Мемуары оборотней

Мы с ним церемонно чокнулись двумя маленькими чашечками настоящего итальянского эспрессо. Синелицый умел готовить кофе как никто, а зерна в последнее время привозил биоробот Стив из своих командировок в Эквадор. Упыренок показал коту язык и забрал поднос.

Пять-шесть минут спустя, получив пайки и еще раз выслушав ворчание Профессора по поводу того, что его надувают с колбасой, мы отправились к гоблинам. Нас ждали, горбоносый начальник лаборатории выдал нам личные переходники и предложил взять плащи:

– В Британии в это время года часто идут дожди.

– В какое время у них не идут дожди, хотел бы я знать? – буркнул кот, которому был выдан зонтик-шапочка.

Раньше, если вы помните, он охотно надевал накидку-дождевичок, но сейчас наверняка хотел показать мистеру Холмсу, какой он закаленный. Ведь в прошлый раз великий сыщик назвал его «ненастоящим британским котом», видимо, Пусик, как и я, это запомнил.

– Пора, – поторопил нас глава лаборатории. – Шеф уже два раза звонил, спрашивал, когда вы наконец отправитесь. Чего он так переживает из-за этого дела?

– Любит читать Конан Дойла. А вы нет?

– Мы? Нет. Гоблины вообще не читают беллетристику, только специальную и научную литературу. Поэтому мы такие умные, – пояснил горбоносый гоблин.

Профессор было возмущенно вскинулся в поисках достойного ответа, но не успел. Сработали переходники, и мир на миг засиял разноцветными искорками. В лицо ударил свежий морской бриз, над головой раскрылось синее небо, а под ногами…



– Вэк?

По-моему, мы сказали это хором. Я лихорадочно подняла подол платья, а соленая волна лизнула каблуки моих английских ботиночек. Мы стояли на каких-то серых камнях в море! Клянусь аллахом, до берега было метров двести!

– Куда они нас высадили?! – ахнула я, цепляясь за Алекса, который сам едва удерживал равновесие на одной ноге.

– Всё по координатам, – спокойно ответил он, оглядываясь по сторонам. – Просто они немного перепутали время. Мы должны были попасть сюда в отлив, а попали в прилив, вот и…

– Мы все утонем! – гнусаво взвыл кот, подпрыгивая слева от нас на своем камушке.

Он нервно содрал с головы свой зонтик-шапочку, тут же зашвырнув его в море. Зонтик булькнул и исчез в волнах, агент 013 эмоционально выругался на древнекитайском диалекте.

– Зато как красиво вокруг, – неожиданно вздохнул командор.

Романтичность для него не особо характерна, думаю, он просто пытался слегка всех отвлечь.

И я отвлеклась…

Меловые скалы Суссекса со стороны моря – это действительно было нечто! Перед нами стояли высоченные снежно-белые стены, словно праздничный рождественский пудинг, посыпанный сахарной пудрой. Сверху, на контрасте с розовым рассветным небом, зеленела самая яркая трава на свете, а на галечное побережье накатывались тихие, полусонные волны.

Я так засмотрелась, что не сразу услышала обращенные к нам крики…

– Эй, сэр! Да-да, вы, что обнимаете ту мисс с задранным платьем! Вы утонуть решили, а?!

– Нет! – вскинулась я, оборачиваясь к белой рыбацкой лодке, где на веслах сидела пара крепких парней с загорелыми лицами. – Мы с моим мужем совершали прогулку по побережью и, видимо, заблудились в тумане! Спасите нас!

– Да, миссис, уж туманы тут не редкость. – Добрые англичане подгребли поближе, протягивая нам руки.

Алекс легко перебросил меня в лодку, но чуть не упал сам, намочив форменные брюки почти по колено.

– Кота забыли! – жалобно подал голос Пусик, но вовремя сообразил, на каком языке ему можно говорить. – Мяу-мяу-мяу-у-у!!!

– Кот ваш? – спросил у меня молодой рыбак, пока его приятель помогал командору влезть на борт.

– Нет, – подумав, соврала я. Профессор опал с морды. – Но так и быть, прихватим его с собой. Это же будет христианский поступок?

– О да, миссис. Вполне. Коты плохо переносят морскую воду, – посоветовавшись, решили рыбаки.

В тот же миг агент 013 потерял бдительность и его смыло.

Молодой рыжий парень храбро шагнул за борт и, по пояс в воде, выудил мокрого кота. Тот прижался к его груди, фыркая и чихая. Сейчас наш бесстрашный Профессор был похож на толстую, надутую ондатру. Я с трудом удержалась от хихиканья…

Мы доплыли до берега, там были небольшие деревянные сходни, рыбаки привязали лодку и помогли нам выйти. Алекс поблагодарил их за наше спасение, дав им два шиллинга за нас и полшиллинга за кота.

– Право, это лишнее, сэр, – засмущались парни, вернув полшиллинга.

– Это что, значит, я вообще ничего не стою? – раздраженно пробормотал агент 013, качая головой, когда мы отошли на пару шагов. – Хорошенькие же дела творятся в этой самой Британии. Напарники, мне срочно нужно куда-нибудь, где есть горящий камин, шерстяной плед и пинта чего-нибудь успокоительного.

– Например, горячего молока? – поддела я, глядя на трясущегося под ветром кота.

Профессор игнорировал мой намек на свою непереносимость лактозы и, гордо задрав мокрый хвост, первым пошел вперед к круто поднимающейся вверх извилистой тропинке.

– За мной!


Мы переглянулись, почему бы и нет. Хотя…

– Проклятые гоблины! – Кот чуть не навернулся, скользя лапками по мокрой земле и съезжая обратно. – Подставили, как в Ирландии!

– Между прочим, кажется, тогда ты сам напутал с координатами.

– Я?!

Честно говоря, я уже точно не помнила, по чьей вине мы в тот раз чуть не утонули в болоте, но трудно отказать себе в удовольствии лишний раз поддеть Пусика и посмотреть на его реакцию. Он всегда так искренне возмущается и топорщит усы.

Алекс пошел вперед, подавая мне руку и помогая преодолеть очередной особо скользкий или крутой участок тропинки. В женских ботиночках на каблуках карабкаться очень непросто, а еще ведь надо придерживать собирающий всю грязь длиннющий подол платья Викторианской эпохи. Одной было бы сложновато, но как же мне повезло, что у меня такой внимательный и заботливый муж, о чем я никогда не устану повторять! Даже если кому-то завидно.

Когда мы наконец поднялись наверх, у меня каждая мышца на ногах ныла, будто я всю ночь скакала на лошади, челка от пота прилипла ко лбу, а лицо полыхало как помидор. Интересно, сколько нам еще топать отсюда до этой деревеньки Фулворт, где остановился Ватсон? Может, из-за ошибки в расчетах гоблинов он уже вообще уехал давно?

– Стойте, дайте передохнуть, – задыхаясь, взмолилась я, держась за колени.

Вот что значит оставить занятия у Рудика на целых три месяца. Просто разленилась в последнее время, да и восточные танцы немного поднадоели.

– Деточка, ты хочешь, чтобы я стоял вот так на вершине, на семи пронизывающих ветрах, и подхватил воспаление легких?! – возмущенно обернулся Профессор.

Кстати, шерстка его частично подсохла на этих самых ветрах, правда, выглядел он теперь как горностай с укладкой. Конечно, уже не мокрая ондатра, но и не пушистый роскошный котяра, коим он обычно являет себя публике.

– Намекаешь, что мы должны тащить тебя на руках? Посиди сперва на диете с полгодика.

Пусик весил сейчас как никогда, хотя считал себя по-прежнему юным и стройным. Но я сказала Алексу, чтобы он больше не надрывался, таская на себе эту тушу. По крайней мере, до тех пор, пока кот не предпримет хоть какие-то меры по борьбе с лишним весом.

Агент 013 обиженно выгнул спину и пошел вперед, преодолевая сопротивление штормового ветра, эдакая маленькая гордая одинокая фигурка на фоне бескрайней дикой природы. Но я пожалела его только на секунду, потому что мышцы тут же отозвались новой болью.

Теперь я уже могла думать только о себе. Командор взял меня за руку и сочувственно поинтересовался, смогу ли я идти. В этот момент он показался мне похожим на элегантного мистера Дарси на фоне дербиширских лугов, и я глупо заулыбалась, глядя ему в глаза и думая, как же сильно я его люблю…

– А вы уверены, что деревня именно за тем холмом? Может, нас вообще далеко забросило от нужных мест? – крикнула я, перекрывая шум ветра.

– Поверь моему кошачьему чутью, милочка. Жилье рядом, спасение близко, – откликнулся в ответ Профессор, которого штормовой ветер слишком опасно смещал к краю меловой скалы.

Я посмотрела на Алекса, который понял все без слов и, отпустив меня, взял напарника на руки. Что ж, иногда можно сделать и исключение для пушистого героя.

Продрогший кот лапой указал в сторону, куда его нужно нести. И правда, поднявшись из последних сил на очередной холм, мы узрели перед собой небольшую деревню со старыми и новыми домами, десятком мелких магазинчиков и небольшой церковью в отдалении.

Вид у деревни был не самый заброшенный, как потом выяснилось, в купальный сезон сюда приезжали туристы. А так основным промыслом местных мужчин явно всегда было и оставалось рыболовство, судя по огромному количеству сохнувших на берегу сетей.

Спускаться вниз с холма всегда легче, к тому же здесь уже не дул такой сильный ветер, было значительно теплее и не так сыро. Поэтому мы все трое преисполнились оптимизма и поспешили вперед, чтобы скорее снять номер в гостинице, обсушиться и перехватить Ватсона.

У первого же прохожего, тоже рыжего[2] паренька в плаще и красной вязаной шапке, мы спросили, как пройти к местной гостинице.

Паренек долго думал, а потом медленно произнес:

– К гостинице? Да… у нас есть гостиница…

– И? – Я нетерпеливо запритоптывала каблуком.

– А вам в какую?

– В любую. У вас что их, десять? – Это, конечно, была шутка, а вообще я думала, что в такой деревеньке не может быть больше одной гостиницы.

– Десять? – подзавис рыжий. – Нет… у нас, кажется… вроде… три.

– Три?!

– Нет, две…

– Точно?

– Да, вроде. Ну да. Две. «У святого Эльма», но это постоялый двор.

– Сойдет, а еще?

– Еще есть «Королева Виктория». Она для тех, кто побогаче. Вам какая нужна?

Мм… Я оторопело уставилась на кота, а поскольку он стоял ко мне задом, тут же перевела тот же вопросительный взгляд на мужа. Надеюсь, мы не упустим Ватсона, если попадем не в ту гостиницу.

– Они на разных концах деревни.

– К черту детали, это хотя бы Фулворт? – на всякий случай уточнил Алекс.

– Да, сэр. – Паренек снял шапку и кивнул, мы все спокойно выдохнули.