Месть железного дворфа

Было ли это воспоминание? Или предчувствие?

Кэтти-бри растерялась, сцена исчезла, и волшебнице не удалось вызвать ее снова. Она постаралась подавить раздражение – в конце концов, заклинания ясновидения всегда позволяли видеть лишь половину правды, образы, не привязанные к конкретному времени и пространству. Она упрямо цеплялась за свою магию. И тогда она увидела факел, а сквозь пламя факела разглядела вырубленный в скале зал.

Был ли это снова Фелбарр? Адбар? А может быть, нижние уровни Мифрил Халла?

Итак, перед Кэтти-бри открылась панорама какого-то подземного города. Повсюду бродили дворфы, с мрачными лицами, исхудавшие, шатающиеся от слабости. Это был не Мифрил Халл и не Фелбарр, потому что часть города находилась на поверхности.

«Адбар», – решила женщина.

Она услышала жалобные стоны, доносившиеся из-за дверей, из окоп. Она ощутила гнев, беспомощность, отчаяние, голод.

Голод был сильнее всего.

Жители умирали с голоду. Она видела на городской площади кучи трупов стариков и детей.

Трупы превратились в нечто бесплотное, исчезли, но она ощущала их присутствие.

Она заметила двух истощенных до предела дворфов; они спотыкались, шатались, едва могли идти.

Кэтти-бри откинулась на спинку кресла, и картина исчезла. Она попыталась убедить себя в том, что просто закончилось действие заклинания, но в глубине души понимала – это самообман. Просто она не в состоянии была больше смотреть на это.

Волшебница довольно долго сидела, размышляя об увиденном, пытаясь найти в призрачных картинах какой-то смысл, разделить изображения во времени, отделить воспоминания от предчувствий и образов настоящего.

Она услышала, как открывается дверь, и поняла, что вошел Дзирт.

– Мы должны найти выход отсюда, – произнесла Кэтти-бри прежде, чем он приблизился к ней.





* * *


Реджис в смятении и страхе прижался ко дну речки. Он некоторое время ползал в воде, пытаясь найти какой-нибудь камень, за которым можно было бы спрятаться, затем повернул обратно, к тесному туннелю с низким потолком, где копья не могли его достать.

Но почему они напали на него? Это не имело совершенно никакого смысла.

Копье стукнуло о дно реки прямо перед носом у Реджиса, и он поспешно отпрянул.

Что он сделал не так? Почему они атаковали полуодетого хафлинга?

А потом он вспомнил, что он сейчас вовсе не хафлинг – по крайней мере, внешне.

Реджис прикоснулся к берету и снова обрел свой естественный облик. Прежде чем вынырнуть из воды, он закричал, но в результате получились лишь какое-то неразборчивое бормотание и стайка пузырей. Он выпрямился, расплескивая воду, отчаянно замахал руками и завопил: «Подождите! Подождите!»

Однако в этот момент его сильно ударила брошенная кем-то дубина, и Реджис снова упал в реку, практически лишившись сознания. Он почувствовал, что безвольно качается на воде, затем чьи-то сильные пальцы схватили его за правую руку, потянули наверх, грубо и бесцеремонно поставили на берег.

Реджис тяжело рухнул на камни. После удара дубиной по голове он едва соображал, что творится вокруг, все было как в тумане. Когда его рванули, проклятый наконечник копья шевельнулся в ране, и все его маленькое тело содрогнулось от невыносимой боли.

– Подождите… подождите, – умоляюще бормотал он.

Он услышал, что вокруг собираются люди, услышал чьи-то голоса, которые, казалось, доносились откуда-то издалека.

Один голос был громче остальных. Он заставил всех умолкнуть, и вскоре зазвучал второй голос, произносивший нараспев магические слова.

Реджис почувствовал, как целительное заклинание изгоняет боль, ощутил тепло и снова вернулся в мир живых. Ему стало легче дышать, боль утихла, туман в голове рассеялся, и он испытал огромное облегчение. Ему удалось открыть глаза.

И он снова ахнул от ужаса, почувствовав, как в горло ему уперлось острие меча. Он взглянул на серебристый клинок, сверкавший в свете факелов; клинок был так близко – казалось, сейчас меч пронзит его. Затем взгляд Реджиса остановился на владельце меча.

Точнее, на владелице. У женщины были длинные темные волосы, большие, блестящие карие глаза, крепкая фигура. Вся она словно излучала энергию и здоровье.

– Говори, кто ты такой и зачем пришел, хафлинг! – приказала она. – Или гоблин.

– Хафлинг, – проквакал он.

– Когда он появился, то был гоблином, – возразил какой-то человек.

– Это маскировка, – прошептал Реджис и неловко показал на свой берет. – Магическая шапка.

– Докажи, – потребовала женщина с мечом.

Реджис медленно поднял руку, постучал по берету и снова превратился в гоблина. Женщина и все остальные в изумлении ахнули, несколько человек злобно заворчали. Реджис поспешно стянул берет с головы и тут же принял свой настоящий облик.


– Меня зовут Реджис, – откашлявшись, произнес он. – Я друг короля Бре… короля Коннерада. И Дзирта До’Урдена.

– Друг дроу! – раздался чей-то голос, и Реджис услышал, как некоторые с отвращением сплюнули.

– Нет, – выпалил Реджис. – Я сражался в Несме. Сражался против дроу и против орков, и…

Женщина убрала меч, помогла хафлингу сесть, и он поморщился: заклинание целителя приглушило боль, но из плеча-то у него по-прежнему торчал наконечник копья.

– Как ты сюда попал? – спросила женщина.

– Мы отправились в Мифрил Халл, чтобы привести в Несм подмогу, – начал Реджис. – Но не добрались туда. Путь в Мифрил Халл закрыт. Потом мы хотели проникнуть в твердыню Фелбарр.

– Отсюда очень далеко до Фелбарра, – заметила женщина.

– Я понятия не имею, где нахожусь, – признался Реджис.

– Ну что ж, если ты тот, за кого себя выдаешь, тогда знай, что ты среди друзей. – С этими словами женщина убрала меч в ножны.

– Я не ожидал найти друзей здесь, внизу.

– Мы – единственные выжившие защитники Сандабара, – объяснила женщина. – Я капитан-рыцарь Алейна Сверкающее Копье из Серебристой Луны, но во время осады Сандабара я находилась на службе у короля Огненного Шлема и была там, когда город пал. Мы бежали через зернохранилища в пещеры Вечного Огня, и вот мы здесь, прячемся в вечной тьме Подземья.

– Сандабар пал, – беззвучно прошептал Реджис и тряхнул головой. – Да, мы слышали об этом. Вот почему мы решили пробраться в Мифрил Халл. Мы знали, что Несму не выстоять. – Он смолк и с любопытством посмотрел на женщину-рыцаря. – Но ведь это произошло несколько месяцев назад.

Алейна ответила мрачным взглядом.

– Мой друг знает исцеляющие заклинания, – сказала она. – Позволь ему взглянуть на твои раны.

Реджис хотел было кивнуть, но замер и резко схватил жреца за запястье.

– Мой друг!.. – воскликнул он. – Ему твои заклинания нужнее, чем мне.

– «Друг»? – переспросил жрец и обернулся к реке.

– Он остался в пещере, ниже по течению, – объяснил Реджис. – Я спрятал его под кучей камней. Я должен вернуться к нему. – Он начал подниматься, но Алейна положила руку ему на плечо.

– Ты оставил товарища на другом конце этого туннеля? – произнесла она и с вопросительным видом посмотрела на жреца.

– Да, – подтвердил Реджис, – но туда далеко плыть.

– А как ты сам сумел проникнуть сюда? – спросила она. – Тем более против течения! Какой же еще магией ты владеешь, Реджис из Несма?

– Больше никакой! – выпалил он. – Но вообще… есть немного. Я родом из Агларонда, из города Дельфантл, что на берегу Моря Падающих Звезд. Я был ныряльщиком и зарабатывал себе на жизнь, добывая устриц и жемчуг. Так что проплыть небольшое расстояние под водой мне совсем не трудно.

На лицах людей появилось выражение недоверия.

– Сколько друзей у тебя там, на другом конце туннеля? – наконец спросила Алейна.

– Всего один. Мы должны поспешить, прошу вас!

Алейна взглянула на жреца:

– Сколько?

Жрец обернулся, позвал каких-то людей и через минуту ответил:

– Сейчас у нас есть пять заклинаний.

– Значит, я и ты, – сказала Алейна и начала отстегивать пояс с мечом. – Одно для хафлинга…

– Каких заклинаний? – спросил Реджис.

– Для того чтобы дышать под водой, – объяснил жрец.

– Мне оно не нужно, но понадобится моему другу.

– Плыть далеко, – напомнила ему Алейна.

– Я только что проделал этот путь, причем двигался довольно медленно.

– Тогда с нами пойдет Торваче, – решила Алейна и сделала знак крепко сложенному мужчине, стоявшему неподалеку; он тоже начал снимать доспехи.

– Мне кажется, тебе не стоит идти, капитан, – заговорил жрец. – Возможно, это ловушка.