Лоренцо Великолепный

Перепалки из области простых насмешек давно перешли в другие области, отношения накалялись, хотя внешне казались хорошими. Все во Флоренции знали, что достаточно одной искры, чтобы занялся костер настоящей войны между двумя семьями.

Пока Пацци сдерживал дядя Якопо, а Медичи, конечно, Лоренцо. Якопо вовсе не из любви к Медичи, а убеждая племянников, что нужно выждать момент.

– Месть – блюдо, подаваемое холодным.

– Мы до конца жизни будем его охлаждать, дядя? – возмущался Франческо.

Вот и теперь он был готов произнести очередную тираду о вреде Медичи для Флоренции, что означало: о личной ненависти к Великолепному и его красавцу-брату Джулиано Медичи.

Не успел, Якопо Пацци усмехнулся, подавая племяннику второй лист, присланный их человеком из Синьории. Не только у Медичи везде свои люди, у Пацци тоже, но у вторых куда меньше, потому они лишь сообщают нужные сведения, не имея возможности повлиять на принятие законов.

– А вот это касается тебя, племянник.

– Меня?

Все оказалось серьезней, чем минуту назад предполагал Франческетто, его обвиняли в содействии Риарио для покупки Имолы, что было вовсе не в интересах Флоренции.

– Государственная измена?! Он решился на такое? – ахнул Пацци. – Не докажет.

Якопо насмешливо смотрел на племянника:

– А Великолепного во Флоренции нет, он неделю назад уехал в Карсену на курорт и в принятии законов не участвовал.

– Все равно не докажут. Я мог не знать, на что Риарио потратит кредит! Что ж теперь и кредит папе Сиксту не выдавать?

– Ты можешь горячиться сколько угодно, но только в Риме.

Франческо не понял дядю:

– Мне возмущаться в Риме перед понтификом?

– Нет, глупец! Вернее, возмущайся, но спокойней. А пока поскорей уноси ноги, чтобы не попасть в «гостиничку». Сделаем вид, что ты уехал еще вчера.

«Гостиничкой» во Флоренции называли камеру смертников, находившуюся прямо под «Коровой» – большим колоколом колокольни. Оттуда редко кто выходил на волю, когда-то это удалось Козимо де Медичи, но испытывать судьбу и впрямь не стоило. Франческетто бежал в Рим.

Когда на следующий день в палаццо Пацци пришел гонец с требованием к Франческо Пацци явиться на заседание Синьории, чтобы оправдаться по предъявленному обвинению, старый Якопо развел руками:

– Полагаю, мой племянник уже подъезжает к Риму. Направьте свое послание туда. – И доверительно добавил: – Его вызвал сам папа Сикст, не мог же Франческо не подчиниться.

Синьория осталась ни с чем, но на явку Франческо Пацци Лоренцо Медичи и не рассчитывал, достаточно того, что Пацци вне закона, пока не явится с объяснениями.

Франческо Пацци уехал в Рим, но свою цель из головы не выбросил.

Не все же заниматься делами, Медичи старался находить время и для себя.

Лоренцо пришла в голову озорная идея описать всех своих знакомых любителей выпить. Таковых половина Флоренции, но спроси любого – скажут, что ничуть не пьяницы. А он покажет всех со стороны!

…Они обняться попытались, но…

Им животы обняться помешали,

Что от обжорства выросли давно.





Великолепный описывал двух выпивох-толстяков, пожелавших заключить друг друга в объятия, когда, коротко постучав, в кабинет заглянул Сандро:

– Лоренцо…

При чужих Боттичелли звал его «милорд», а вот так наедине, когда другие не слышат, просто по имени.

Голос у Сандро встревоженный.

– Что случилось?

– Леонардо арестован.

Медичи нахмурился, бастарду нотариуса прощалось многое, все привыкли к его выходкам и старались не замечать нанесенной художником обиды, относя все на счет его таланта. Все художники странны, что с них возьмешь? Медичи терпят, значит, стоит потерпеть и остальным. Обычно стычки Леонардо заканчивались незначительными штрафами, чтобы арестовали, должно было случиться что-то серьезное.

– Что он натворил? Подрался с гонфалоньером, кричал на площади, что бога нет? Изнасиловал осла в присутствии его хозяина?


– Его обвиняют в содомии…

– В чем? Если бы арестовывали всех, кто этим занимается, места в тюрьме не хватило бы даже для половины, а Синьория и монастыри просто опустели. Во Флоренции уже полвека никого не винят в использовании задниц не по прямому назначению.

– Но Леонардо обвиняют, – упрямо настаивал Боттичелли.

Лоренцо на мгновение задумался, не боится ли Сандро, что и его приплетут?

– Кто обвиняет?

– Анонимно. Жалобу в ящик опустили.

– С кем он спал?

– С Антонио, с моделью.

– Кто из художников не спит со своими моделями?

– Я, – усмехнулся Боттичелли. – У меня женщины. Леонардо надо спасать.

Лоренцо снова задумался, Сандро не торопил. Немного погодя Медичи кивнул:

– Разыщи мне двоих – сэра Пьеро да Винчи и этого Антонио, но так, чтобы об этом не узнал никто. Привези нотариуса во Фьезоле, это близко. А парня, пожалуй… давай, туда же. Только не сразу двоих, не то нотариус его прибьет.

– А Леонардо, он же в тюрьме?

– А Леонардо пусть посидит, ему полезно, – ехидно возразил Великолепный.

Боттичелли грустно, словно сам себе заметил:

– Наговорит лишнего, побьют.

– Тоже полезно! – фыркнул Лоренцо.

Первым удалось найти Антонио, тот был в мастерской Верроккьо, к счастью, один. Иначе не избежать бы ненужной болтовни.

– Поехали со мной, есть работа.

Антонио поморщился:

– Не сегодня.

Неожиданно для парня Сандро метнулся к нему и прижал к стене:

– Сейчас, я сказал!

– Эй, эй! Что такое? – появился из соседней комнаты недовольный Верроккьо. Он никогда не допускал стычек между учениками или моделями. Молодые люди горячие, мало ли что, отвечай потом. И вообще старый мастер не любил драк.

Сандро коротко бросил ему:

– Леонардо надо спасать.

Медичи приказал, чтобы никто не знал, но Верроккьо к этим «никто» явно не относился. Старый мастер для Леонардо словно второй отец, он может знать то, что знает Пьеро да Винчи и сам Великолепный.

Несколько мгновений Верроккьо молча смотрел на замерших Боттичелли и Антонио, потом коротко кивнул последнему в сторону двери:

– Иди!

Сандро дополнительно посоветовал:

– И не вздумай от меня сбежать. Найду – убью.

– Да что я такого сделал?!

– Хорошо, если ничего…



Пьеро да Винчи тоже не был в восторге от вызова в Фьезоле:

– У меня дела. Мессир Медичи не может подождать?

Сандро помотал головой:

– Милорд может, а вот ваш сын нет.