Кровь данов

– Чего тебе? – спросил Остах. Стражник как-то странно посмотрел на него.

– Я из караулки. Там это… пришли к тебе.

– Ко мне? – поднял брови Остах. – Ничего не напутал?

– Старший горец. Охранник наследника. Что-то по поводу ножен. Меч ты покупал недавно. Что-то с ножнами не так, – стражник махнул рукой и тут же прижал ее к груди, прошипев что-то. – Не слышал я толком. И некогда мне. Ждет тебя мальчишка. Гнать его?

– Сейчас приду, – быстро ответил Остах. С ножнами для купленного недавно меча было все в порядке, но наставник подозревал, кто это может быть. Он достал из сундука кошель и спрятал его за пазухой.

– Ты чего взбеленился? – спросил он у щенка, направляясь к выходу.



Как Остах и ожидал, он увидел перед воротами мальчишку-посыльного. Рыбак сразу узнал – недавно к его худой шее он приставлял стилет.

– Дяденька! – заканючил пацан. – Меня мастер Бура послал! Меч вы у нас брали, хороший меч. Вот только с ножнами промашка вышла…

Остах отвесил пацану звучный подзатыльник. Стража за спиной зычно зареготала. Немного у дармоедов развлечений на посту.

– Не тараторь. Чуть не оглох от твоего визга. Идем к торговцу, – пробурчал Остах.

Когда они отошли на достаточное расстояние, Остах спросил:

– Где Заяц?

– Где-где, – передразнил его мальчишка, недовольный полученной затрещиной, – в лавке у оружейника сидит.

– Это хорошо, что у оружейника. – Остах передал пареньку медный грош, и тот мигом повеселел.



Торговец в оружейной лавке едва заметно кивнул ему и покосился за прилавок. Остах прошел внутрь и оказался в темном закутке. В углу сидел завернутый в дорожный плащ Заяц. Остах задвинул занавеску и присел рядом.

– Новости слышал? – вместо приветствия начал Заяц. – Что творится-то! Слуга у купца одного так упился, что в речку вниз головой рухнул и утоп.

– Бывает, – пожал плечами Остах, доставая кошель. Он взвесил его в руке и кинул старику. Тот ловко поймал его и спрятал.

– Тебе от Любимчика привет, – продолжил собеседник. – Вот скажи мне, Рыбак, бывают попрошайки толстыми?

– Что? – не понял Остах.

– То. Приходишь на рыбные ряды, а там попрошайки ходят. Бабы. Рожи не наши, а горские… А задницы – толстые. Как три моих!

– Попрошайки, значит…

– Ага. Вот годик назад другие ребятки, худые да нищие, и решили по-доброму попросить их уйти. Чтоб хлеб-то не отбирали. Вот только нет больше тех ребяток. Поговаривают, что злые горцы их порешили. А команду им давала какая-то Квилда.

– Квилда, значит, – кивнул Остах, запоминая.

– Так, теперь следующее. Велено тебе передать, что никто из наших цацки твои не брал. А в ту ночь, когда твоих слуг потрошили, у госпиталя внутряков видели. Ну, из Внутренней стражи. А район-то не их! Нечего им там делать!

– Точно из Внутренней стражи? Не из Пограничной?

– Не! – рубанул воздух рукой Заяц. – Кто из наших этих жадных уродов не знает? Они же цельный день на рынке ошиваются. Городских-то стражников, прикормленных, оттерли в сторону…

– Понятно, – потер подбородок Остах. В голове творился полный сумбур, дело запутывалось настолько, что понятно было только одно. То, что он совершенно не понимает, кто забрал драгоценности.

– Любимчик спросил: теперь долг снят? – сказал Заяц, вставая.


– Ишь какой! Договорились же: половина долга. Мы же тогда по вашей милости столько потеряли… – Остах размял шею. – Ты ж тогда подле Хриплого был, должен помнить.

Заяц вздрогнул.

– Значит, половина, – кивнул он и быстро направился к выходу. Потрогав кошель за пазухой, он обернулся и спросил:

– Ну что, Рыбак, будешь попрошаек-то за жабры брать? Могу подсобить.

– Может, и буду, – задумчиво ответил Остах. – Но пока не знаю. Спасибо за работу. Бывай, Заяц.

– Бывай, Рыбак. Как меня найти – ты знаешь.



«Гордые гворча – попрошайки! – думал Остах, пересекая площадь. – Быть того не может! Напишу такое Гимтару – в жизни не поверит. Впрочем, я и сам в это не верю. Надо бы сходить в рыбные ряды, посмотреть да послушать. Пока сам не увижу – и писать не стоит».

Вспомнив о неначатом письме, что дожидалось его на столе, Остах вздохнул и прибавил шаг.



Атриан

Олтер

На крыльце библиотеки нас уже ждали. Тумма ходил перед дверью туда-обратно, как тигр в клетке. Едва мы вошли в читальный зал, как он тотчас оттащил моего спутника в сторону и стал о чем-то яростно шептать ему на ухо. Либурх остановил гиганта и подозвал меня.

– Ты должен это слышать, наследник, – уселся на скамью библиотекарь и посадил нас рядом. Тумма быстрым жарким шепотом поведал мне о недавнем военном совете, невольным свидетелем которого он стал. Закончив рассказ, он скомканно попрощался и ушел.

– А вот и те самые новые сведения, – невесело подытожил рассказ целителя библиотекарь. – И Лига меча, и Торговый союз мечтают прибрать Дорчариан к рукам.

Я схватился за голову.

– К Остаху побежишь? – участливо спросил меня Либурх.

Я отрицательно помотал головой. Мое желание побыть одному после услышанного только усилилось. Требовалось разложить все по полочкам. А где это можно сделать наилучшим образом, как не в библиотеке? Видимо, опытный педагог прочитал что-то по моему лицу. Он отвел меня в знаменитый закуток, где когда-то жил наставник. Вскоре старик вернулся с вареньем и заваренным копорским чаем – мой подарок пришелся ему по душе.

– Мне нужно работать. А ты можешь быть здесь столько, сколько захочешь, – уходя, сказал Либурх.

И я остался один. Выпил чашку горячего чая, полакомился вареньем и улегся на узенький топчан, заваленный книгами. Положил руки под голову и уставился вверх, разглядывая одинокий гамак под крышей.

«Сколько же лет прошло с тех пор, как в нем последний раз побывал Эндир? И как ему было не страшно не грохнуться оттуда во сне? Отчаянный у меня был дед, бедовый».

Понятный мальчишеский зуд и любопытство толкали меня наверх. Неудивительно, что осторожная мысль: «За столько лет гамак, наверное, совсем ветхим стал?» – была признана недостойной и отброшена. Что тут думать – сейчас заберусь на стеллажи и все узнаю! Где тут лесенка?..

Гамак оказался на удивление крепким. Железные штыри-крепления намертво вбиты в стены и надежно удерживают веревочную конструкцию. Рядом с изголовьем на стеллаже лежит пушистым ковром многолетняя пыль, похожая на первый снег. Я смел ее и обнаружил пустую чернильницу. Получается, дед на такой верхотуре еще и писать умудрялся? Впрочем, если лечь вот так, а под грудь положить подушку… То даже удобно.

Вскоре я перевернулся на спину и погладил прохладный каменный потолок, сводом уходивший вверх. Стык стены и потолка у изголовья показался мне каким-то неправильным. Я осторожно потянул на себя приметный выпуклый камень. Камень оказался удивительно легким и без усилий вышел из кладки. Положив его на стеллаж, я заглянул в нишу. Там что-то было! Запустив руку внутрь, я бережно достал прямоугольный предмет. Вскоре я разглядывал пухлую тетрадь из дорогого пергамента. Смахнув пыль с обложки, я с трудом прочитал: «Как сберечь Дорчариан и победить Империю».

Ну, здравствуй, дедушка Эндир.

Теперь я точно знаю, какую книгу буду читать все ближайшие месяцы.