роб вздрогнул от этого легкого, испытывающего прикосновения.

— Черт возьми, мне так хорошо, когда ты прикасаешься ко мне, Марджори, — прошептал он ей в губы.

— А мне нравится прикасаться к тебе, — застенчиво проговорила она, слегка прижимаясь губами к его губам. Руки девушки скользнули к его бицепсам, и она сжала их, проверяя мышцы.

Роб застонал: его мозг сравнил это небольшое исследовательское сжатие пальцем, с тем, что Марджори делает то же самое с его членом. Теперь мужчина изнывал от желания, пульс участился от легких прикосновений.

— Роб, — произнесла она мягким голосом, прижавшись губами к его верхней губе, а затем к уголкам рта.

— Да?.. — Мужчине потребовалась вся его выдержка, чтоб не схватить девушку и не прижать ее бедра к своему члену, желая показать насколько сильно он хотел ее. Определенно, Роб стремился к святости.

— Почему мы никогда не заходили дальше поцелуев?

О! Боги!

— Потому что ты девственница, любимая. Последнее, что я хочу сделать, так это напугать тебя или заставить чувствовать давление с моей стороны.

Руки Марджори скользили по его бокам, вверх и вниз, изводя мужчину своими нежными игривыми движениями.

— А что, если… что, если я возьму инициативу на себя?

Роб замер, собираясь с мыслями.

— Что… ты имеешь в виду?

— Я хочу прикоснуться к тебе, — прошептала она ему в губы. — И я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Может, попробуем вторую базу?

— Милая, мы можем сделать все, что ты захочешь. Но ты должна напомнить мне, что такое «вторая база». — Прошло слишком много времени с тех пор, как он встречался с кем-то, кто упоминал слово «базы». — Если вторая база — анальная, то ответ однозначно «да».

У Марджори перехватило дыхание.

— Нет, не анальная!

— Вот же черт! Что же это тогда? — Его руки потянулись к гладко зачёсанному конскому хвосту Марджори и стянув резинку, Роб распустил ее волосы по влажным плечам. Такая нежная и милая, его Марджори.

— Ну это… ты знаешь. Ласки выше пояса.

Роб практически видел, как ее щеки заливаются румянцем.

— Вот как? Но ты уже ласкаешь меня.

Ее руки всё еще скользили по его бокам, а сам мужчина продолжал стоять на месте и не касаться ее.

— Роб, — сказала она умоляющим голосом. Марджори уткнулась носом ему в шею, прижимаясь щекой к его плечу.

— Ты знаешь, о чем я говорю…

— Ты просишь меня прикоснуться к тебе? — неуверенно спросил Роб.

Черт побери! Должно быть наступило Рождество?!

Марджори кивнула, ее кончик носа касался его разгоряченной кожи, а щека всё еще была прижата к его плечу. Если девушка сдвинется еще на дюйм, его член вонзится ей в живот.

— Я прикоснусь к тебе, — сказал он, скользя руками по ее спине. — Но ты должна сказать мне, если испугаешься или почувствуешь себя неловко. Я не хочу давить на тебя или сделать что-то недозволительное.

— Всё в порядке, — голос был таким тихим, что Роб едва расслышал ее слова.

— Ты сказала, что уже проходила вторую базу?

— Один раз, — призналась она. Руки девушки обвились вокруг мужчины, и Роб почувствовал, как ее пальцы прошлись по спине, точно вторя его жестам и прикосновениям. — Кажется, я упоминала о вечеринке, на которую ходила? Я была пьяна, и тот парень тоже. А когда протрезвел и увидел, какой я оказалась высокой, растрезвонил всем своим друзьям, что в тот вечер у него были залиты глаза алкоголем.

— Это гребаный маленький засранец. — Его пальцы сжались в кулаки. — С твоим ростом всё в порядке, Марджори. Это просто дает тебе дополнительные шесть дюймов длинных ног, и я чертовски люблю твои ноги.

— Вероятно, ты единственный, кто так думает, — прошептала она и прижалась к мужчине, прежде чем Роб успел предупредить ее… Его член прижался к ее теплому телу, и Марджори задохнулась от переизбытка эмоций, но так и не отодвинулась. — Это… это…

— Ага. — Роб провел пальцами по изгибу ее спины. — Я пытался скрыть от тебя свой стояк, но, похоже, ничего не вышло. Хочешь, я пойду надену джинсы?

— Я… нет… — она вздохнула и прижалась к мужчине еще теснее. — Мне это нравится.

О боги! Черт возьми! Она прижималась к его члену бедрами. Марджори словно читала грязные мысли Роба.

— Боже, ты совершенство, ты это знаешь?

— Мне нравится, когда ты так говоришь, — тихо прошептала она и прижалась губами к его шее.