Ложный рассвет

Я открыл письмо от Лорен и кликнул на прикрепленную к нему фотографию. Картинка была цветная, и Мигель Сантана таращил на меня с экрана желтые глаза. В памяти сразу же всплыла фотография кота Сандры Дюперре. «Его нельзя было не слушать. Я до сих пор иногда его слышу», – говорила выжившая жертва Сантаны.

Я позвонил Лорен:

– Получил ваше письмо.

– Что скажут люди, когда просмотрят видео, присланное департаментом шерифа?.. Сантана играл в кошки-мышки с Джошем и Ричардом Бренненами, не иначе.

– Джош Бреннен – отец Сантаны.

– Боже мой!

– Помните, когда мы с вами ужинали и Сантана мне позвонил, вы засекли его аппарат. Номер сохранился? Он отличался от того, который дал нам вышибала из клуба?

– Да и да. Правда, в ту ночь мне показалось неуместным отслеживать его номер телефона: творилось такое… сущий ад. И эта сволочь еще поиздевалась над нами!

– Можете прислать мне номер?

– Если даже Сантана еще не покинул пределов страны, он, скорее всего, выбросил телефон или просто не ответит на звонок.

– Так есть у вас номер или нет?

– Он у меня перед глазами, на столе.

Лорен продиктовала номер, и я записал его на обратной стороне журнала о лодках.

– Спасибо, я перезвоню.

– Шон, что вы задумали?

– Пошлю Сантане приглашение.





Глава 78




Я не ждал, что Сантана ответит. Вполне возможно, он уже где-нибудь в международном аэропорту. Хотя вдруг получится заманить его в ловушку, прежде чем он ступит на борт самолета? Нужно только предложить кусочек по-настоящему лакомый.

После первого же гудка меня перебросило на голосовую почту.

– Сантана, – произнес я в трубку, – это Шон О’Брайен. Помнишь, ты сказал, что наша следующая беседа станет для меня последней и что мне стоит подумать над словами? Так вот, я решил: передам тебе слова твоего папаши – о тебе же. Хочешь услышать их – приходи, а нет – я пойду на телевидение и расскажу всему миру, почему Джош Бреннен отвернулся от ублюдка и его матери.

Договорив, я нажал «отбой». Ну, и что дальше? Приглашение, О’Брайен, ты отправил, и встречать гостей тебе самому.

Сунув за пояс «Глок», я вышел на веранду; Макс семенила следом. Лягушки и цикады хором пели вечернюю песню. Пистолет я положил на стол рядом с крупным наконечником копья. Джо Билли он точно понравился бы. Может, это один из древних артефактов, о которых говорил индеец? Я сел в плетеное кресло-качалку, и Макс сразу запрыгнула мне на колени. Почесывая ей макушку, я смотрел на полную луну, что висела над рекой на востоке. Слышно было, как в полумиле отсюда гоняется за кем-то кунхаунд. Вой собаки разносился над тихой водой. Ветерок донес запах горелого дерева из заповедника Окала. Потом луна скрылась за облаком, и стало очень темно.

Я знал: этой ночью спать не придется.

После полуночи я вывел Макс на улицу, чтобы она справила нужду. Потом мы обошли дом; прожекторы я выключил. Со стороны реки донесся утробный рык аллигатора. Погода стояла тихая, однако москиты не свирепствовали.

Подходя к веранде, я услышал сотовый. Телефон лежал на столе, рядом с наконечником. Забежав на веранду, я схватил мобильник: звонила Лорен.

– Только не говорите, что вы еще на работе.

– Шон, вы один? – запыхавшись, спросила агент.

– Я в компании своей любимой дамы – Макс.

– Уходите из дома! – велела она.

– С какой стати?

– По Си-эн-эн показали фото Сантаны, и нам позвонил человек из Дейтона-Бич. Он работает в фирме «Хертц», они отслеживают свои автомобили по спутниковой связи. Так вот, Сантана арендовал машину и едет… Подождите секунду, звонят из «Хертц»…

Я слышал ее неровное, частое дыхание. Человеку на другой линии она сказала:

– Есть координаты? – После паузы Лорен снова обратилась ко мне: – Где точно вы живете?

– Сент-Джонс-Ривер-роуд, близ 44-й трассы.


– Шон, машина Сантаны, «Форд фьюжн», менее чем в пяти милях от вас.





Глава 79




– Спокойно, Макс, – сказал я. – Скоро вернусь. Сиди тут, не лай.

Заперев ее в доме, я сунул «Глок» за пояс и вышел на улицу.

Поставил себя на место Сантаны. Как он будет действовать? Я бы для начала проехал мимо дома на средней скорости – не быстро, но и не медленно, – чтобы посмотреть, горит ли свет, стоит ли на подъезде машина. Потом, погасив огни, вернулся, оставил машину на приличном расстоянии от жилища и под покровом ночи подкрался к двери. Незаметно вошел.

Весь расчет – на неожиданность. Загвоздка в том, что я – не Сантана, и мне не понять, как он спланирует атаку. Если он рассчитывает на элемент неожиданности, то этого козыря я его уже лишил.

Подойдя к дубу, я подпрыгнул и ухватился за нижнюю ветку. Подтянулся. Поднялся еще футов на десять, пока не открылся приличный вид на дорогу в обоих направлениях – восточном и западном.

Луна поднялась выше, ее свет буквально пронизывал крону дуба, и тень от переплетенных ветвей напоминала скрюченные пальцы.

Ухнул сыч, и над рекой разнеслось эхо от его зова. Сова засела где-то недалеко от пирса. Сыч всегда как будто предупреждает: «Угу! Кто спит – разбужу». Интересно, не та ли это сова, что схватила птицу-кардинала, указав таким образом на место, где умирала Анджела? Если та, то, может, она и на Сантану укажет?

Сова снова заухала, замолчав на втором гуке. Странно, сычи всегда заканчивают песню, а этот прервался.

В трех четвертях мили от дома показались головные огни машины, что ехала в мою сторону, очень медленно. Положив руку на «Глок», я ждал. В салоне было темно, и я не видел: Сантана за рулем или нет.

Это было «Форд». Водитель, по-прежнему не прибавляя скорости, проехал мимо дома. Однако перед изгибом дороги нажал на тормоза – вспыхнули стоп-сигнальные огни.

Погасив фары, водитель развернулся и поехал в обратную сторону. Двигалась машина тихо, почти что ползла. Ярдах в пятидесяти от подъездной дорожки водитель заехал в рощу деревьев и там остановился.

В темноте загорелась оранжевая искорка. Должно быть, он закурил сигарету. С какой стати Сантане курить? Хочет унять никотиновую ломку? Что-то тут не клеилось. Я спрыгнул с дерева и, держась тени, пошел к машине. Через каждые несколько футов останавливался, прислушивался: тишина. Сыч умолк, комары не жужжали. Менее чем за минуту я подкрался к машине и, обойдя ее сзади, зашел со стороны водителя.

В открытое окно я видел силуэт в лунном свете. Вот он выбросил тлеющий бычок сигареты. Придурок.

Я выпрямился и приставил ствол к уху Сантаны.

– Руки на руль! Живо!

Сантана тут же вскинул ладони, и я рывком распахнул дверь.

– Из салона! Выходи, Сантана!

– Мужик, не стреляй! Что за Сантана еще?!

В салоне, сильно дрожа, сидел чернокожий паренек.





Глава 80




Я вдруг вспомнил про Макс.

– Даже не думай мне врать, – сказал я негру, не убирая пистолета. – Соврешь – получишь пулю между глаз. Откуда у тебя машина?

– Один тип мне ее дал!

– Что за тип?

– Имени не знаю, я работаю в гавани Риверсайд. Тот тип арендовал тачку и дал мне две сотки, попросил в полночь проехать мимо дома и остановиться здесь. Огни велел не включать, обещал в час ночи прийти. Заплатит третью сотку и подбросит назад до гавани.

– В час ночи твое мертвое тело лежало бы тут, под деревьями.

– Что?! Тот тип, он такой клевый был. Не похож на маньяка.

– Как он был одет? Цвет вещей на нем помнишь?

– Дай-ка вспомню… в черное… да, точно: черная рубашка, черные брюки.