Котомка с приключениями

– Мам, мы отдыхать, – Эннио направился к лестнице, потянув за собой молчаливую гостью и не дав ей ничего ответить матери.

– Эннио, спускайтесь через часик, обедать будем! – крикнула женщина вслед молодым людям. – И к нам на обед ещё подойдут!

– Хорошо, – отозвался парень, поднявшись по ступенькам, и скрылся в коридоре.

– Однако, – крякнул Эрик, озадаченно глядя им вслед. – Как это понимать, миледи, как вы думаете?

Клементина спрятала улыбку, покосившись на супруга.

– Муж мой, между прочим, это первая девушка, которую он привёл домой, об остальных мы только слышали из сплетен, – задумчиво произнесла она. – Тебе это ни о чём не говорит? И если я правильно поняла, Хвеля ужасно смущена поведением нашего оболтуса, – женщина всё-таки улыбнулась, в её глазах засветилась нежность.

– Она мне кажется знакомой, – мужчина потёр лоб. – Только не могу вспомнить, откуда… Считаешь, у Эннио это всё в самом деле серьёзно?

– Не думаю, что какую-нибудь случайную любовницу он бы взял с собой на каникулы, – хмыкнула Клементина, ничуть не смутившись, и добавила. – И да, знаешь, ты прав, где-то я уже видела её личико… Ладно, давай подождём и понаблюдаем, – решила она, направившись к кухне, отдать последние распоряжения по обеду.

Муж с ней спорить не стал и всё с тем же озадаченным видом направился в кабинет. Ему не давал покоя вопрос, откуда же знакома эта девушка, и лорд Эрик надеялся, память сдастся и откроет ему ответ.

А Эннио уже привёл свою врединку наверх, к себе. Хвеля отошла от потрясения наглым и бесцеремонным поведением Эннио, желание устроить скандал поутихло до тлеющего раздражения всё же высказать ему всё, что она думает. Эннио распахнул перед ней дверь, пропуская вперёд.

– Добро пожаловать в мою берлогу, – произнёс он, легонько подтолкнув замешкавшуюся Хвелю.

Она шагнула вперёд, с любопытством разглядывала комнату, в которой оказалась. Сам хозяин со вздохом облегчения уронил их сумки у двери и плюхнулся в кресло, с блаженным видом вытянув ноги и прикрыв глаза. Гостиная была оформлена в сдержанных, приятных кофейных тонах, и обставлена в чисто мужском лаконичном стиле: из мебели два кресла, диван у стены и столик. На стенах пара картин с нейтральными пейзажами, на каминной полке – большие часы в красивом резном деревянном корпусе. Ещё одна дверь вела дальше, в спальню, как предположила Хвеля.

– Наконец-то дома, – с довольной улыбкой протянул Эннио, наблюдая за гостьей из-под полуопущенных ресниц. – Как тебе мои родители?

Девушка перевела на него взгляд, чуть нахмурилась и скрестила руки на груди. Парень подавил вздох, поняв, что сейчас на него будут ругаться, однако от своих слов отказываться не собирался, как и жалеть об откровенности.

– Ты вот вообще подумал, в каком виде выставил меня перед ними? – хмуро спросила Хвеля. – Ничего бы не случилось, пожили бы неделю в разных комнатах! В конце концов, никто за нами не следит, и встречаться не запрещает!..

Эннио ответил ей невозмутимым взглядом и соединил перед собой кончики пальцев.

– Помнится, тебя приличия особо не заботили раньше, – негромко заговорил он. – И потом, а что я им сказал? Что такого неприличного в том, что у нас всё серьёзно, и я от тебя не собираюсь отказываться? – продолжил он, изогнул бровь и заложил руки за голову, поудобнее устроившись в кресле. – Тебе не шестнадцать, мне тем более, Хвель, и вот чего-чего, а бегать тайком из комнаты в комнату, как будто ты – замужняя дама и нас может застукать твой благоверный, я точно не собираюсь! – в голосе Эннио отчётливо прозвучали нотки раздражения, и Хвеля так удивилась, что позабыла про собственное недовольство. – Это мой дом, ты – моя девушка, и мои родители прекрасно понимают, что если мы три месяца вместе, то не только целомудренно держимся за ручки и целуем друг друга в щёку. Не вижу причин, по которым я должен скрывать, что мы живём вместе, – он чуть прищурился, не сводя с Хвели взгляда. – Или боишься своего отца? – неожиданно спросил Эннио, и на его лице вдруг появилась хулиганская ухмылка. – Что он узнает и придёт к моим родителям требовать, чтобы я, как честный человек, на тебе женился?

А вот тут Хвеля вздрогнула и с опаской уставилась на него, не понимая, где заканчивается шутка и начинается что-то совсем другое. В комнате повисла тишина, Эннио смотрел на неё всё с тем же выражением на лице, и ей всё больше становилось не по себе от его взгляда.

– Иди-ка сюда, – наконец негромко позвал Эннио, и она, поколебавшись, осторожно приблизилась. – Врединка моя, ты слишком сильно нервничаешь по пустякам, – заявил он, дёрнул её за руку и усадил не сопротивлявшуюся Хвелю на колени.

Потом обнял, чмокнул в висок, а девушка лишь прерывисто вздохнула, прежнее душевное равновесие никак не хотело возвращаться. Может, потому, что это всё-таки её родной город, и здесь никто понятия не имеет о Хвеле, а знаком только с Хелвиной, нескладной девчонкой с трудным характером? И вообще, вдруг его родители всё-таки вспомнят, кто приходил к ним на обед несколько лет назад?.. И ещё и Эннио со своими шуточками!

– Эн, я не хочу идти на этот обед, там ещё какие-то гости будут, – поспешно нашла она оправдание своим переживаниям. – Ну зачем? Можно, я здесь останусь? – она просительно заглянула ему в лицо. – Отдохну, приду в себя…

– Хвель, мои родители не кусаются, – Эннио терпеливо вздохнул. – А гости, ну что гости, наверняка соседи какие-нибудь, – он пожал плечами. – Наденешь платье, м-м? – вдруг предложил парень. – То, красное, помнишь, которое я тебе купил? Ты взяла его, я видел.

Конечно, она помнила, ведь оно было куплено взамен испорченного, на котором Эннио оторвал пуговицы в порыве страсти. Воспоминание об их первой ночи вызывало на губах Хвели мечтательную улыбку. Она потом долго ползала по полу, ругаясь и собирая пуговички, а вот пришить их уже не представлялось возможным: тонкий шёлк на платье оказался безнадёжно испорчен. Но тут же пришло воспоминание, что в этом доме её видели именно в красном платье, на том злополучном обеде с отцом. Улыбка исчезла с её лица, она попыталась выпрямиться.

– С ума сошёл, меня же сразу узнают тогда! – она выразительно посмотрела на Эннио.

– Хве-е-ель, – протянул Эннио и усмехнулся. – Они в любом случае вспомнят тебя, это дело времени, и что из этого? Что в этом страшного, а? Ну хватит уже, вредная моя, – чуть тише добавил он и погладил её по спине. – Расслабься, я не дам тебя в обиду.

Хвеля сглотнула, опустила взгляд на свои судорожно стиснутые пальцы и наконец призналась тихо-тихо:

– Я боюсь не понравиться твоим родителям…

Эннио длинно вздохнул и не дал ей продолжить самым действенным способом, прекрасно зная, что неуверенная Хвеля способна накрутить себя ещё сильнее и надумать всякой чуши. Девушка с готовностью ответила на поцелуй, прильнув к нему, и они несколько увлеклись, позабыв про всё, однако в дверь раздался осторожный стук, прервав их. Хвеля судорожно вздохнула, отпрянув от парня, рванулась было с колен Эннио, но он со смешком удержал её на месте.

– Стоя-а-а-ать, – протянул он, крепче обнял тут же напрягшуюся Хвелю и громче добавил. – Войдите!

– Прошу прощения, если помешала, – взгляд Клементины скользнул по пунцовому личику Хвели и довольной ухмылке сына, и она едва удержалась от улыбки. – Я зашла предупредить, что через полчасика можно спускаться в столовую, мы будем вас ждать.

– Отлично, – невозмутимо отозвался Эннио, – я зверски голодный.

Ещё раз покосившись на них, Клементина вышла. Едва закрылась дверь, Хвеля отмерла, набрала в грудь воздуха для возмущённой отповеди, но заговорить ей не дали.

– Так, предлагаю освежиться с дороги в ванной, а потом переодеваться, – молодой маг аккуратно ссадил Хвелю с колен и поднялся сам. – Значит, красное платье, да, милая? – невозмутимо добавил он, посмотрев на девушку.

Закатив глаза, она испустила тихий стон, прекрасно поняв, что спорить бесполезно, как и выражать возмущение тем, что он специально удержал её на своих коленях, дав увидеть эту несколько интимную позу матери. Этот нахал умел быть настойчивым и упрямым, когда надо… и когда не надо тоже. Хвеля постаралась убедить себя, что раз тут такие правила и никто не спешит осуждать её, то наверное, Эннио прав, и стоит расслабиться и не ожидать подвоха каждую минуту. И она поспешила за ним в соседнюю комнату, где находилась и ванная комната.

За пять минут до означенного срока они спускались по лестнице. На Хвеле было платье из тонкой красной шерсти со скромным квадратным вырезом и рядом аккуратных маленьких пуговичек спереди. Бывшая наёмница категорично предупредила Эннио, хмурясь и потрясая перед его носом пальцем, что этот наряд избежит участи лишиться пуговичек, потому как ей не улыбается снова ползать по полу и собирать их. И вообще, платье ей нравится, и она хочет сохранить его, чтобы потом ещё разок надеть как-нибудь! На что получила невозмутимый ответ, что Эннио постарается приложить усилия для выполнения этой маленькой просьбы, но ничего не обещает. Фыркнув и пробормотав что-то нелицеприятное, Хвеля вышла из комнаты, стараясь не показать, как она всё-таки нервничает.

В небольшой уютной столовой, оформленной в бело-голубых тонах, за круглым столом уже сидели Клементина и Эрик, больше никого к облегчению девушки там не было. Она робко понадеялась, что гости, возможно, не придут, однако едва Хвеля и Эннио заняли свои места, из холла послышался звонок, звук открываемой двери, и громкий голос, от которого девушка снова вскочила, испытывая настоятельное желание оказаться как можно дальше отсюда.

– Надеюсь, я не опоздал? Дела, знаете, ли, задержали…


На пороге столовой замер высокий, крупный мужчина с небольшим животиком, светлые волосы топорщились на голове коротким ёжиком, а пышные усы свисали почти до подбородка. Увидев Хвелю, он неприлично отвалил челюсть и выпучил глаза, а она зло прищурилась, вцепившись пальцами в край стола, и Эннио даже показалось, её серебристые волосы готовы воинственно встать дыбом. Уголки его губ дрогнули, но он сдержался и не улыбнулся, крепко сжав ладошку Хвели и не дав ей убежать. Появление этого человека стало и для него сюрпризом, хотя… Оно, наверное, к лучшему, сразу расставят все точки.

– Хелвина?! – взревел наконец гость. – Тролля тебе в печёнку, что ты здесь делаешь?!

Эннио стало понятно, откуда у его любимой такой богатый запас ругательств. Она выдернула ладонь, вскочила, упёрла руки в бока и немедленно ответила:

– Во-первых, меня зовут Хвеля, во-вторых, а тебе какая разница, а?!

Вот и случилось то, чего она больше всего опасалась. И хотя до двадцать первого дня рождения оставалось ещё несколько месяцев, Хвеля не собиралась возвращаться домой с риском быть выданной за какого-нибудь очередного выгодного для дела отца жениха. Ей и с Эннио неплохо жилось… И тут взгляд отца Хвели упал на тоненький серебряный браслет, плотно облегавший запястье дочери, и его брови почти исчезли в волосах.

– Каких демонов на тебе Браслет Верности, кто его нацепил на тебя?! – снова взревел он, а Хвеля демонстративно поморщилась, поковырявшись в ухе.

Потом она с недоумением уставилась на родителя, а Эннио с досадой вздохнул: не так он представлял себе этот разговор, совсем не так. Его рука обвилась вокруг талии Хвели, придвинув ближе, чтобы не дать ей удрать в порыве эмоций.

– Я его нацепил, – ровным голосом ответил он, не опустив взгляда.

– Она замужем, наглец! – сквозь зубы процедил отец Хвели, его глаза метали молнии от ярости.

– Уже нет, – Эннио победно ухмыльнулся. – У меня есть аннулированный договор с подписью королевской особы, – его ухмылка стала шире, – так что, Хвеля свободная девушка теперь. И она – моя девушка, – выделив предпоследнее слово, уже без тени улыбки, холодно и предупреждающе заявил Эннио.

Хвеля на мгновение вспомнила, при каких обстоятельствах они получили договор, и едва не хихикнула, но потом вернулась к настоящему разговору.

– Что за Браслет Верности? – снова нахмурившись, она посмотрела на Эннио.

– Да, и за какими… ты его нацепил на мою дочь? – добавил гость, поперхнувшись на середине фразы и явно пропустив очередное крепкое словцо.

– М-м, я думаю, вам лучше поговорить в библиотеке, – мягко улыбнувшись, предложила Клементина, покосилась на сына и встала. – Я провожу вас.

Спорить с ней никто не стал. Эрик даже не успел вмешаться в разговор, а сейчас и не видел смысла, понимая, что это дело его сына и соседа, с которым они поддерживали дружеские отношения и иногда обедали вместе. Не то, чтобы всерьёз дружили, но городок у них маленький, почти все друг друга знают, да и время от времени Эрик пользовался услугами соседа, покупая у него кое-какие артефакты по мелочи. Он надеялся, его сын в состоянии разобраться в ситуации, тем более, судя по решительному лицу, отступать он не намерен. Клементина привела их к библиотеке и открыла дверь.

– Прошу, – пригласила она войти. – Может, вам принести что-нибудь?.. – женщина вопросительно глянула на багрового от злости гостя и невозмутимого сына, дождалась отрицательных жестов и тихонько вышла, аккуратно прикрыв дверь.

Потом Клементина повернулась к мужу.

– Сдаётся мне, наш легкомысленный разбиватель женских сердец решил остепениться, – она хитро улыбнулась, склонив голову.

– С чего ты решила? – поинтересовался Эрик, заложив ладони за спину.

– А как ты думаешь, зачем ещё Эн надел этой девочке Браслет Верности, а? – с тихим смехом ответила леди, подхватив его под руку. – Причём, судя по всему, она понятия не имеет, что это за вещь и чем ей это грозит.

– Думаю, сами разберутся, – Эрик махнул рукой и последовал за женой. – Вообще, давно пора, – ворчливо добавил он. – А то всё по бабам бегал, не ровён час, не уследит, и станем мы бабушкой и дедушкой…

– Милый, – прервала его Клементина, укоризненно покачав головой. – Не говори глупостей, Эннио никогда бы этого не допустил. Пойдём, подождём их в столовой.

А в библиотеке меж тем наступила напряжённая тишина. Эннио устроился в кресле, достопочтенный Сеймур остановился у спинки другого, переводя хмурый взгляд с дочери на её ухажёра, а Хвеля, настороженно поглядывая то на одного, то на другого, осталась стоять в центре комнаты, скрестив руки на груди.

– Всё-таки, что это за браслет? – бывшая наёмница посмотрела в глаза Эннио. – Почему он так называется?

– Браслет Верности, – медленно ответил он, не сводя с неё взгляда, в котором не было ни капли вины или чего-то похожего, лишь упрямство и решимость. – Это артефакт, Хвель.

Она поджала губы.

– Не глухая, поняла уже, – сухо отозвалась девушка, хотя очень хотелось выругаться, громко и со вкусом. Значит, подарок всё-таки с сюрпризом оказался! – Подробнее, Эн, – потребовала она.

– Его могу снять только я, – продолжил парень, словно испытывая терпение Хвели.

– Ты об этом говорил! – чуть повысив голос и добавив в него раздражения, произнесла она.

– Этот Браслет… – не выдержал Сеймур и попытался вмешаться в разговор, но его оборвал резкий окрик дочери.

– Я сама разберусь! Так всё-таки, какие у него свойства? – она снова повернулась к Эннио.

Тот чуть прищурился и всё же ответил наконец правду.

– К тебе не сможет прикоснуться ни один мужчина с намерениями серьёзнее, чем просто дружба.

Хвеля замерла, переваривая услышанное. С одной стороны, ничего вроде страшного, а с другой… Он ей не доверял? Он. Ей. Не доверял?! Иначе зачем эта цацка на её запястье, она и сама прекрасно может справиться с нежелательными ухажёрами! Даже без меча, который с недавних пор Хвеля перестала носить.

– И что тогда будет? – медленно спросила Хвеля, чувствуя, как внутри стремительно разгорается самая настоящая злость, и сверля Эннио взглядом.

– Молния, – ответил Эннио, по-прежнему глядя ей в глаза. – Если просто схватит за руку, то слабая. Если что-то серьёзнее – будет больнее, – добавил он.

– А ещё эта штука сообщает всем, что ты принадлежишь одному конкретному мужчине, – буркнул Сеймур, снова встряв в разговор, и Эннио чуть заметно поморщился – вот это он собирался сообщить совсем по-другому и не в нынешней обстановке.

А в исполнении Сеймура это звучало… Ну, как будто он заклеймил девушку, не меньше. И судя по застывшему лицу Хвели, ей это не понравилось больше всего. Она на мгновение прикрыла глаза, потом сжала кулаки и стремительным шагом подошла к молодому магу, протянув руку с браслетом.