Ловушка для властного Босса

– Вы же сами слышали эту… Жанну. Вы думаете, такая дала бы мне телефон? Да она упивалась моим унижением, даже фото делала…

– Вы все слышали. Я ничего не видела. А вы, если не сумели не допустить подобного разговора, не пытайтесь обелить себя какими-то предположениями. Если хотите выслужиться перед моим сыном, я этого не допущу. Пойдемте, Валерия.

Мы все-таки выпили кофе. И Алевтина как будто растаяла. Рассказывала о своей молодости. О том, как облазили все крымские горы вместе с мужем, как здорово помотала жизнь по разным заставам и гарнизонам, как родился долгожданный сын. А я слушала ее и не верила, что лед тронулся.

К вечеру мы забрали довольную и наигравшуюся Машу и поехали домой.

Я впервые почувствовала себя пусть не счастливой, то умиротворенной. Надежда на лучшее жила во мне. Все-таки Алевтина рассмотрела мою истинную суть, и я даже перестала злиться на нее за прошлое. Во-первых, начала прекрасно понимать.

Каждая мать желает своему ребенку только хорошего. Вот и она присматривалась ко мне, пока не изучила, пыталась вывести на эмоции и понять истинную суть. А когда поняла – необходимость в прессинге отпала.

В дороге нас застал звонок Дмитрия. Он долго говорил с матерью, и судя по разговору, услышанное ей мало нравилось. Затем, словно смирившись, она передала мне телефон.

– Валерия, ты мне нужна. – На миг у меня даже сердце зашлось от подтекста этих слов.

Но означали они совсем не то, что я себе надумала. Чудес не бывает. Уже в следующий миг Дмитрий Подонкович холодно известил, что сегодня какой-то прием в столице, и у него нет времени искать себе спутницу на вечер. Поэтому эта миссия отныне возложена на меня.

Я бросила отчаянный взгляд на Алевтину. Та поджала губы, но ничего не сказала. Видимо, решения ее единственного сына не принято было оспаривать.

Только этого мне не хватало. Между нами с ней же лед не так давно тронулся. Из-за того, что сынуля возомнил себя царем и богом, она вновь начнет меня считать девицей легкого поведения, охотящейся на богатого мужа.

Когда это меня начало волновать мнение чужих людей – я так и не поняла. Выслушала приказы шефа и передала телефон Алевтине снова. Закончив разговор, она улыбнулась. Видимо, прочитала по глазам, что я не в восторге от предстоящего мероприятия.

– Валерия, вам действительно не помешало бы выйти в свет. Я знаю, что Дмитрий не дает вам отдохнуть. Это долго не продлится. Сегодня в город вернулся бизнесмен Богатов, и его партнеры он устраивают прием. Моему сыну необходимо наладить связи, чтобы развивать свой бизнес в Киеве. Очаровательная и скромная спутница добавит ему шансов.

– Богатов! – выдохнула я, чувствуя, как пропадает голос. Но мать Димы ничего не заметила.

– Я заберу Машу до завтрашнего полудня, а вы постарайтесь отдохнуть и насладиться вечером. Я уже не в том возрасте, чтобы сопровождать сына, и лучше, если эту роль возьмете на себя вы, а не акулы из эскорт-агентства.

А я сидела настолько пришибленная известием, что даже не нашла, что ответить. Водитель завез Алевтину и Машу в ее дом, а меня помчал навстречу участи, которой я даже в кошмарном сне не желала увидеть.

Отец. Да, он же должен вернуться в этих числах. И мать, понятно теперь, чего переживала. Я не могу там появиться! Это будет скандал на всю столицу! Дочь киевского олигарха сопровождает какого-то залетного хлыща. А зная Диму, он всем расскажет, что я обласканная его вниманием няня! Да отец там вспомнит девяностые и проломит Диме череп…

На душе было тяжко, когда я поднималась вверх по ступеням. Дмитрий Подонкович уже стоял на лоджии, тарабаня по перилам от нетерпения.

– Наконец-то! Собирайся давай! – рявкнул мне. – У тебя на кровати платье. Прическу придется делать самой, нет времени. Все стилисты заняты. Думаю, справишься, для бывшей любовницы олигарха это не должно быть проблемой?

– Я никуда не поеду.

– Поедешь! – холодно процедил Дима, гипнотизируя меня взглядом.

– Ты конченый! Там будет Богатов!

– Да, будет! И пусть видит, что ты со мной!

– Ты безумец! Ты понимаешь, что такие, как он, не прощаю, если у них забирают даже те игрушки что надоели? Ты роешь себе могилу, и своему бизнесу – тоже! И ему ничего не стоит забрать меня у тебя!

– Ты много говоришь. Не искушай меня закрыть тебе рот приятным для меня способом. Одеваться и мыться, живо! Лучше – в обратном порядке.

– Я никуда не поеду. И если ты меня не слышишь – учись читать по губам!

– Лера, – недобро сощурился Дмитрий. – Еще пять минут пререканий, и я потащу тебя туда в подобном виде. И поверь, если Богатов захочет тебя попользовать по старой памяти – я ему мешать не стану. Не люблю, когда мне дерзят!

– Ты не имеешь никакого права. Я не поеду с тобой! Звони! Пусть забирает меня прямо сейчас! С ним всяко лучше, чем с тобой!

– Замарашка чертова! – выругался Дима. – Да ты много о себе возомнила!

– Я не поеду!

– Ну и сиди здесь, идиотка! Хотя нет. В моем кабинете – срач. Домработницу я отпустил. Раз не захотела пить шампанское ценой в свою почку и есть икру на приеме, швабру в руки и вымой все! Попробуй хоть сантиметр пропустить!

Он достал телефон и быстро набрал номер.

– Але, эскорт-агентство? А давайте ка мне самую фирменную из ваших спутниц на вечер. Я плачу любые деньги…

Все это он сделал, глядя мне в глаза. А я, чтобы сдержать слезы ярости и желание все ему сказать в лицо, прошмыгнула мимо и юркнула в свою комнату.

Вот тут меня и накрыло. Я упала на кровать и тихо заплакала, сжимая в руках атлас кремового вечернего платья от известного бренда…

Это было так мерзко и ужасно. Впервые за все время я почувствовала себя самой натуральной вещью, которую используют. Именно используют, ввиду ее бесправного положения, просто упиваются властью.

Дима мстил мне за Кристину. Я не знала точно, что там произошло и кому верить, но так уж вышло, что его ярость переключилась на меня – единственную, с кем та была близка, пусть и в рамках рабочих отношений.


Слезы лились по лицу, смывая макияж, на который я потратила так много времени утром, капали на дорогой атлас. Тело бил озноб. Я пыталась взять себя в руки и решить, как повернуть эту ситуацию в свою пользу.

Казалось бы – выход на поверхности. Стоит появиться на этом рауте и там при всех рассказать отцу, как меня принудили к фактическому рабству, отобрав паспорт и телефон. Выйти на сцену и заявить это в микрофон. На глазах у всех деятелей бизнеса, которые были также и партнёрами отца.

А что дальше? Я представила, как мои слова звучат в заполненной народом зале. Как вокруг молодого перспективного бизнесмена, который и явился на раут с целью обрасти полезными знакомствами, образуется зона отчуждения в радиусе не менее двух метров. Как любопытство на лицах гостей сменяется потрясением, а затем осуждением… Вплоть до вызова полиции. Мой отец… конечно, это будет удар, который не пройдет незамеченным. Реноме в нашем бизнес-мире – вещь шаткая. Рубить сгоряча не стоило, не в таком состоянии, как сейчас.

«Две недели до конца срока. Всего-то. Я не отступаю, не отступаю, не отступаю!» – твердила я себе, вытирая слезы платьем.

Шаги Димы за дверью постепенно стихли. Я услышала скрип ворот и шум отъезжающего автомобиля. Села на постели, закрыв лицо руками.

С одной стороны – я могу его уничтожить. А с другой, какое право я имею лишать Машку новообретенного отца? Она его уже успела полюбить. Детям неведомо, какими подлыми и жестокими бывают взрослые по отношению к чужим людям.

Я утерла слезы. Может, я все-таки это сделаю. Когда мой срок подойдет к концу, а чаша терпения окончательно переполнится.

В столовой было пусто. Эта пустота показалась мне роковой. Я выглянула в окно. Один из охранников безмятежно парил вейп на крыльце, созерцая бархатные загородные сумерки. Конечно, одну меня не собирались оставлять ни при каком раскладе.

Я открыла холодильник, подумав, достала бутылку вина. Плевать, не обеднеет хозяин от одного «Шабли». Налила в бокал, поднесла к губам. На столе лежала золоченная визитка с вензелями.

– Модельное агентство «Психея», – прочитала я. – «Украшение ваших мероприятий». Эскортники хреновы…

Вино обжигало язык. Я смахнула слезы. Больше я не подпущу Дмитрия к себе ни на пушечный выстрел.

Допила и открыла окно. Охранник повернулся ко мне сразу, удивив быстротой реакции.

– Привет, – я повертела в руках бутылку. – Кот из дома, мыши в пляс. Заходи, и хватит кормить комаров.

– Не велено, – хмуро отозвался мужчина.

– Парень, давай дружить. Я же могу сказать, что ты пытался меня изнасиловать, и шеф устроит тебе волчий билет.

– Мне не велено пить.

– А тебе никто не предлагает. Как говорит Алевтина Батьковна, прислуга не может пить вино стоимостью в свою зарплату. Кофе хоть будешь?

Мужчина поколебался.

– А вот за это спасибо. Последний раз меня оштрафовали как раз за кофе. С тех пор вообще не помню когда пил.

– Я Лера. Заходи.

– Славик, – на его лице появилось добродушное выражение. Он быстро зашел в дом, сразу расслабившись и улыбнувшись.

Я повернулась к кофе-машине. Охранник нахмурился.

– Вы плакали? Я стесняюсь спросить, шеф… ударил вас?

– Просто Лера, и давай на ты. – В тот момент я уже знала, как использую этого паренька. Во мне полыхала жажда мести. – Лучше бы ударил… чем отобрал паспорт, заставил спать с собой в отсутствие дочери и бояться, что сможет раскрыть мою тайну.

Кофеварка выдала порцию эспрессо. Я поставила чашку перед потрясенным Славиком.

– Это не мое дело, я… но паспорт? И чего вы боитесь? Ты боишься…

В его глазах промелькнула какая-то тень. Он внимательно всмотрелся в мое лицо, покачал головой.

– Прости, Лера, мне кажется, я тебя видел… и не могу вспомнить, где. Но имя… Имя я откуда-то знаю. Тоже Валерия.

– У тебя есть мобильный? – я сняла еще один бокал с навесной сушилки и, подумав, наполнила вином.

– Есть, но шеф запретил…

– Я не буду никуда звонить. Ты есть в «инстаграме»?

– А кого сейчас в наш век технического прогресса там нет, – Славик достал смартфон. – ты тоже? Можем взаимно подписаться.

– А можно я зайду в свой аккаунт? При тебе, просто проверю, что там с фолловерами. Может, какую-нибудь фотку заката в сторис закину, пока меня не потеряли. Садись рядом, следи, чтобы не подвела тебя под очередной штраф.

Поколебавшись, Славик дал мне свой телефон и отпил вина. Я для вежливости полистала ленту, ухмыльнулась. И вдруг замерла.

Один из постов был репостом моей фотки. С цитатой – «Кто живет прошлым, недостоин будущего». Иногда я участвовала в «гивах» и держала профиль открытым.

– Ты что, подписан на Валерию Богатову?

– Ага, – отмахнулся Славик, запивая вино кофе. – Самая умная девушка из мажоров столицы. Конечно, иногда чудит не по-детски, но в целом, приятно посмотреть на ее фотографии. Не искусственная, какая-то живая, настоящая, что ли. Не пытается казаться лучше, чем есть.

– Слав, – сощурилась я. – А ты в чудеса веришь?