Легенда рока

— Они по рецепту, — отстрелился я.

— Ха, от твоего лечащего доктора? Никто в больнице не станет выписывать тебе обезболивающие так долго. Ты все делаешь в избытке, Лэндон. Просто потому, что ты такой. Тебе не хватает быть обычным музыкантом. Нет, ты должен быть рок-звездой. Легендой. Тебе не хватает выпить стакан или два пива. Ты наслаждаешься выдержанным ликером. Нет, ты набухаешься до такой степени, пока не сможешь стоять на ногах.

— Я ни черта не пил с тех пор, как очнулся в больнице.

— И все же твои глаза стеклянные, несфокусированные. Ты под кайфом?

— Боже. Я принял всего пару таблеток. А ты ведешь себя так, будто я обдолбался.

Она уже вынесла свой вердикт. И была права. Я был ребенком наркоманов. Это у меня в крови.

— Что ты вообще здесь делаешь?

Я медленно моргнул, пытаясь вспомнить.

— Я предложил забрать Шанайю к Хармони.

На самом деле, я ухватился за этот шанс.

Пайпер кивнула и, стоя посередине комнаты, потянулась к сумочке и чемодану, черты ее лица слегка смягчились.

— Мне жаль, что ты узнал об этом таким образом, Лэндон.

— Серьезно? Не похоже, что ты вообще собиралась мне рассказать. Я приезжал к тебе в прошлом месяце, умоляя дать нам еще один шанс. Ты ни черта не сказала.

Она медленно покачала головой:

— О нет, не делай этого.

— А что? Я ничего не сделал, а ты, блять, держала меня в неведении.

— Серьезно? Ты — Лэндон Кокс, король вечеринок, легенда на сцене, парень, который не устоит от выпивки и цыпочки. Цыпочек. — Она закатила глаза. — Ты прячешься от всего, что идет не так, как ты себе представляешь. Боже, да ты прямым тексом мне сказал, что не хочешь быть отцом. Думаешь, я поставлю своего ребенка в ту же ситуацию, из которой сбежала?

Я молчал. Что мне было сказать? Каждое предложение было стрелой, поражающей намеченную цель с болезненной точностью. Но Пайпер еще не закончила.

— Твой брат. Твои приемные родители. Ты оставил их позади, точно так же, как поступил со мной. — Она вздохнула и продолжила. — Ни семьи, ни настоящих друзей, кроме коллег по группе. Как у тебя это получается?

— Не надо об этом, — предупредил я.

— Почему? Потому что правда причиняет боль? Лэндон, ты был типичным подростком, который хотел потусоваться со своей девушкой. Случилось что-то плохое, но посмотри, как ты отреагировал. Ты взял всю вину на себя и с того дня изолировал себя от всего.

Я разрушил свои стены, но вместо того, чтобы рассказать об этом, я перешел в наступление.

— Хочешь поговорить о семье? — Горький смех вырвался из моего горла. — Посмотри в зеркало, Пайпер. Ты не образец для подражания.

— В этом то и дело! Восемнадцать лет я была разочарованием отца. Он винил маму и ненавидел меня за одно лишь существование.

Она остановилась, тяжело дыша, слезы катились по ее щекам.

— Лэндон, ты сказал, что не хочешь детей. Сказал, что женщины годами пытались заманить тебя в ловушку. Так вот, мне это не надо. Помимо того, что ты мудак, ты еще и наркоман, и я не вижу, чтобы ты пытался измениться. Я не планировала этого ребенка, но я ни за что не позволю ему почувствовать себя ненужным. Мой малыш не почувствует себя ошибкой. Он или она заслуживает лучшего, чем ты когда-либо сможешь дать.

Малыш.

Не только ребенок Пайпер. Он и мой.

Наш малыш.

Два слова вернули меня в реальность. Наш. Малыш.

Я мог бы дать Пайпер больше денег, чем ей когда-либо понадобится. А она предлагала мне выйти из игры. Сказала, что не хочет меня. Не нуждается во мне.

Я взглянул на ее живот и заметил небольшую округлость.

Беременность можно подделать, как и результаты анализов. Но Пайпер не притворялась, что ее живот начал расти. Она не подсовывала мне результаты, я увидел их случайно.

Я буду отцом, готов к этому или нет. Не готов. По словам Пайпер, я был просто донором спермы. Я должен заслужить право быть отцом.

Боже.

Мне нужна дистанция. Мне нужно подумать. И нужна еще таблетка. Или десяток.




ГЛАВА 24

Пайпер



— То есть ты просто оставила его в своей квартире? — недоверчиво спросила Делэни.

Я закрыла лицо руками и кивнула.

— Да, — я сказала тихо, но не сомневалась, что Делэни меня услышала. Я свернулась клубком на ее диване в Нью-Йорке и рассказала ей обо всем, что произошло.

Как выглядел Лэндон, пока я швыряла в него болезненные истины практически без фильтра. Его выражение: смесь шока, боли и ярости навсегда сохранится в моем сознании. Я не понимала, как добралась до аэропорта, но каким-то образом я это сделала. Я даже немного поговорила с Тревисом, Верити и экипажем во время полета, удерживая себя от срыва, пока не заселилась в отеле и не доехала на такси до Делэни. Шейн купил великолепный лофт в центре города недалеко от Нью-Йоркского университета. Это было отличное место для знаменитостей, которые не жаждали внимания, но хотели жить в центре событий. Мне пришлось пройти через три пункта охраны, прежде чем, наконец, меня сопроводили в лифт и к их двери, что было очень похоже на посещение Форт-Нокса.

Я хотела бы обсудить каждую важную деталь ее жизни с Шейном. Я хотела бы стать подругой для Делэни, которую она заслуживала, но... Но сейчас я была похожа на бесполезную лужу из гормонов и слез.

Делэни устроилась рядом на диване, успокаивающе потирая мне спину.

— Боже, Пайпер, это...

— Жалко, — буркнула я.

— Тяжело, — возразила она.

Я сделала глубокий вдох и потянулась за салфетками на кофейном столике. Взяла не одну, а сразу всю коробку.

Покачав головой, я принялась перечислять все, о чем сожалела:

— Я не должна была бросать противозачаточные таблетки в Адама в порыве гнева. Я должна была знать, как правильно надеть презерватив. Не стоило лгать Адаму о том, что отправила анализы в лабораторию. Нужно было дать Лэндону несколько секунд, чтобы он усвоил новости, прежде чем закидывать его обвинениями. — Я высморкалась и вытерла глаза, погрязнув в жалости.

Делэни успокаивающе вздохнула:

— Смысл обсуждать то, что нельзя изменить? Мне кажется, вам с Лэндоном нужно решить, как двигаться вперед.

Я снова зарыдала.

— Я даже не знаю, правильно ли я поступила. Просто Адам был настолько вовлечен во все, что мне стало казаться, что я просто суррогатная мать. Я сделала тест на отцовство сознательно... потому что часть меня хотела вернуть ребенка. И теперь... А теперь я словно лишила ребенка вообще хоть какого-то отца, потому что не думаю, что Лэндону оно надо. Есть хоть один шанс, что у моего ребенка будет отец?

Делэни подождала несколько минут, пока мои слезы не прекратились.

— Знаешь что? Все это не имеет значения. ДНК не может лгать. Не важно, зачем ты сделала тест. Лэндон — отец ребенка, точка. Лучше узнать правду раньше, чем позже. У вас с Лэндоном есть пять месяцев или около того, верно? Может быть, после того, как он свыкнется с этой мыслью, вы сможете вместе во всем разобраться.

Я застонала от сомнений.

— С Лэндоном возможны только два варианта: максимум и минимум. Максимум — самый высокий, я такого ни с кем не чувствовала, будет прекрасно, если Лэндон выберет его. Но минимум... ужасен. Я буду любить этого человека до конца. Но не думаю, что нам суждено быть вместе.

— Нравится тебе это или нет, но вы будете родителями вместе. Тебе придется выяснить, как все будет происходить.

— Я сама еще не знаю, чего хочу. — Наступила тревожная тишина, но Делэни не спешила ее заполнять. — Я продолжаю прокручивать то, что Лэндон сказал мне. То, что он сказал о моих отношениях с родителями. Он не ошибался, я избегала их последнее время.

Делэни знающе на меня взглянула.

— Бегство никогда не срабатывает, ты же знаешь?

— Очевидно, нет. — Я снова вытерла опухшие глаза. — Ты была близка со своим отцом в детстве?

Отец Делэни отбывал тюремный срок за дочь. А я даже не знала, ответят ли мои родители на мой звонок.

— Да. Я была настоящей папиной дочкой. Наверное, я до сих пор такая. Я думала, что он переедет к нам поближе, но он теперь работает над улучшением тюремной системы и использует свой опыт, чтобы помочь другим. Мы с Шейном стараемся встречаться с ним и братом Шейна, Гэвином, как можно чаще. — Она заправила прядь темных волос за ухо. — Трудно не ценить людей, когда ты их почти потерял.

Мужчины в моей жизни всегда были потерей. Отец был эмоционально отстраненным, Адам физически незаинтересованным, а Лэндон... Он бросил меня, не один, а два раза.

Я просто хотела покончить уже с этим.



Лэндон



Шанайя взволнованно скулила у моих ног, пока я наблюдал, как машина Пайпер выезжала с парковки. Никто из нас не двигался, глядя на открытую дверь, ожидая, что девушка появится в любую секунду.

Она не могла просто так уйти. Она вернется. В любую секунду.

Но секунды превратились в минуты. Через какое-то время я запер дверь и потянулся за жестяной банкой от конфет в переднем кармане. Я взял две таблетки, но на полпути ко рту понял, что делаю.