Мемуары оборотней

– По-моему, вы с-слишком самонадеянны, м-молодая леди. К тому же откуда вы в-все узнали? Ах да, в-вы же из бу-ду-ще-го! Конечно, я в это не в-верю, самое большее, в-вы состоите в каком-нибудь научном обществе и все ваши открытия сделаны с п-помощью спиритизма и маг-не-ти-зер-ства-а. Как всегда, объяснение самое б-банальное.

– Почти угадали. – Я решила слегка подыграть ему, чтобы человек почувствовал свою значимость. Ему это сейчас было необходимо.

Его лучший друг женился и ничего ему не сказал, не пригласил на свадьбу шафером, к тому же вообще больше не хочет иметь с ним дел (по своей воле или нет, без разницы). Естественно, что самооценка бедного Ватсона упала ниже плинтуса. Кто бы спорил…

– Но я думаю, вы уже убедились в прошлый раз, что мы друзья и готовы пожертвовать жизнью ради мистера Шерлока Холмса. Вы можете нам доверять.

Вместо ответа, опустив голову, доктор что-то пробурчал в седеющие усы, но я видела – он уже смирился, что мы снова полезем в их с Холмсом жизнь и будем помогать ему даже против его воли.

Каково же было мое удивление, когда на пути к «Королеве Виктории», на повороте, нас едва не сбил катящийся сверху кубарем мой муж. Ухохатывающийся кот стоял на узкой тропинке шагах в двадцати над нами.

Я не поверила своим глазам. Эти двое явно были пьяны.

– Когда ты успел?! – напустилась я на командора, пытаясь поднять его за шиворот.

Алекс что-то невнятно промычал и страдальческим взглядом вперился в доктора.

– К-контрабандное бренди? – с первого взгляда опознал Ватсон. – Итак, мой друг, в-вы тоже нашли это чудесное з-заведение?

– Ик! – громко подтвердил агент 013 сверху.

Я скрипнула зубами. Получается, что мы шли как раз по направлению к этому проклятому гнезду разврата!

– М-милочка, – чуть заплетающимся языком начал Пусик, осторожно, бочком-бочком спускаясь ко мне. – Дело ф том, что при от-теле «Виктория» ессть такой чудессный кабачок… Мой напарник п-пытался вссе выясснить про местонах-хождение доктра. Но британцы ник-кому не раскрывают т-тайн. Они… эта… крем-мень!

– Это верно, – с достоинством произнес старина Ватсон, отступая в сторону, когда оступившийся кот пушистым комком пролетал мимо. – Держу пари, г-господа, вам пришлось п-подпоить бармена.

– Как вы д-догадались, сэр? – наконец подал голос мой муж, на автомате ловя напарника.

– Элементарно, сэр. – Похоже, Ватсон произнес эту фразу впервые. – Вы в-выглядите прям как я п-позавчера, а я пью с этой р-рыжей ирландской сктиной уже третий день.

– И что вам удалось узнать, олухи? – чуть не плача от отчаяния, прорычала я.

– То, что Ватсн… жи-вет в другом о-те-ле! – хором подтвердили мои напарники.

Я мысленно пообещала себе первым делом по возвращении на Базу закодировать обоих.

Взяв под руку Алекса и за лапу кота, я кивком головы позвала Ватсона идти за нами. Уговаривать его не пришлось.

Конечно, было крайне рискованно возвращаться в тот же кабак, но я понадеялась, что мужская часть нашей команды все-таки вспомнит о том, что они профессионалы. А дражайший Ватсон не совсем позабудет, что его единственный друг чуть-чуть важнее выпивки. К тому же нам срочно нужно было уединиться в каком-нибудь темном уголке для откровенного разговора.

Обстановка внутри кабака «Королевы Виктории» оказалась самой подходящей. Двусмысленно звучит, не спорю, но уж так получилось…

Во-первых, не так много посетителей с раннего утра. У барной стойки сидело только двое любителей контрабандного бренди. Аромат пойла был такой сильный, что наверняка разносился по всему первому этажу, а из фойе гостиницы сюда вела открытая дверь, конечно, мои парни не устояли.

Я заказала всем кофе, в больших кружках и покрепче. Когда довольно опрятный для такой глухомани бармен принес заказ, Ватсон чуточку оживился.

– В моем отеле кофе на завтрак не п-подают. Только жиденький чай явно в-вчерашней з-заварки, – сказал он, с видимым наслаждением сделав первый глоток.

– И пщему же вы выбрали такую д-дыру? Кагда есть «Королева Виктория», вполне п-приличное ре-еспектаби-бельное место, говоря в-вашим английским языком, – высокомерно заметил кот, все еще пьянючий в хлам.

Вопрос довольно бестактный, как мне показалось. Может, у Джона Ватсона не было свободных средств. И честный доктор тут же печально подтвердил мою правоту:

– Я р-рассчитывал остановиться у Холмса и не взял с собой м-много денег.

– Мы боялись вас не застать…

– В-вы бы и не застали. Мне д-действительно стоило уехать утренним дилижансом. Но, как я уже говорил м-миссис… – Он извиняющимся взглядом посмотрел на меня.

– Сафиной.

– Ну да, миссис С-сафиной, что просто нашел то, что мне сейчас б-было нужно. Великолепный контрабандный бренди. И я н-никак не ожидал встретить вас здесь. Кстати, а куда вы так в-внезапно исчезли тогда в Швейцарии?

– Хм… У нас появились неотложные дела…

– А-а… В-вы знали, что Холмс остался жив, и не сказали мне! П-поэтому ваш отъезд и был т-таким спешным, чтобы я не догадался, – сказал старина Ватсон с обидой в голосе, отвернувшись в сторону.

– Так… было… нужно, – многозначительно произнес командор.

– И к-как я могу вам после этого доверять?

– Хорошо, это мистер Холмс попросил нас не говорить вам, – не выдержала я. – Довольны?


– В-высокомерный предатель, – глухо произнес доктор, одним махом опрокинув в рот почти полкружки кофе и стукнув по столу кулаком. – Но я по-прежнему г-готов для него на все…

– Мы ф курсе, – трезвея, констатировал кот. – Но будет лучше, если фы фсе нам расскажете.

Ватсон бросил на меня быстрый взгляд и вопросительно посмотрел на моего мужа, словно спрашивая, может ли он быть столь откровенен при даме. Командор одобрительно кивнул и похлопал его по плечу, будто подтверждая: «Да режь всю правду-матку, брателло!»

Я щелкнула пальцами, призывая бармена подать еще кофе, а наш британский собеседник коротко, но обстоятельно рассказал о своем визите в новый дом старого друга. Практически все это мы уже знали, но доктор припомнил еще пару деталей и охотно ответил на наши вопросы.

– Расскажите подробно, как выглядела эта женщина? – попросил практически трезвый командор. – Быть может, вы заметили что-то необычное в ее одежде, украшениях, да?

– С-скорее нет, – старательно пустился в воспоминания Ватсон. – Но, впрочем, у нее на шее была странная брошь в виде п-паука с брюшком из черного камня. Не слишком дорогая на вид, друзья мои, но запоминающаяся…

Мы с Пусиком обменялись настороженными взглядами. Согласно общепринятой практике, подобные украшения носили только ведьмы.

– А какие у нее были ногти? – спросила я.

– П-понятия не имею.

– А обуфь? – влез кот. – На ней, случайно, не было черных туф-фель с загнутыми носами?

– Я джентльмен, – строго повысил голос Ватсон. – И не п-позволяю при первой же встрече рассматривать ноги не представленной мне дамы. Впрочем, к-когда она захлопывала за мной дверь, то от воздушного потока ее подол взлетел почти до колен, и, кажется, я видел п-полосатые чулки.

– То есть можно сказать, что она выглядела как ведьма?

– П-пожалуй, да… но вы должны меня понять, я лицо пристрастное. Когда ваш с-старый друг, убежденный холостяк, вдруг бросает Лондон, уезжает к черту на рога, а вход в его жилище защищает такая вот, с позволения сказать, л-леди, поверишь в любую чертовщину.

– Быть может, вы не так далеки от истины, – пробормотал командор и, воспользовавшись тем, что доктор на минутку отошел в туалет, поманил нас к себе. – Что будем делать, напарники?

– Сначала протрезвей!

– Я в работе. Похоже, мы действительно имеем дело с одной из вещих сестричек.

– Матушкой Ветровоск? – радостно подпрыгнула я.

– М-милочка, м-мы на задании, не сбивай нас литературными аллюзиями, – осадил меня Профессор, схлопотал дежурный подзатыльник и, не обидевшись, отхлебнул кофе и продолжил: – Нам придется идти туда вооруженными до зубов. «Молот в-ведьм», крест, святая вода, Библия, Псалтырь, жития святых, «Деяния апостолов»…

– Стой-стой. Откуда?! По-твоему, в этой деревеньке есть книжный магазин?

– Библия, уверен, есть и в гостинице. В такой глубинке, как правило, живут люди глубоко верующие или суеверные.

– Я про «Молот ведьм».

– Его легко можно заменить на пр-ростой, обычный молоток, – хищно улыбнулся опасно веселый Пусик. – П-поверьте, это лучшее средство от любой ведьмы!

Я с удивлением покосилась на кота. Похоже, он только притворяется воспитанным интеллигентом с двумя университетами за плечами. А в глубине души просто кровожадное животное.

– Ладно, ладно, молотком воспользуемся в крайнем случае, – снисходительно пообещал он, допивая кофе и выпуская когти. – Мне полегчало. Я абсолютно трезв и лично этим займусь.

– Вот тогда сам и ищи свои глупые молотки. Собираешься обокрасть столярную мастерскую?

– Думаю, достаточно просто зайти в ближайший магазин хозтоваров, детка-а…

Я на миг представила себе, как в добропорядочную английскую лавку важно заходит вальяжный кот, все еще пахнущий смесью кофе и бренди, небрежно облокачивается о прилавок и просит продать ему в кредит самый большой молоток. Оплата по бартеру мышами. И ведь самое смешное, вполне возможно, что молоток он получит. Ну или получит им же…

Когда освежившийся Ватсон вернулся к нашему столу, командор, прокашлявшись, изложил общий план действий:

– Итак, работаем строго по схеме. Мы с Алиной стучимся в двери. Делаем вид, что просто заблудились и хотим спросить, где тут находится пристань. Уважаемый доктор стоит поодаль в засаде с подзорной трубой и следит за окнами. А ты, дружище, проникаешь в дом через чердак, подвал или форточку.

– А если дом высокий? – опомнился Профессор. – Я, знаешь ли, не захватил с собой альпинистского снаряжения.

– Не волнуйтесь, я вас подкину, – мгновенно пообещал добрейшей души Ватсон. – Всю жизнь мечтал закинуть хоть кому-нибудь кота в форточку.

Должна признать, что Пусика эта идея не очень вдохновила. Но, пока он подыскивал достойные варианты отмазок, мой муж решительно встал, оставив на столе несколько монет, и кивнул в сторону выхода. Время сомнений кончилось, мы дружно приступили к операции.

– Милая, займешься атрибутами?

– На раз-два!

Мне было нетрудно подойти к рецепции и снять для нас два номера.

– А у вас висит над кроватью крест? – флиртующим тоном спросила я у немолодого рыжего хозяина.

Тот густо покраснел.

– У меня? Нет, я не так религиозен…