Лео Мэддокс

Стефани догнала меня на улице.

— Нет, Лео, — настаивала она, повиснув на моей руке. — Моя квартира в 2-х кварталах от бара. Я прогуливаюсь так каждую ночь. Это безопасно. Она в порядке.

Черт, а девчонка то сильна. У нее сильная хватка, но я сильнее. Мы играли в дурацкую игру по перетягиванию каната, так как я начал это в одном направлении.

— Прекрати быть придурком, — простонала она. — Ты выбрал даже неправильное направление. Оставь мне для нее сообщение. Скорей всего она уже дома.

Чувствовал себя идиотом. Но мое сердце и голова шли кругом. Я только что поцеловал Клару. Это перестало быть фантазией, теперь это реальность. Поцеловал ее, и она вылила пиво мне на голову и потребовала доказать ей это. Доказать мои чувства. Доказать, что я не болван каким она меня считала.

— Вот, — сказала Стефани, и ее пальцы что-то быстро набрала на телефоне. — Я написала ей. Она ответила. Сказала, что она уже дома. Теперь ты счастлив?

— Да, — пробормотал я. — Спасибо.

Почему она осталась там, а не в моей гостинице?

— Я должна вернуться внутрь прежде, чем потеряю работу.

Кивнул, размышляя, что теперь делать с самим собой.

Стефани вернулась в бар.

Я ушел. Шел до тех пор, пока мои ступни не заболели и тогда набрал моего водителя, чтобы приехал и забрал меня.

***

На следующее утро было повторное открытие. И прошло оно без сучка и задоринки. Даже пришли несколько знаменитых друзей моего отца, забронировав несколько номеров тем самым показывая свою поддержку. Никогда не понимал, как у моего старика было так много друзей. Говорят, что за деньги нельзя купить все, но, черт возьми, почти все наверно все-таки можно. Это же не могла его обаятельная личность завлечь так много людей?

В любом случае, мои мысли сегодня были точно не о работе. Они были о девушке с фиолетовыми волосами в Бруклине. Я гадал, подумала ли она обо мне, когда проснулась. Думала ли о нашем поцелуе. Сожалеет ли о нашем моменте. Мне нужно было увидеть ее сегодня. Нужно было знать, ненавидит ли она меня, или я поступил верно.

— Мистер Мэддокс, вам звонят.

— Что, — я несколько раз моргнул, прежде чем сфокусировался на огромном лобби отеля. Я отключился на мгновение.

— Вам звонят. Женский голос, — объяснил один из служащих отеля. Его голос дрожал при разговоре. Мне показалось, что он впервые заговорил со мной. Я ли его так напугал? — Она представилась детективом Райдером из Департамента полиции Нью-Йорка, но я не уверен, что она действительно из полиции.

— О, — вздохнул я, и непроизвольная улыбка появилась на моем лице. Это была Клара, — возможно, она решила, что вы не позовете меня к телефону, поэтому и соврала. Я отвечу. Это мой друг.

Он передал мне трубку. И только сейчас до меня дошло. Почему же она не набрала меня на сотовый?

— Привет! Клара? — ответил я, голос был отчаянным, но меня это мало заботило. — Почему ты звонишь сюда? Что-то случилось?

— Да! — закричала из трубки. Но это был не естественно спокойный и твердый голос Клары. Это был более пронзительный голос.

— И это Мэгги, а не Клара. Почему ты сразу решил, что звонил Клара?

— А кто бы еще представился детективом Райдером? — пошутил я, разочаровавшись и успокоившись, что звонит не Клара.

Мэгги засмеялась, но затем стала вновь серьезной.

— Как ты вообще посмел не отвечать на мои звонки? И что происходит между тобой и Кларой? Я знаю, что она сбила тебя на гольф-мобиле.

Я вздохнул. Вот так. Думаю, теперь все знали о том, что Клара здесь со мной в Нью-Йорке.

— Все в порядке, — сказал я. — У меня просто синяк размером с Техас на заднице.

— Возможно, ты это заслужил. Я также только что узнала, что вы оба в Нью-Йорке. Как ты это объяснишь?

— Вау, детектив Райдер, восхитительная дедукция, — заохал я, ненавидя, как она допрашивает меня.

Никогда не ставил под сомненье все ее глупые жизненные решения, например, отношения с Эндрю Задница Вилингтон, длиной в 4 года ее жизни. И это почти четверть ее существования ушло на этого засранца.

— Ты сама все это выяснила?

— Лео, — мягко сказала она. — Прекрати, пожалуйста!

— Не хочу быть грубым, — объяснил я. — Не отвечал на твои звонки, потому что именно этого и боялся — голоса разума. Да, Клара в Нью-Йорке. Я пригласил ее, и она приехала. Впервые в моей жизни, она не ненавидит меня на все 100.

На мгновенье замолчал и глубоко вздохнул, больше никаких пряток.

— Наверно это шокирует тебя, но у меня есть чувства к Кларе. Уже давно. Я боялся тебе рассказывать об этом, потому что знаю, что ты быстро вернешь меня обратно к реальности и расскажешь, насколько я глуп, хватаясь за эти надежды. Я безумно напуган, но, Мэгги, я не хочу возвращаться в реальность.

Могу поклясться, что прошло уже порядка 5 минут. Я все еще ждал ответа от Мэгги. Но она молчала. В конце концов, я вынужден был заговорить первым.

— Мэгги? Ты все еще здесь?


— Я тут, — ответила она. — Это прекрасно, Лео. Правда, прекрасно.

Что? Возможно, я должен был признаться ей в этом много лет назад.

— Ты серьезно?

— Да, — поспешила она ответить. — Я правда думаю, что это хорошо. Единственное чего хочу, чтобы ты был счастлив. Это… это прекрасно. Клара все еще ужасная сестра и я терпеть не могу все ее идиотские поступки. Серьезно, ну, кто красит волосы в цвет лаванды?

— Это чертовски сексуально, — пробормотал я. — Ты это ненавидишь, а я люблю.

— Эй, ла, ла, лай, — пропела Мэгги. — Лучше создадим несколько правил, прежде чем это продолжится.

Я засмеялся, и Мэгги действительно с места придумала несколько правил.

— Правило № 1, не говорить ни о каких физических контактах, потому что я ничего такого не хочу слушать. Правило № 2, ты должен на 110 % разделять нашу дружбу от всего того, что происходит между вами. Не важно, что. Третье, если я и Клара в ссоре — а ты знаешь, что так и будет — ты всегда должен быть на ее стороне. Ее мнение будет иррациональным, идиотским и в тайне ты будешь согласен со мной, но я буду выше этого и прощаю тебя на перед за поддержку ее мнения.

Будучи не в состоянии контролировать себя, я еще сильнее рассмеялся.

— Не могу поверить, что ты согласна с этим, — сказал я, играя шнуром телефона. — Думал, что ты взбесишься на меня за это.

Мэгги на мгновенье захихикала и замолчала.

— Правда, хочу сказать одну вещь от имени разума. Всего лишь одну. Она про Клару и Эндрю… она все еще с ним?

О, Боже мой. Вот и она. Реальность. Я поцеловал Клару и убедил себя, что она моя. А это было не так. За ней ухлестывал и Эндрю.

— Честно, не знаю, — забормотал я. Больше не смеялся. — Я был на взводе в ночь пятницы, потому что решил, что Эндрю может что-то для нее значить. Но когда увидел ее с ним, я мог с уверенностью сказать, что она презирала его так же, как и всех нас. Единственное, что меня действительно интересовало — для кого было это шоу?

Мэгги вздохнула.

— Наверное, просто чтоб задеть меня. — ответил я.

— Не будь так суров — хотя бы пока. Позволь мне спросить ее об этом, и я посмотрю, что она скажет, прежде чем вы начнете Третью мировую войну. Хотя, я должна признать, меня больше озадачила ее реакция на Робби.

— Какая?

— Сам факт того, что он вызвал у нее реакцию. Я знаю, что вы оба вздрогнули от него в тот день, и…

— Не нужно, Лео, — простонала Мэгги. — Не начинай это. Ты сам свой злейший враг. Это было много лет назад, и она поехала с тобой в Нью-Йорк, не так ли? Это должно означать что-то. Ты идеальный, Лео. Ты милый и добрый, и ей повезло. Просто позволь ей увидеть тебя настоящего.

Но, что, если я уже показал какой я настоящий и именно такого она ненавидит?

— Настоящего себя я как раз и боюсь, — простонал я. — Но про Робби или Дина, или о том, кто там был в пятницу… когда я вернусь домой, мы разберемся с этим. Обещаю.

— В этом нет необходимости. Я не планирую, когда-либо еще встречаться с Робби.

— Мы можем только догадываться, но разве это не странно, что этот осел, неожиданно появился через 6 лет? И с новым именем? Никто случайно не появляется в Блу-Крике. И никто не меняет просто так свое имя, если им нечего скрывать. Что-то произошло, Мэгги. И как только в понедельник я окажусь дома, планирую это выяснить и положить этому конец.

— Окей, — просто согласилась Мэгги. — Но, Лео, никогда больше не игнорируй мои звонки. Ни при каких обстоятельствах. Ты и я против всего мира. Всегда.

— Всегда. Но я устал бороться со всем миром, Мэгги. Увидимся в понедельник.

— В понедельник, — повторила она.

Я повесил трубку, мой желудок бурчал. Беспокоился ли я о возвращении Робби в Блу-Крик? Да, безусловно. Он был частью жизни Мэгги — всех наших жизней — в течение трех коротких месяцев более шести лет назад. Рид женился на матери Робби, Монике, под влиянием момента, и их пара продержалась совсем недолго. По сути, это закончилось так же быстро, как и началось.

Удивительно, но эти три месяца были действительно хорошими месяцами. Дни, проведенные на скейтборде, за игрой в гольф, плаванием, рафтингом по Блу-Крику — Робби подружился со всеми нами, а не только с Мэгги. Но затем Рид поймал Мэгги и Робби в постели вместе, спустя пару секунд как Робби лишил ее девственности. Это закончило все. Рид потребовал, чтобы Моника и Робби съехали.

Так что, едва успев собрать свои вещи, они оба ушли.

И так же, как я восхищался, что Робби был с Мэгги, ни один из нас никогда не слышал о нем снова. Прошли месяцы, а Мэгги продолжала верить. Она так искренне верила, что он любит ее, и вернется за ней. Он обещал ей, что однажды вернется. Но он этого так и не сделал.

До этих пор.

Так какова бы ни была его мотивация для возвращения домой — я знал, что все это было ложью. Он имел славу и спустя шесть лет и в моих глазах он был не лучше своей матери — золотоискательницы. Слава Богу, он никогда не имел взгляды на Клару в тот первый раз. Я ненавидел то, что он сделал с Мэгги, но мог бы убить его, если бы он так же навредил Кларе.

Клара.

Черт, я должен увидеть ее сегодня еще раз. Учитывая повторное открытие, сейчас было худшее время, но я должен был что-то сделать. И я сделаю. У меня есть план.



Глава 8